Первый среди равных. Книга X (СИ)

— Он возглавит следственную команду, — ответил сын Императора. — Возможно, на допросе также будет присутствовать личный слуга его императорского величества.
На этом моменте встрепенулся и как-то облегчённо вздохнул Антип. Скорее всего, цели оборотней на данном этапе совпадали и хотя бы со стороны властей мне не нужно было ждать подвоха. Но в целом расклад мне не нравился.
  
Люди в зале, среди которых были все владетели околоаномальных наделов Российской Империи, демонстративно держались от нас подальше и делали вид, что их вообще не беспокоит лежащий на полу труп и забрызганный чужой кровью цесаревич. При этом как-то так получилось, что рядом с нами остались только члены союза и князья Эльдаров и Абаров.
— Помнится, вы хотели что-то обсудить, ваша светлость? — повернулся я к магу Пространства.
— Думаю, сейчас это уже не имеет особого значения, Ярослав Константинович, — улыбнулся в ответ Талбат. — Я уже узнал и понял достаточно, чтобы не мучить вас дурацкими вопросами. Со своей стороны могу сказать, что теперь у князя Разумовского появился должник в первом круге обороны Хабаровской аномальной зоны. Вы может в любой момент прийти и спросить этот долг. Слово дворянина.
— Услышано, — нейтрально произнёс барон Костров и остальные эхом повторили древнее подтверждение, которое не было в ходу уже пару сотен лет. Самое интересное, что таким образом свидетели гарантировали исполнение данного слова. А ещё по традиции слово тех, кто сам нарушал слово дворянина свидетельством не считалась. Похоже, в нашем союзе начинали возрождаться очень интересные правила.
— Услышано, — последним неожиданно произнёс слуга Абарова.
Буквально пару минут спустя через главные двери вошли в зал представители жандрармерии. Первым шагал глава шестого отдела, а за ним двигались Аксаханов и Колосов. Оба до крайней степени хмурые и сосредоточенные. Я обратил внимание, что прибывшие двигались двумя группами. Жандармы шли чуть левее, а справа шагали пятеро крепких парней, на которых гражданские костюмы смотрелись очень непривычно. Взгляд так и просил поменять картинку на военный мундир.
— Здравствуйте, господа, — от лица всей делегации, произнёс Горь. — Если кто-то имеет желание высказаться до начала следствия, то сейчас самое время.
— Ситуация укладывается в дуэльный кодекс Российской Империи и смерть княжича Муравьёва стала следствием его внутренних проблем, — произнёс Абаров.
— Подтверждаю, — кивнул Руслан Джаббарович.
— А вы что скажете, Ярослав Константинович? — поинтересовался глава шестого отдела жандармерии. Аксаханов и Колосов при этом молча рассматривали обезглавленное тело и озадаченно переглядывались между собой. — В качестве участника дуэли и человека, который всё ещё находится под Правом Последнего? Понимаете ли вы все последствия ваших действий и всё, что грозит роду Муравьёвых после этого события?
— Право Последнего не имеет отношения к этой дуэли, Александр Романович, — спокойно ответил я. — У нас с Дмитрием Павловичем возникли личные разногласия, которые можно было решить только при помощи дуэли. Род Разумовских не имеет претензий к роду Муравьёвых и просит следствие игнорировать факт текущего моего статуса.
Горь медленно кивнул и мне показалось, что ему даже дышать стало легче. Законы в Империи были одинаковы для всех и правитель обязан был наказать светлейшего князя точно так же, как и любого другого. Стоявший в отдалении Пожарский улыбнулся, но тут же скрыл улыбку рукой. На мой взгляд, я просто обязан был озвучить эту деталь нашей договорённости, потому что на текущий момент всё выглядело очень неоднозначно.
Самым простым вариантом для меня было обвинить Павла Александровича в том, что он разыграл эту ситуацию и таким образом пытался меня убить. Закон был на моей стороне и у меня даже внезапно получилось протолкнуть это дело напрямую на стол Императора. Пусть и таким кровавым образом. Туда же добавить все свои подозрения по поводу рода Муравьёвых и деятельности губернатора Хабаровска. Отдать на разбор пару трофейных вездеходов и попытаться поднять вопрос о действующей в пределах Империи силе на самом высоком уровне. Но меня останавливали две вещи.
Светлейший князь Муравьёв явно был не готов к тому, что его сын сегодня погибнет. Такие люди умели держать лицо в самых тяжёлых ситуациях, но при этом они крайне редко были актёрами, способными играть на публику. Большинство моих подозрений так и оставались подозрениями, без каких-то фактов в основе.
А вторая причина была вообще из тех, которые не стоило озвучивать при посторонних. Вряд ли кто-то поймёт, если я начну говорить о непонятных существах, которые родились в аномальной зоне и теперь жили среди людей. Но при этом недооценивать влияние старших оборотней на ситуацию в стране тоже не стоило.
Нас к беседке Дмитрия привели барьеры Степана. Это отрицать было глупо. Антип очень чётко дал понять, что преграды появляются прямо из воздуха и это сильно рассердило моего слугу. Зная Антипа, мне крайне сложно было поверить в то, что он вот так запросто будет пытаться создать ситуацию, при которой кто-то попытается убить Нюшу или Настю. Род в понимании оборотня един. Но в случае с Дмитрием могли быть варианты.
Например, Степан не мог допустить, чтобы главой рода, который он выбрал для защиты, стал заражённый непонятной силой человек. Этот пугающий факт говорил о том, что следующее поколение высших аристократов может уже полностью работать на неизвестного кукловода, чьи нити уходят в аномальные зоны по всей стране или даже миру.
— Следуйте за нами, господа, — жестом указав в сторону выхода, произнёс Горь. Всё это время я ощущал на себе тяжёлый взгляд командира гвардейцев, который смотрел только и исключительно на меня. Вполне возможно, что это была просто профессиональная черта этого человека, но даже так приятного в этом было мало. — Личные слуги, соратники и свита могут остаться на приёме или возвращаться домой. Империя гарантирует, что по пути до здания жандармерии ваши жизни в полной безопасности.
— Согласно законам Российской Империи, все, кто присутствовал на дуэли, обязаны дать показания, — нейтрально произнёс Антип и в этот момент глава шестого отдела будто впервые увидел моего слугу.
— А вы, собственно, кто такой, молодой человек? — поинтересовался жандарм.
— Меня зовут Антип и я служу роду Разумовских, — ответил оборотень и брови Александра Романовича удивлённо поползли вверх. Наверняка глава шестого отдела знал, как выглядел давний слуга моего рода. А ещё он знал, что никакого дара у этого слуги не было. — Сегодня я выступаю в роли доверенного слуги его светлости и везде сопровождал своего князя. Поэтому могу дополнить слова высокородных господ своими показаниями.
— Что ж… — смерив оборотня задумчивым взглядом, протянул Горь. — Тогда вы едете с нами.
— Я тоже был на дуэли, — сообщил глава родовой дружины Эльдарова.
— И я, — вышел вперёд сопровождающий Абарова. Однако, князь недовольно посмотрел на молодого человека и тот слегка замялся.
— Я дам все необходимые показания от лица рода Абаровых, — произнёс Талбат и его слуга покорно отступил обратно в толпу.
— Кто-то ещё был на дуэли? Есть желающие дать показания? — осмотрев присутствующих, громко спросил глава шестого отдела.
— Там ещё был слуга княжича Муравьёва, — ответил Антип. — Целитель идущий по пути Крови. Когда мы уходили, он был ещё жив.
— Мы проверим, — посмотрев на Аксаханова, ответил Горь. — Если все в сборе, то прошу на выход.
Перед нами образовался широкий коридор до самых дверей. Так и не сказавшие ни слова гвардейцы шагали позади основной группы и я услышал, как у одного из них сработал сигнал на телефоне. Следователь прочитал сообщение и посмотрел на шагавшего впереди Александра Романовича. Горь в этот же момент будто стал ниже ростом и сгорбился.
  
На улице нас начали рассаживать по машинам жандармерии и в этот момент гвардейцы указали Талбату на свою машину.
— А почему князя Абарова ведут к другой машине? — тут же спросил у главы жандармов я.