Сокровища отверженных (СИ)

От Оккида Мики унаследовал разве что невысокий рост и изящное телосложение. Он знал, что на фоне более ярких родичей теряется. Но это его не волновало. Ну что такого интересного в том, чтобы флиртовать с какими-то самцами, соперничать с бетами и омегами, выйти замуж, рожать детей? Бессмысленная суета и беготня.
Омега вернулся на свое привычное уютное место, принимаясь выбирать нитки, чтобы вышить солнце. Скоро покров будет готов. Ёндзи-сан обрадуется…
Прекрасные нитки подарила Марика. Такими вышивать – истинное блаженство. Интересно, а ей понравились ножницы с маячком? Надо будет спросить, когда она снова придет в храм.
Дочь жреца все же милая девушка. И шьет прекрасно, золотые руки.
Мика закрепил нить и сделал первый стежок в солнечном лучике на узоре. Больше о подслушанном он не думал.
========== Глава 3 ==========
 5. 
Балы и вечеринки неизменно вызывали у Таро чувство гнетущей тоски. Что ему было там делать?! Он не блистал красотой, хромота не позволяла ему танцевать, поговорить с юными омегами ему было особо не о чем: интересы этих тепличных цветочков вызывали у него скуку, а у симпатичных дебютантов, как правило, начинала болеть голова от серьезных произведений искусства.
Альфа уже знал свое место – на диванчике в углу, рядом с престарелыми дамами-бетами и вдовыми омегами. Вот с кем у него находились хоть какие-то общие темы для разговора. Хотя вечные подбадривания вроде «ты еще найдешь свою судьбу» бесили неимоверно.
Первую помолвку для Таро организовали, когда ему было всего десять, но предназначенный ему омега умер от лихорадки; он даже не успел увидеться с женихом. Вторую помолвку тоже заключили по доверенности, парой лет позже. И снова незадача: помолвленные достигли шестнадцати лет, впервые вышли в свет, и, увидев Таро на приеме, невеста-бета в ту же ночь сбежала с каким-то пригожим офицериком. Отец не растерялся, подождал, пока скандал утихнет, и тогда для Таро привезли омегу из провинции. Парнишке было просто некуда бежать – родня пожертвовала им, спасаясь от кредиторов. Бедняга боялся мужа, но прожил с Таро четыре года, а потом умер в родах вместе с ребенком. После этого двадцатипятилетний вдовец решил, что хватит с него поисков, видимо, ему на роду написано оставаться одиноким. Но как раз тогда женили его старшего брата… и вскоре, увидев, что жизнь новобрачных не задалась, Таро проникся жалостью к товарищу по несчастью, не заметив, как это чувство переросло в любовь.
Такую же нелепую и больную, как всё в его абсурдном существовании.
В роскошном бальном зале Хрустального дворца, среди молодежи, щебечущей, как райские птички, Таро как никогда сильно осознавал свою ущербность. А в этот раз семья отвела ему еще более жалкую роль: вывести в свет младшего брата.
Быть «дуэньей» при крошке Мики, оттенять своим безобразием его внешность, пусть и не идеально красивую, но все-таки по-своему гармоничную. Вот и дожил, вот и дождался – такое назначение чуть ли не прямо указывало, что Таро как мужчину списали со счета.
Рано обрадовались!
Он уже знал, что старший брат не явится на прием. Рин кутил с офицерами. Вполне возможно, что в пьяной компании будут вестись разговоры о государственном перевороте… и на этот случай у Таро уже был свой человек в полку. Подставить Рина в этом случае будет легче, чем у ребенка конфетку отобрать!..
А если компромата и не будет – вполне возможно, что Хиро уже понял намек. Мальчик умный, он справится.
… И в любом случае Таро позаботится, чтобы он забыл жизнь со старшим принцем, как страшный сон.
Может, совершенный вдвоем грех вместе со всей заботой, на которую Таро способен, объединит их сильнее, чем страсть.
Но это только мечты!
А пока Таро скучал на балу. В отсутствие любимого, которого супруг-тиран никуда не отпускал одного, всё казалось пустым и неинтересным.
Похоже, что и Мика не особо радовался роскоши бального зала, блеску драгоценностей и нарядов, флиртующим парочкам и заинтересованным взглядам альф и бет. Паренек держался рядом с Таро и смотрел на великосветскую публику отстраненно-равнодушным взглядом исследователя.
Таро улыбнулся. Пожалуй, у мальчика есть задатки. На заигрывания альф постарше, стремящихся обаять молоденького и неопытного, но знатного омегу, Микеле отвечал с воистину царственной холодностью, а то и ставил поклонников в тупик остроумными, но не всегда комфортными вопросами. Несколько приглашений на танец Мика всё-таки принял, и Таро подумал, что сам бы, в случае необходимости, подталкивал брата к тому же выбору.
Омега танцевал с альфами из семьи Ямада: законнорожденным Юитиро и бастардом Эдгаром. Умничка – учел, что даже незаконный сын из самого верного династии семейства обладает как богатством, так и фамильными талантами.
«Пожалуй, если выбирать жениха из семьи Ямада, я бы поставил на Эдгара», - подумал Таро. – «Парню всего семнадцать, но у него сильный характер и хорошие задатки как для военного. Юитиро намного спокойнее и мягче, он созидатель, а не боец».
Далее Мика принял приглашения от сыновей дипломатов из союзных Империи держав, и с каждым поклонником держался мило и скромно, никого особо не отличая. Всё правильно: к союзникам следует проявлять внимание.
А вот охотники за приданым и связями перебьются.
Вернувшись к брату, омега сказал, что немного устал и не против выпить бокал вина и отдохнуть. Таро воспринял просьбу благосклонно. Он и сам не отказался бы немного отвлечься от наблюдения за всеми этими ухаживаниями и танцами, да пообщаться с парой-тройкой нужных людей. Но, конечно, необходимо быть на виду, не обойти вниманием главных придворных сплетников… которые, в случае чего, всем расскажут, как старательно Таро-сан исполняет обязанности дуэньи при своем очаровательном братике. И ни о чем другом даже не думает!
 6. 
Даже загнанная в угол кошка становится тигром.
(пословица)
Хиро аккуратно смахнул изящной щеточкой пылинки с прекрасных статуэток эльфийской работы, стоявших на полках. Повертелся перед зеркалом, примеряя наряды. Перебрал доставленные накануне ткани и велел слуге отвезти портному тот отрез, из которого предстояло сделать праздничную рубашку. Долго листал каталог узоров, выбирая, какой больше подойдет для вышивки.
Всё как всегда.
А за роскошным и «безбедным» существованием омеги мало кто разглядит его страдания. Дорогие наряды и плотные перчатки, украшенные золотым шитьем, скрывают избитое тело и прищемленные дверью пальцы.
Ничего, Риндзи, скоро ты получишь по заслугам.
Делая вид, что занят обычными хлопотами, Хиро остановился в «слепой зоне» возможного наблюдения – подобные уголки дворца благодаря помощи Таро он изучил досконально. Омега пересыпал свои таблетки от боли в сердце в белую коробочку без опознавательной наклейки, в которой муж хранил лекарство для повышения потенции. И там, и там таблеток оставалось всего по паре штук. Риндзи не заметит подмены, и тогда всё будет кончено.
Поставив обе коробочки на свои места, Хиро по привычке вышел прогуляться в саду. Не отступать от заведенного распорядка дня, вот что самое главное. Ведь если кто-то что-то заподозрит, в первую очередь обратят внимание на слова и поступки, выбившиеся из привычной колеи.
Привычка притворятся, чтобы выжить, стала второй натурой молодого мужчины. Он выживал, отчаянно надеясь на шанс избавиться от ненавистного мужа.
«Восемь лет брака, который хуже каторги! Мне всего двадцать шесть, а я себя чувствую так, будто прожил целую жизнь и невероятно устал. Должно же это закончиться. Даже преступники, маньяки, убийцы выходят из тюрьмы – а я в чем виноват?!».
Мысль об убийстве уже не страшила омегу. Внутри была пустота. Он продумал всё: лекарственное отравление, скорее всего, припишут пьяной невнимательности Риндзи… а от подозрений в свою сторону Хиро намеревался отпираться до последнего. Врать, притворяться, рассчитываться за помощь своим телом – что угодно! Хуже, чем замужем, уже не будет.