Таверна «Хитрая свинья», или Котлета для генерала

Ну что ж, видит Бог, я пыталась.
Размахнувшись, я ударила алебардой по двери с такой силой, что полетели щепки во все стороны. Из комнаты послышались вопли, полные ужаса.
– Советую вам открыть, дорогая невестка! – громко сказала я, после чего еще раз влупила алебардой по двери. Острое лезвие секло дерево, как нож капусту. – Иначе мне придется выбить дверь и провести с вами серьезный разговор!
  
Прерывающийся вой Кастилии звучал все громче и отчаяннее.
 
Глава 6
 
Дверь мне все-таки открыли. Кажется, испуганные женщины решили, что если не впустить меня, то я взбешусь еще больше и грешным делом, прибью их прямо на месте. Ведь кто знает, что в голове у дурочки?
Я вошла в комнату и чуть не рассмеялась. Онтария вместе со служанкой сидели за кроватью, забаррикадировавшись подушками. Их испуганные глаза наблюдали за каждым моим движением.
– Чего ты хочешь?! – сдавленно воскликнула невестка. – Что мне нужно сделать, чтобы ты отстала от меня?!
– Я же сказала: мне нужно то, что оставил отец. В данном случае это деньги. В завещании говорится о… – я достала из декольте документ и пробежалась по нему глазами. – Итак, в завещании говорится о сумме в четыреста тир.
Естественно, я даже не подозревала, что можно купить на такую сумму. Но это мои деньги, поэтому дарить их не собиралась.
– Я не могу отдать тебе четыреста тир! – возмущенно крикнула Онтария из-за горы подушек. – Это слишком много для тебя! Ты не умеешь распоряжаться деньгами!
– Дело в том, что я не прошу, а требую свои деньги, – грозно произнесла я, стукнув рукоятью алебарды по полу. – И это не ваше дело, на что мне приспичит их потратить! Итак, я жду.
Невестка замолчала, суетливо копошась за «баррикадой». Интересно, что она там делает? Но тут же ко мне пришло понимание. Наверное, деньги у Онтарии! Что ж, это еще лучше! Все вопросы решим на месте.
И тут неповоротливая Кастилия проявила чудеса гуттаперчевости. Она вскочила на ноги, изогнулась до хруста в пояснице и распахнула окно. Служанка вывалилась в него почти по пояс, вереща, будто пожарная сирена:
– Ро-о-он! Ба-а-а-анч! На помо-о-ощь!
– Ах ты зараза… – прищурившись, прошептала я. – Ну ладно…
Мне пришлось задвинуть на двери засов, чтобы явившиеся на призыв слуги не мешались под ногами. Несмотря на то, что Рон с Банчем не отличались мужской силой, сейчас я была заточена в теле хрупкой девушки. Поэтому переоценивать свои возможности не собиралась.
Мне хватило нескольких секунд, чтобы понять, как действовать дальше.
Тем временем Кастилия продолжала орать из окна, а Онтария наблюдала за мной, вцепившись в край подушки. Сдернув шнур с балдахина, я накинула его на ручки оконных створок и завязала на узел. Голова служанки оказалась в ловушке. Женщина завопила пуще прежнего, дергаясь всем телом, но это с её стороны была бесполезная трата времени и усилий.
– Теперь с тобой, – я повернулась к Онтарии. – Вот что ты за баба такая недалекая? Все время ищешь приключения на свою пятую точку… Нет бы мирно разойтись!
– Не подходи! – невестка засучила ногами, пытаясь оттолкнуть меня. – Ты ничего не получишь!
– Ну да, ну да… – я отшвыривала подушки одну за другой, подбираясь все ближе. – Что еще расскажешь?
– У меня нет денег! Ими распоряжается супруг! – родственница уперлась спиной в стену.
Но я не верила ей. Онтария пыталась выкрутиться, понимая, что от меня уже никуда не деться. Судя по ее реакции, четыреста тир – приличная сумма. Значит, спрятать деньги в декольте невестка точно не могла. Я нагнулась и резко подцепила подол ее платья алебардой, вызвав этим истеричный визг.
Ага! А вот и богатство! Привязанные на веревки кошели свисали с пояса Онтарии. Мне пришлось сесть на нее, так как невестка принялась дергаться и извиваться, пытаясь освободиться. Приложив немного усилий, я завязала поднятый подол узлом над ее головой.
– Эх, шашлыки с люлями! – вырвалось у меня, когда я вытрясла один из кошелей на кровать. Оказалось, здесь ходили бумажные деньги! Они были из толстой бумаги с изображением какого-то мужика с закрученными усами. Видимо, местный сюзерен.
В дверь забарабанили, и из коридора раздались мужские голоса:
– Леди, с вами все в порядке? Это мы – Бранч и Рон!
– Помогите! Ломайте дверь! – закричала невестка, катаясь по полу. – Спасите меня от этой безумицы!
Несколько ударов заставили дверь легонько задрожать, но после этого воцарилась тишина. Мужчины поняли, что им не справиться, или отправились за какими-нибудь инструментами?
Я тоже времени не теряла. Отсчитав ровно четыреста тир, сложила остальные обратно. Мне чужого не надо.
– Что ты там делаешь?! Пенни, мерзавка! – визжала Онтария из импровизированного мешка. – Воруешь мои деньги?! Пенни-и-и-и-и! Не смей! Мариес вернется и изобьет тебя! Живого места не оставит!
– Затухни, – прошептала я, пряча свое добро в панталоны. – На месте твои деньги. И мои тоже.
Оставаться в комнате невестки не имело смысла, поэтому нужно было действовать на свой страх и риск.
Взяв алебарду, я отодвинула засов и решительно распахнула дверь, приготовившись дать отпор Рону и Банчу. Но делать этого не пришлось. В коридоре разворачивался свой «боевик». Старый Гудвин вместе с кухаркой Дези прижали мужчин к стене вилами, всем своим видом давая понять, что все очень и очень серьезно.
– Иди спокойно, Пенни! Мы их держим! – грозно заявил Гудвин, не сводя с них взгляда.
Я плотно закрыла дверь и тихо сказала, обращаясь к обалдевшим Рону и Банчу:
– Хотите заработать деньжат? Леди Онтария ничего не узнает.
Мужчины закивали головами.
– Отлично. Отпустите их, – распорядилась я и добавила: – Гудвин, ты пойдешь с нами. Дези, освободи Кастилию, после чего запри их в комнате. Хорошо?
– Все сделаю, Пенни! – с улыбкой произнесла кухарка.
– И сразу спускайся в свинарник, – продолжила я. – Будем собираться в дорогу.
Под светом яркой луны мы собирали вещи, укладывая их в телегу. Рон и Банч ловили птицу, засовывали ее в деревянные клетки, насыпали в мешки зерно. Кстати, на саму телегу тоже крепилась большая клеть, разделенная на два отсека. Ее устанавливали, когда перевозили свиней.
– Пенни, нам придется возвращаться в замок. За один раз мы все не перевезем, – предупредил меня Гудвин.
– Ничего, у нас есть время. Я должна забрать все, что мне принадлежит, – меня абсолютно не пугало происходящее. Главное – тщательно продумать план действий.
– Госпожа Пенелопа… Вы позволите обратиться?
Я удивленно обернулась на мужской голос, в котором звучали смущенные нотки. Госпожа? Вы позволите обратиться? Интересно…
– Да, Рон. Я слушаю.
– Позвольте нам поехать с вами! Мы с Банчем станем помогать по хозяйству!
– Мне позволено взять из замка только двух слуг. Да и платить мне вам нечем! – с сожалением ответила я.
– Разве мы собственность барона? Мы можем уйти в любой момент! Вот только работы нет в этих краях, поэтому приходится горбатиться в замке вашего брата! – горячо заявил Рон. – Вы так лихо разобрались с леди Онтарией и ее служанкой! Я сказал Банчу: «Не зря Господь вернул Пенелопе рассудок! Она еще прославится на все королевство!». А мои слова всегда сбываются!
– Благодарю, конечно… Но я же говорю, мне нечем вам платить… Неизвестно, когда дела пойдут в гору… – попыталась я объяснить слуге свое шаткое положение, на что он снова взмолился:
– Мы с Банчем станем охотиться, ловить рыбу в озере! Заниматься свинарником! Госпожа, потом народятся поросята! К следующему году мясо будем продавать! Хотели в город податься. Да там тоже не мёд! Здесь хоть все свое, родное!
  
– Я даже не знаю, где мы жить будем! – привела я последний аргумент.
Но и на это у Рона имелся ответ:
– Вот именно! Еще и свиньям с птицей место нужно! Кто это строить будет?
– Хорошо, едем все вместе! – улыбнулась я. И мужчина, низко поклонившись, помчался прочь, голося во все горло: