Не повезло (СИ)

Эльфы переглянулись, и по их надменным лицам я понял, что никого не убедил. Ну, как хотят.
Рука Ллара с мечом пошла вверх и вперед, но я просто прыгнул с места на него. Он едва успел закрыться. Благодаря сну и сытной еде (особенно павлину), в руках моих появилась сила, которой вполне хватило на то, чтобы он не удержал меч при столкновении клинков. Я же еще и с подвывертом ударил.
  
Меч упал в пыль у ног Ллара, а я впечатал левый кулак ему в грудину. Ллар резко сбледнул, пошатнулся и сел на жопу. В лучшие времена одним таким ударом я убивал зубра — матерого быка. Просто бил вот так же кулаком в центр лба — и готово.
Но сейчас силы у меня были уже не те, все-таки я не до конца отправился от ран, поэтому Ллар просто на некоторое время потерял способность дышать и соображать, ну и получил пару сломанных ребер.
Я молнией развернулся и зарычал на остальных. Они шарахнулись назад, как стадо баранов.
— Нападайте! — рявкнул я. — Сразу, все! Ну! А то я сам нападу!
Это их подстегнуло, и они атаковали. Конечно же, они недооценили скорость, с которой я двигался. Нога здорово мешала, но у меня все же получалось уворачиваться, стоя на одном месте, и раскидывать их во всех стороны, как щенков. Силу, понятно, я сдерживал. Всего лишь хотел дать им прочувствовать, что такое — орк в сражении.
Двор наполнился воплями, стонами и ругательствами. Я стоял, словно скала, и ухмылялся среди их неуклюжих попыток достать меня учебными мечами. Я просто выбивал их, а потом оплеухами расшвыривал этих дурачков в стороны.
Пока мы так развлекались, очухался Ллар, вскочил на ноги и налетел на меня. Я ушел от удара, поймав его меч своим клинком. Зелень снова разбежалась по углам — на этот раз гораздо дальше.
Мы с Лларом обменялись несколькими приветствиями, а потом он ушел в глухую оборону. Из-за больной ноги я не мог за ним угнаться, а он все кружил вокруг меня, и не шел на контактный бой.
Сначала меня это развлекало, затем ногу начало тянуть и дергать, я разозлился и решил поскорее закончить. Ллар все плясал вокруг, пытаясь достать меня, и я притворился, что пропустил удар. Он повелся, и я резко перехватил его меч рукой за лезвие, со всей силы дернул его на себя, и прекрасное лицо Ллара встретилось с моим твердокаменным лбом.
Тюк.
От удара синие глаза Ллара съехались к переносице, и он рухнул в пыль.
Я утер пот со лба, и обвел взглядом остальных. Лица у них были испуганными, глаза — квадратными.
— Вот примерно так двигаются орки в битве, — нравоучительно сказал я. — Только раза в два быстрее — у меня сами видите, что с ногой. И при этом в руках у них не тупая железка, а боевой тяжелый топор. И работают они им как-то так…
Я переступил ногами, и заработал мечом. Крутил его «мельницей», делал выпады, рубил невидимых врагов.
Эльфы замерли с раскрытыми ртами. Глазели, замерев, как столбы.
— Не знаю, кто там написал эту чушь про медлительность орков, но, думаю, тот, кто сроду с ними не сражался в открытом бою, — перевел я дух и ухмыльнулся.
Разумеется, во всех их преданиях говорилось о том, как могучие эльфийские богатыри легко разделывали на фарш медлительных трусливых орков. Все потому, что последние две войны выигрывали Светлые, а не мы. И конечно, все предания трубили об их успехах, сильно преувеличивая воинские доблести Светлых и преуменьшая наши.
Не говоря уже о том, что любой взрослый орк-самец раза в два сильнее, чем такой же самец-эльф, мы еще и отличается пониженной чувствительностью, что дает стойкость при ранениях и выносливость в махалке. Светлые выигрывали только благодаря своей хитроумности, и еще тому, что очень часто орки, тролли и другие Темные, плохо ладят между собой. Слишком мы разные.
Но до этого войну выигрывали и мы, Темные, и черепа эльфийских воинов и прочих легендарных витязей до сих пор скалятся со стен Черной Крепости. Но об этом песни Светлых почему-то умалчивают.
— Запомните главное, — оскалил я все свои клыки так, что чуть рот не порвал. — Орки реально такие ужасные, как рассказывается в ваших страшных сказках.
С этими словами я красивым жестом отшвырнул железку в сторону, развернулся и удалился походкой победителя: вразвалочку и с прямой спиной.
Эффектом я был очень доволен. Во-первых, я утер нос этому синеглазому задаваке, во-вторых, убедился, что драться я еще кое-как могу. И если начать тренировки, то довольно скоро я смогу прийти в нормальную форму. Это меня безумно радовало, я чуть не заплясал от счастья.
Но тут я как раз добрался до крыльца, ведущего во дворец с заднего двора. На широких ступеньках играли малыши-эльфы, обоих полов.
Завидев меня, вся эта стайка мышат замерла от испуга, уставившись на меня блестящими глазенками. Две мелких самочки накуксились и тихо заревели.
Нужно было что-то срочно предпринять, пока они не подняли рев на весь дворец, и не собрали здесь всю стражу.
Я зажмурился и выставил перед собой широко расставленные руки.
— Ох, ох, — замогильным голосом сказал я, обращаясь в пустоту. — Ничего не вижу на таком ярком солнце. Я же орк, а мы днем плохо видим. Наверное, тут никого нет.
Сквозь ресницы я видел, что малыши притаились и рассматривали меня уже не так испуганно. Кто-то даже рот раскрыл.
— Так, так, — продолжал я, делая неуверенный шаг вперед. — Где-то тут вроде была дверь…
Малыши зашушукались, продолжая пристально наблюдать за мной.
Я сделал шаг вперед и нарочно споткнулся о ступеньку.
— Ой! — всполошился я. — Это что ж такое? Кто это тут свои вещи разбросал? Так и ноги переломать не долго! Попробую обойти.
Я двинулся левее, а вся эта малышня, затаив дыхание, смотрела на представление.
— Уй! — я снова споткнулся, на этот раз едва не полетев на землю.
Послышалось слабое хихиканье. Я остановился, потирая затылок.
— Хм! — громко произнес я. — Что же это такое мешает мне пройти? Может, тут кто-то лавку поставил?
Хихиканье стало громче. Я выставил вперед ногу и пошарил ей туда-сюда.
— А-а, это, наверное, крышка от погреба! — типа догадался я. — Надо мне ее обойти!
Я вслепую продвинулся правее и уперся носом в стену.
— Эй! — возмутился я. — А это еще что? Откуда тут дерево? Я разве в саду?
Малыши уже хохотали в полный голос.
— Так, а кто это тут веселится? — спохватился я. — Кто здесь? Никого не вижу. Вы не знаете, где тут дверь? Она тут есть?
Малыши сбежали со ступенек, окружили меня и начали вопить: «Дверь прямо!», «По ступенькам идти надо!».
— О! — обрадовался я. — Понял! Так, так…
Я занес ногу повыше и наступил так, чтобы споткнуться и завалиться на подставленные руки.
— Ну и дела! — встряхнул я головой. — Разве ступеньки прямо тут? А где же тогда дверь?
Малыши облепили меня, помогая подняться, потащили к двери, визжа, смеясь и вопя наперебой, подсказывая глупому слепому орку, куда ему двигаться.
— Тише, тише, а то я еще и оглохну, — умолял я. — Как я жить-то буду, глухой и слепой сразу?
Я подхватил на каждое плечо по три подвернувшихся малыша, и легко взбежал с ними по лестнице, рыча и встряхивая головой. Наверху я закружил их, как на качелях, и едва действительно не оглох от смеха и визга.
Я сам смеялся, но тут вдруг двор огласил действительно оглушительный вопль.
— Упс!
Я быстро сгрузил малышей на пол и отступил подальше. Напротив меня стояло несколько эльфийских самок — зеленых от ужаса и взирающих на наши забавы круглыми глазами.
— Э-э, мы тут немного поиграли, — пробормотал я, отступая лицом к ним. — Спасибо вам, мелкие эльфы, было весело!
Я развернулся и сбежал, слыша, как малыши сзади подняли возмущенный визг, требуя, чтобы «веселый орк» вернулся.
  
В коридоре, куда нырнул, спасаясь, я нос к носу столкнулся с Ннаром. Тот стоял посреди прохода и улыбался мне.
— Это действительно было очень забавно, — сказал Ннар. — Никогда бы не подумал, что ты так ловко умеешь поладить с детьми. Ни одна нянька не сравнится.