Сокровища отверженных (СИ)

Прогулявшись, он сел в кресле-качалке на террасе, читая книгу. Не особо вникал в строчки перед глазами. Главное – видимость.
*
Главное – видимость. Так было в его родной семье, где на публику все притворялись милыми и любящими, а за закрытой дверью грызлись похлеще бойцовских псов. Так было и в браке. Хиро иногда казалось, что он не выдержит, задохнется в этой фальши, сойдет с ума.
Он слишком хрупкий и слабый, особыми талантами не блещет, внешне – бледная моль. И что принц Таро в нем разглядел?!..
Поначалу Хиро казалось, что их помощь друг другу – это союз отверженных. Омега без всяких угрызений совести сдавал сб-шнику всё, что знал о малых и больших прегрешениях ненавистного мужа. Думал: пусть Таро, если хочет, подставит Риндзи и сядет на трон. Эти ядовитые змеи Оккида заслужили, чтобы ими правил презираемый ими хромой!
Но Таро был всё-таки лучше, чем большинство в его семейке. Сколько раз он приносил Хиро лекарства взамен выброшенных мужем, сколько раз обрабатывал раны, утешал…
Хиро слишком часто видел двуличие и ложь, и потому смог оценить искренность даже в такой грубой оболочке. Правда, счастья в браке он не мог представить себе ни с кем.
Но главное – избавиться от Риндзи. А там будет видно.
========== Глава 4 ==========
 7. 
Когда Мика проснулся, солнце уже светило вовсю. Он сладко потянулся. Неужели уже полдень?
Обычно он не спал так долго, но накануне пришлось допоздна торчать на балу. Боже, как это утомительно! Все эти самцы – иначе и не назовешь – сыплют банальными комплиментами, а у самих будто счетчик в глазах. Думают о выгоде, которую принесет брак. Те же, кто о выгоде могут не беспокоиться, просто скучны и заурядны. Скучные сынки дипломатов с банальными разговорами. Законный Ямада мил, но вряд ли любящей уединение натуре будет легко ужиться с общительным и компанейским альфой. Вот Ямада номер два хорош, лучше не терять его из виду, пригодится.
Мика поднялся, позвал слуг, и лениво наблюдал, как они хлопочут, выбирая для него наряд и украшения. Подобные мелочи его не волновали. Он просто ждал, когда же можно будет взяться за любимое занятие. И так вчера столько времени зря потерял.
А ведь вышивка для храма была почти закончена: оставалось всего несколько мелких цветов да бусинки пришить. Мика уже предвкушал, что скоро начнет расшивать алыми маками свадебную накидку для невесты Асато.
Брат-бета жениться не спешил, да его и не заставляли: основные надежды отец возлагал на Риндзи, пытаясь вылепить из старшего сына копию себя и будто не замечая реального положения дел. Но вот представился хороший шанс – Асато познакомился с дочерью магната из Клориндской республики. Девушка была красива, получила хорошее образование, за ней давали воистину царское приданое – чего еще желать! Семья одобрила помолвку.
До свадьбы оставалось чуть меньше, чем полгода. Асато попросил Мику вышить для невесты накидку, картину-оберег и «дорожку», на которую ступят молодые, когда священнослужитель объявит их мужем и женой. Омега согласился – ведь его фантазии предоставлялся такой простор! К тому же, в отличие от Риндзи, Асато всегда был с ним дружелюбен и мил.
Ткань для маков была уже размечена. Алые цветы на светло-кремовом фоне – замечательное сочетание, которое будет к лицу Джованне, хрупкой кареглазой брюнетке. Мика взглянул на фотографию брата с невестой, стоявшую на одной из полок. Какая красивая пара! Из всей семьи Асато, пожалуй, был самым ярким – смуглая кожа, ярко-синие глаза, ослепительная улыбка. Почти такой же высокий, как Рин, Асато тем не менее производил более гармоничное впечатление. Его фигура спортсмена притягивала многие взгляды, но Асато не разменивался на случайных пассий, ожидая настоящую любовь. Мика искренне надеялся, что брат будет счастлив.
Самому Мике все эти ухаживания и заигрывания казались ненужной возней. Красота искусства волновала его больше, чем люди вокруг.
Хорошо, конечно, что Асато женится. Брату на редкость повезло. Но Мику больше занимали не семейные радости, а то, какие чудесные узоры он создаст к церемонии.
В качестве оберега, по традиции, для новобрачных вышивали пару птиц. У Мики уже была схема – пара павлинов в обрамлении стилизованного цветочного узора. Если никто не будет отвлекать его всей этой светской ерундой, он успеет закончить картину в срок.
Разложив на кровати коробки с нитками, омега выбирал мотки и распределял их: эти алые нитки – для маков, золотистые, зеленые и сине-зеленые – для павлинов, нежно-лиловые пойдут на узор на картине…
Вскоре он увлекся делом так, что больше его ничего не интересовало.
 8. 
День выдался жаркий. Мика велел слугам подать фруктового мороженого и апельсиновый сок со льдом, и ненадолго отвлекся от рукоделия. Он задумчиво потягивал освежающий напиток, когда слуга снова заглянул в его комнату.
- Ваше высочество, с вами хотел бы поговорить его высочество принц Таро.
Мика кивнул.
- Пригласи. Скажи Ёну, пусть подадут кофе с молоком.
Интересно, что брату понадобилось? Просто решил заглянуть поговорить, или что-то случилось?
Возможности того и другого, на взгляд Мики, были примерно равны. С Таро он ладил, о его вкусах помнил, но в силу разницы в возрасте они всё равно были каждый сам по себе.
Подали кофе. Вскоре явился Таро. По тому, как он хромал, сильнее обычного, было понятно, что время до полудня он провел на ногах и явно не в спокойной обстановке.
- Рад тебя видеть, Таро, - приветливо сказал омега. – Располагайся поудобнее. Что нового слышно?
Таро устало опустился в кресло, аккуратно взял чашку с напитком.
- Плохие новости, Мика. Его высочество принц Риндзи умер.
- Рин умер? – равнодушно, еще не веря, переспросил омега. – Не может быть. Он ведь ни на что не жаловался…
«Забавный фарс», - подумал парень. – «Таро изображает скорбь, хотя на самом деле он чуть ли не первый, кому выгодна смерть Рина. Хотя, если так поразмыслить, кронпринц сумел настроить против себя не только Таро и супруга».
- По предварительному заключению медика, констатировавшего смерть, это был сердечный приступ, - ответил Таро. – Экспертиза даст более точный результат. Я процентов на девяносто уверен, что смерть последовала по естественной причине. Но, разумеется, возьмусь за расследование, если выяснятся какие-либо подозрительные обстоятельства.
Мика едва заметно усмехнулся.
- Время покажет. Жаль, братик, я ничего полезного тебе рассказать не могу. Мы с Риндзи практически не общались. Трудно назвать общением его шпильки о том, что меня никто в мужья не возьмет.
Таро улыбнулся в ответ.
- Ну, тут он был неправ. Эдгар Ямада просил у меня разрешения прислать тебе цветы. Я сказал, что спрошу лично у тебя.
Младший принц пожал плечами.
- Глупый обычай, дарить срезанные цветы. Всё равно, что мертвых птиц. Меня бы больше обрадовали живые цветы в вазонах. А лучше всего – принадлежности для рисования или рукоделия. Это никогда лишним не бывает.
- Так Эдгару и сказать? – иронично поинтересовался Таро.
Мика сделал пару глотков сока и беззаботно ответил:
- Так и скажи. Если он готов считаться с моими вкусами, тем лучше. А нет, значит, я не вижу смысла присматриваться к такому альфе.
- Замечательно! – одобрительно воскликнул сб-шник. – Уважаю твое решение, братик.
И, задумчиво оглядев готовую вышивку для храма и разложенные в творческом беспорядке материалы для новой работы, он сказал:
- Прекрасный покров. В Храме Солнца будут рады твоему подарку.
Еще какое-то время они поговорили о всяких мелочах. Мика допил сок, снова взялся за рукоделие.
Он был более чем уверен – Таро приложил руку к смерти брата. Если не сам, то подтолкнув кого-то. А теперь успешно разыгрывает скорбь и ловит рыбку в мутной воде.
Но ни смерть старшего брата, ни интриги в семье Мику особенно не волновали. Он самый младший, его никто не воспринимает всерьез, и ему всё равно. Происхождение и деньги семьи обеспечивают ему беззаботную жизнь, никто не требует от него участия во всех этих нелепых танцах, называемых «общение с другими людьми». Большего ему и не нужно.