Первый среди равных. Книга X (СИ)

  
Первый среди равных. Книга X
   
Глава 1
 
Я успел создать водяной барьер на входе во дворец и оставить князя Эльдарова на другой стороне. На бесконечно долгую секунду всё замерло. Тело княжича Муравьёва ещё не успело упасть на пол. Набрали в грудь воздуха две ближайшие дамы и вот-вот должен был разорвать тишину истошный визг. Хватал воздух и отплёвывался залитый кровью парень, которому не повезло оказаться рядом и я некстати подумал, что он очень сильно похож на главу рода Романовых.
  
— А вот и тот самый герой обороны Тверской аномальной зоны, о котором я говорил, — тяжело и явно с огромным трудом сохраняя самообладание, произнёс в микрофон светлейший князь Муравьёв. Все в зале смотрели в мою сторону, и только я видел лицо Павла Александровича. Это лицо не могло принадлежать человеку, который осознанно отправил на смерть собственного сына. Муравьёв буквально почернел, глядя на труп Дмитрия. — Ярослав… Разумовский… Простите, господа.
Князь уронил микрофон и быстро спустился с возвышения, где произносил речь. Гости не успевали расступаться и им помогала охрана Муравьёва. Следом за своим господином размашисто шагал Степан. Я видел Пожарского и Воронцова, которые замерли чуть в стороне, но так, чтобы не упустить ни малейшей детали. Похоже, рассчитывать на помощь этих двоих в текущей ситуации точно не стоило. А ещё я заметил, как в мою сторону активно проталкиваются Костров и Новиков. С другой стороны толпу раздвигал Кот.
Павел Александрович, не говоря ни слова, опустился на колено рядом с трупом сына и положил руку на его грудь. По рядам гостей летел возмущённый шёпот и главной его темой был ужасный поступок князя Разумовского.
— Сегодня печальный день, господин, — едва слышно произнёс Степан. Слуга внезапно коснулся плеча светлейшего князя. — Но вы предвидели его задолго. Однажды это должно было произойти.
— Как глупо, — с ненавистью процедил Муравьёв и исподлобья посмотрел на меня. В глазах князя сиял Свет. Пространство вокруг меня начало подрагивать от активности родовой сети Муравьёвых. Тут же шевельнулся, показывая свою готовность к бою, Аларак. Мастера из сопровождения членов кровного союза внезапно возникли рядом с охранниками светлейшего князя. И до начала смертного боя оставалось всего несколько мгновений.
Но непоправимого не произошло. Степан крепче взял князя за плечо и тот зло поморщился. Буйство аспекта Света начало утихать и почти в то же мгновение рядом с нами прозвучал незнакомый голос:
— Именем Императора, я приказываю всем остановиться! Разбирательство по этому делу будет проведено лично его императорским величеством.
Наконец пришёл в себя парень с гербом Романовых на груди. Следом по ушам ударил визг особо впечатлительных дам, но кто-то из магов аспекта Воздуха тут же заблокировал неприятные звуки. Я убрал барьер с двери и она тут же открылась. В зал вошёл Руслан Джаббарович, а следом за ним, опираясь на своего слугу, ковылял князь Абаров. Я озадаченно поднял бровь, но тут же увидел Антипа. Оборотень был крайне напряжён. Чуть расслабился мой слуга только когда нашёл взглядом Степана и убедился, что конфликт не случится прямо сейчас.
— Как-то нервно приём проходит, ваша светлость, — невозмутимо произнёс Эльдаров, когда оказался рядом. Удивительным образом, Руслан Джаббарович вообще не испытывал никакого волнения, и я понимал почему.
По сути, мы ничего не нарушили. Дуэль прошла строго по заявленным правилам и дальнейшее поведение княжича Муравьёва было абсолютно нелогичным. Я не планировал никого убивать и именно поэтому принял решение биться без оружия. Краткая оценка поведения и моторики Дмитрия Павловича чётко дали понять, что рукопашным боем он никогда не увлекался. Однако, сын светлейшего князя сумел вывернуться, что чуть не привело к непоправимым последствиям для его секунданта. А когда стало понятно, что ничего не вышло, княжич просто сбежал. Сбежал и умер. Глупо и непоследовательно. Хотя некоторый смысл я всё же в его смерти видел.
Во-первых, очевидный конфликт со светлейшим князем. Гибель единственного наследника — это настоящий удар по роду, каким бы недостойным трусом этот наследник не был. То, что Дмитрий Павлович доставлял своему родителю массу хлопот было очевидно, но сути не меняло.
Во-вторых, я теперь выглядел перед всей элитой страны настоящим чудовищем. И отмыться от этого клейма будет очень и очень сложно. Уже через пару часов слухов и деталей случившегося будет столько, что остановить эту лавину не получится никак.
Ну и в-третьих — смерть княжича очень напоминала гибель тех наёмников, что напали недавно на меня, и князя Антипова. Что наталкивало на определённые размышления.
— Мне очень жаль, ваша светлость, — произнёс я и Муравьёв замер на месте. А потом медленно поднялся и уставился на меня полыхающим взглядом, но я продолжил тем же спокойным тоном. — Я не хотел до этого доводить. У меня уже был опыт общения с подобными молодыми людьми и я собирался просто немного спустить вашего сына с небес на землю. По древнему закону победитель в смертельной дуэли имеет право на решение судьбы побежденного, я бы его помиловал. Но ваш сын потребовал замену. А потом потребовал право всеобщей смерти.
— Подтверждаю, ваша светлость, — хрипло произнёс князь Абаров. К нему уже подошёл кто-то из гостей с даром целителя и быстро приводил моего недавнего противника в порядок. — Мне пришлось подчиниться древнему закону и занять место Дмитрия.
— Но ты жив, — будто выплюнул князь. — А мой сын лишился головы.
— И я не могу взять в толк почему, Павел Александрович, — угрюмо произнёс Абаров. — Потому что после того, как князь Разумовский меня вырубил, ваш сын попытался сбежать с поля боя.
— Ему нужно было время, — прошелестел Степан и князь дёрнулся, как от удара. — Ничто не происходит мгновенно.
— Павел Александрович, представители шестого отдела жандармерии и следователи особого гвардейского подразделения уже на границе вашего квартала. Им нужно обеспечить проход до дворца, — произнёс тот же парень. Он уже стёр кровь, но одежда его была безнадёжно испорчена.
— Разумеется, ваше императорское высочество, — нашёл в себе силы ответить светлейший князь. — Слуги его императорского величества могут передвигаться по земле моего рода беспрепятственно. Будет ли считаться этот случай преступлением на территории особой зоны в пределах столицы?
— Нет, — с небольшой задержкой, ответил сын Императора. — По крайней мере, я сделаю всё возможное, чтобы этого не произошло, Павел Александрович.
— Благодарю, ваше императорское высочество, — поклонился Муравьёв и тут в дело вступил Степан. Слуга быстро подхватил светлейшего князя и повёл куда-то в дальние комнаты дворца. Следом двинулись все светлейшие князья, кроме Пожарского. Евгений Александрович вместе с Зейдом неотрывно следили за развитием ситуации.
— Я искренне вам признателен, ваша светлость, — подойдя ко мне, произнёс Абаров. — Благодарю вас, что не стали меня убивать. Возможно, Дмитрий не сумел с достоинством принять угрозу смерти и поэтому попытался скрыться. Если понадобится, то я готов подтвердить вашу правоту под любым видом допроса.
— Я тоже, — добавил стоявший неподалёку Эльдаров. — Вот только боюсь, что это мало что даст. Павел Александрович очень любил своего сына…
— Горе не должно затмить разум высшего аристократа, — произнёс сын Императора. — Если князь Разумовский действовал согласно законам, то опасаться нечего. Но это будет решать уже мой отец.
  
— Разбирательство минует все остальные этапы? — удивлённо спросил я.
— Сегодня я обязан предоставить отчёт главе государства о ходе приёма, — кивнул цесаревич. — Думаю, этого будет вполне достаточно, чтобы его императорское величество лично заинтересовался ситуацией. Но перед этим вам придётся всё подробно рассказать представителям шестого отдела жандармерии и следователям гвардии.
— Это не проблема, — спокойно ответил Абаров. — Если на допросе будут присутствовать квалифицированные менталисты, чтобы исключить малейшую возможность неправильной интерпретации наших слов. Я настаиваю на личном присутствии господина Горя.