Системная нежить 5 (СИ)
— Оружие делаешь?
— Вообще, если хочешь знать, из одиннадцать образцов вооружения, которое мы изготавливаем, восемь это твои, вернее наши с тобой из тех ледяных туннелей.
— А наши, человеческие образцы вооружений, удалось адаптировать под систему? В первую очередь, тот же Калаш?
— Ну, не всё так просто, дело не в механике и архитектуре оружия. Нельзя просто разбить системный меч на металлическую щепу и заложить в дробь, как поражающие элементы.
— А что не так с этой идеей?
— Нужно, чтобы система индексировала этот девайс, как свой элемент. Тут материя тонкая и в этом деле я незаменим, — без пафоса выдал Джим. — Всё дело в том, что у системы есть свои цели, у этого мира и его обитателей они есть и нужно чтобы они совпали. Если мы попрём против целей системы, если она решит, что мы её обманываем.
— И что будет? Системный штраф?
— Система накажет. Стрелка, меня, оружейника или всё человечество. Зачем? Нужно сделать так, чтобы физика системы работала при применении оружия, и ты получаешь пулю, от которой система извлекает очки опыта, поглощает душу. И вот мы уже делаем оперённые пули, эксцентрики, линейную плазмобаллистику, динамические сердечники, пробивающие броню не хуже танковой.
— Ого, ну ты крут!
— Мы! Я лишь связываю элементы картины, но большую часть работы делают парни с огоньком в глазах и руках.
В кабинет зашла Нонна. В руках она держала два стакана кофе из автомата. Нос её с подозрением принюхивался.
— Спасибо большое, доктор, — поблагодарил я.
— Вот именно, я доктор физико-математических наук, а вовсе не должна таскать кофе… не знаю кому.
— Я царь Кощей.
— Царь?
— Натурально. И капитан армии, как это ни странно. Командор армии гулей и перворождённый гуль. Я хотел сказать, что Вы не абы кому кофе таскаете.
— Перворождённый? Мне надо Вас изучить, срочно.
— Я не согласен, мне не до херни.
— Высокая наука — это не Ваше это слово!
— Леонид, я тебя прошу, — сделал серьёзное лицо Джим.
— Ладно, я соглашусь, если ты позовёшь Нонну на свидание.
Она посмотрена на меня удивлённо, широко раскрыв глаза и задержав дыхание. При этом ей на лицо упала прядь чёрных волос.
— А что? Я бы и сам это сделал, но меня мои же жёны за такое… Что? Я царь, у меня молодые красивые и смертельно опасные жёны, мне запретили ходить на свидание. Собственницы и ревнивицы!
— Ладно, мы сходим на свидание, ради науки, — сварливо и в то же врем кокетливо сказала доктор Нонна. — А сейчас нам надо загнать Вас в барокамеру, там у нас смонтированы датчики по сорока восьми параметрам. Вообще-то мы её не использовали для изучения живых объектов.
— Ну, это как раз не страшно, я же нежить.
Глава 10
Большой шаг для гулей
Вечером, после ужина в столовой, во время которого Нонна не дала Джиму выпить ничего крепче компота, мы пошли к нему на квартиру, в один из жилых домов зоны «Е».
Пока обретался у учёных, мне несколько раз писал Константин, намекая, что из точки А я выехал, но до точки Б не добрался, то есть меня, что называется, потеряли. Ну да, отряд, куда я там приписан, не заметил появления бойца, я же к ним не стал заходить.
Ответил ему, что меня сейчас исследуют учёные и вообще, чтобы не искал, партизаны свои берлоги не выдают.
Когда доктор Нонна покинула квартиру Джима, ругая его и прибираясь, причём делала она это привычно и вообще перемещалась по квартире, как по своей, уверенно, по-хозяйски, мы с Джимом остались одни и вышли на балкон.
Примерно через одну десятую секунды после этого в руке Джима возникла бутылка бурбона, не та бутылка, что мы пили недавно, но тоже початая.
— У тебя отличный вид с балкона, — похвалил я.
— Да, море огней, — согласился техногоблин, хотя на мой взгляд, горело от силы два десятка окон, в основном город сидел в темноте, действовал режим жесточайшей экономии на всём.
С другой стороны, он же не видел Москву чуть ранее, до прихода системы. Сравнить не с чем. Ничего, насмотрится ещё.
— Тебе здесь нравится?
— Тут? В Москве или квартире? Город отменный, хижина просторная. Но мне не хватает приключений, наш психолог говорит, что это адреналиномания. Не уверен, что эта набитая дура понимает что-то в природе таких высокоразвитых существ, как гоблины, тем более техногоблины, — вздохнул он.
— Сейчас рано делать выводы, что там у тебя за мания. И потом, в любом случае твоя квартира лучше, чем пещера.
— К пещере я привык, — неопределённо отмахнулся он и подал мне бутылку. Я пригубил бурбон.
— Но тебя тут не обижают? Не посадили на цепь? Ты говорил, тебя заставят делать оружие для местного короля. А по факту ты реально делаешь оружие.
— Я делаю то, что хочу, у меня нет цепи, ну, в этот раз…
— А что, был другой?
— Я много лет живу, мёртвый человек, многое видел. Что ты схватил бутылку, давай сюда!
— Ты свой призыватель припрятал?
— Призыватель — не лампа у джиннов, это просто инструмент для общения со мной, но… В общем, да, я сделал тайник в системе канализации неподалёку. Кое-что припрятал и его в том числе. Квартира классная, но у Нонны есть от неё ключи, против неё никакой тайник не поможет.
— А кто дал ключи?
— Я сам и дал. А вообще, Лёня, мне тут нравится, ко мне относятся с уважением. Попрошу что-то, все бегают, достают. Красота, весело же. Ты знал, что некоторые вещи из моей лаборатории мне и нахер не нужны? Просто проверял, как далеко ваши могут зайти.
— Наши. Я не человек, ты не человек, но мы всё равно какую-то общность формируем.
— Но трёх распутных девственниц они отказались мне привезти. Нонна на меня ругалась, у неё раскраснелись щеки. Было красиво, она ревновала. Что это значит? Я ей тоже нравлюсь?
— Определённо.
— Какой у тебя план, мёртвый человек? Говорят, ты летишь в свой мир льда, тебе собрали экспедицию? Охрана, учёные, инженеры, парочка строителей, даже парочка соглядатаев из вашего КГБ.
— А как же иначе?
— Ты знал?
— Ещё бы, за всей этой интеллигенцией надо присматривать.
— И за тобой?
— А мне скрывать нечего, я гуль простой. Убил кого-то, съел, трофеи сдал в штаб по акту.
— Ты без году неделю в системе, но тайны у тебя есть и много. Чего стоит одна богиня. Что вы делали несколько секунд, пока ты исчезал на её алтаре?
— Поговорили, она хотела помыть тебя с шампунем, как пса, но я настоял, что ты разумное существо. Правильнее будет тебя подстричь.
— Не хочешь говорить, не говори. Удачи тебе в походе. Я бы тоже хотел с тобой, но сейчас у нас слишком жарко, оружие уходит из цеха и сразу в бой. Отбиваем прорывы одного надоедливого орочьего хана, у него есть алтарь, позволяющий проникать в Москву. А Москве, между прочим, не резиновая, понаехали тут…
Мы проговорили до позднего вечера, он лёг спать на диване, даже не расстилая (Нонна будет ругаться), а я ещё какое-то время простоял на балконе. Просто стоял и смотрел, как редкие машины проезжают по почти безлюдному Рязанскому шоссе.
И всё же я подремал, для чего извлёк из инвентаря спальник, который раскинул прямо на ковре. Спал коротко, беспокойно, урывками и проснулся, когда в квартиру почти бесшумно (ну, то есть это ей показалось, что бесшумно) пришла безупречно выглаженная для нового рабочего дня доктор Нонна.
Я же сжимал в руке ППШ, уже снятый с предохранителя. Не знаю, почему спросонья вытащил из инвентаря именно эту машинку, но поспешил убрать оружие под спальник.
— Ваше величество, не ожидала, — она вопросительно посмотрела на мою руку, которая что-то сжимала под спальником, но деликатно не стала спрашивать. — А разве цари спят на полу?
— Всё могут короли, — буркнул я и извлёк на свет ППШ, продемонстрировал ей и убрал в инвентарь. — А Вы по долгу службы присматриваете за Джимом или по личной инициативе?
— По поручению министерства не Ваших дел, — сощурилась она.