Системная нежить 5 (СИ)

Поэтому трупы убирали, вывозили, либо на месте сжигали, смрад стоял до сих пор.
Но на одном из КПП на металлических кольях, сделанных из заточенных прутов арматуры, установленных у очередного КПП, торчали головы орков. Значит тут покуражились иномирцы. А говорили, что возможности вторжения ограничены.
На каждом КПП подполковник показывал пропуск, напечатанный на целом листе, причём проверяющих он удовлетворял, видимо бумага была серьёзная.
Дорога заняла долгих два с половиной часа. Ну, то есть, ехали достаточно быстро, пробок-то нет. А вот постоянные КПП, символизирующие границы кланов, территории, которые они не иллюзорно охраняли, тормозили движение.
Уличного освещения, как такового, не было, в свете фар в спустившейся ночи несколько раз мелькали какие-то твари. У кланов есть много занятий и город далёко не очищен от опасностей.
Наконец, мы оказались у каких-то ворот, сваренных из новеньких металлических профилей квадратного сечения.
Хмурые автоматчики под прикрытием мага огня 18 уровня вышли и в очередной раз проверили пропуск. В этот раз авто оставили стоять, а Линник невозмутимо пошёл внутрь здания с перекошенной табличкой «охрана» и о чём-то там разговаривал по стационарному телефону.
…
— Вот Ваш пропуск, Леонид. Носите его с собой постоянно, внутри периметра его могут попросить в любой момент, плюс внутренний контроль между зонами Комплекса. Выдан на всю территорию Комплекса, включая «Е», это два жилых дома, переоборудованных для общежития постоянных обитателей комплекса. Вам тоже полагается комната.
— Зашибись, буду знать. Покажете, где тут зона «А»?
— Попрошу показать. На этом месте мы с Вами расстаёмся. Спасибо, что дали себя спокойно отвезти.
Любопытно, что ему про меня рассказали? Он пожал мне руку сухой шершавой ладонью и уже через минуту его уазик, посвистывая тормозами и шинами при зигзагообразных поворотах, уехал.
Над головой с шумом что-то пролетело, но никто из автоматчиков и ухом не повёл.
Я тоже сделал независимый вид, показал пропуск, чем исполнил формальность, несмотря на то, что его передали мне буквально у них на глазах.
— Где тут зона «А»?
— Согласно спискам по составу, Вы приписаны к отряду Марс, это одиннадцатый корпусе, такой приземистый, четырёхэтажный, относится к «В». Спросите у дежурного, Вас отправят к командиру. У него и спросите. В целых безопасности уличного освещения нет, но можно пользоваться портативным, приборами ночного виденья, системными навыками.
Скептически покивал. С неискренней улыбкой я отошёл от КПП и накинул невидимость, неизменно следуя принципу «не ходить по струнке».
Как следствие я не узнал, где находится корпус одиннадцать отряд имени шоколадного батончика.
Комплекс это что-то вроде отсеченного железной дорогой и крупной автомагистралью неровного прямоугольника, который включал какие-то учебные корпуса, парковку с развёрнутыми на ней армейскими палатками, офисный центр и какие-то промышленные здания.
Я прикинул, что учёные, наверное, расположены там, где шёл ученический процесс, там чище, аккуратнее, поэтому направился к ним.
Да, территория была перекрыта сеткой-рабицей и защищена артефактами, в том числе запрещающими пространственное перемещение, включая и блинк.
Само собой, мой тюнингованный блинк запрет преодолевал, я игнорировал посты и проник напрямую внутрь одного из корпусов, где столкнулся с тремя не выспавшимися парнями в изгвазданных белых халатах, который пёрли нечто напоминающее гроб и скорее всего им и являющееся.
Скинул невидимость и зашёл к ним со спины, чтобы не вызывать вопросов появлением из ниоткуда.
— Привет, работяги. А где лаборатория номер семь?
Один из них глянул исподлобья, но всё-таки ответил.
— Не здесь. В соседнем здании, — и ткнул пальцем в направлении стены. Как ни странно, меня такая подсказка устраивала, поэтому я кивнул и совершил блинк на улицу. Там я запутался в кустах, где-то неподалёку залаяла собака.
Кто вообще впустил собаку на супер-пупер защищённый комплекс? Хотя маловероятно, что это просто псина. Особенный монстр, может даже какая-то разумная херня?
  
Я переместился внутрь одноэтажного здания.
Это было что-то про спорт, но помещения недавно размечены и промаркированы густой красной краской.
В этот раз я появился в районе входа в здание перед их внутренним контролем. Сколько они вообще тратят усилий на всякие КПП и вахтёров?
— Пропуск, — громыхнула ладонью по столешнице тётка в массивных очках, сидящая за офисным столом с табличкой «ректорат».
Я показал пропуск, она посмотрела на меня с недоверием и не спешила отдавать.
— Мне нужна лаборатория семь. Заведующий Хопкинс.
— Здесь нет никакого Стивена Хокинга, это вообще в Лондоне, — презрительно сощурилась тётка, а я вырвал у неё пропуск.
— Грубиян. Я сейчас в оперативную позвоню!
— Да хоть в швейцарскую гвардию Ватикана, — я отвернулся и даже услышал, что она демонстративно сняла трубку стационарного телефона, вероятно это должно было бы меня испугать.
Дожили, вахтёры стопорят царей!
Пройдясь по полутёмному коридору, я нашёл пластиковую дверь с подпалинами, на которой трафаретом было намалякано «семь» и открыл.
Там мне встретилась невысокая черноглазая девушка с плотным пучком волос.
— Здравствуйте, — вежливо, но предельно серьёзно сказала она.
— А мне нужен заведующий. Гоблин Джим. Не знаю под каким именем его тут у вас знают…
— Джим Иванович у себя, я Вас провожу.
…
Гоблин располагался в отдельном ярко освещённом кабинете, на стенах которого висели спортивные грамоты. Сейчас помещение было переоборудовано под лабораторию, во всяком случае в него втиснули три лабораторных стола с оборудованием и какой-то мутный стенд, который магическое чутьё не могло даже распознать, так много там было намешано магии.
Джим сидел на стуле, подобрав под себя ноги и опасно раскачивался, балансируя на всего двух ножках.
Увидев меня, он всхрапнул, как конь и соскочил со стула, причём тот упал, а гоблин нет.
Девушка вздохнула и пошла ставить стул в вертикальное положение.
— Нонночка, а принеси нам с коллегой кофе из автомата. Раф, если можно. Три деления сахара.
— Я доктор наук, Джим Иванович, — строго ответила она, однако ушла, цокая каблуками.
— Пока её нет, давай бахнем, — не дожидаясь ответа, он достал из початую бутылку виски из своего инвентаря, сцапал откуда-то кофейную кружку, чьё содержимое без раздумий вылил в мусорное ведро (оно было сетчатым, так что часть остатков кофе разлетелась по полу) и какой-то химический стакан с разводами фиолетовой жидкости на стенках и быстро налил туда на четыре пальца виски.
Отклонившись в сторону, он включил вытяжку, так что мощные ароматы алкоголя стали покидать помещение.
— Давай быстрее, пока Нонночка не вернулась, — он чокнулся со мной и выпил из кружки, а я, чуть не подавившись, из стакана. Привкус был, как будто виски вымачивали в контейнере для хранения ядерных отходов. В этот момент я порадовался, что у меня какой-то там матёрый иммунитет.
Гоблин убрал бутылку и «фужеры», сделал умное лицо.
— Как ты тут в целом?
Гоблин открыл ящик стола, вынул оттуда и откинул в сторону пистолет Люгер, пошарил и достал две конфеты халва «РотФронт» и мы их со вкусом сжевали.
— Да нормально. Мне забацали паспорт, я теперь этот, как его, Иваныч. Мне квартиру дали, профессорскую, телевизор, холодильник. Нонночка за мной присматривает. Ругает меня, конечно. Она красивая. По-своему, конечно. Как думаешь, я ей нравлюсь?
— Да, определённо. Но тебе бы ещё подтянуть манеры и культуру общения.
— Ну, это да.
— А вообще? Зарплата? Отношение? Чем занимаешься в целом?
— Учёные нудные, я всё больше тусую с инженерами из концерна Калашников, мы оружие делаем. Нонночка меня ругает, говорит, что так пользы для большой науки никакой. Так что я кручусь, то помогаю наладить производственный процесс по системному оружию, то этой скучной теорией занимаюсь. Мне по совокупности достижений дали какого-то профессора, что бы это не значило.