Наша игра (СИ)

Он обхватил его лицо ладонями, углубил поцелуй и навалился на него. Антон застонал и переместил ладони, обнимая за спину и затягивая Арсения себе на колени. Было так приятно и хорошо, что разум туманило обоим, в голове стало пусто и все их существо сконцентрировалось на соприкосновении тел, губ и языков.
— Арс, — выдохнул Антон, отстраняясь. Его интонацию трудно было распознать: таким тоном он мог просить прекратить или же, наоборот, не останавливаться.
  
Впрочем, Арсений был не из тех чутких людей, которые ставят желания других превыше своих собственных. И если в эмоциональном аспекте их с Антоном отношения находились в подвешенном состоянии, то с физической точки зрения все было кристально ясно — Арсений чувствовал возбуждение и не собирался тормозить.
Да и смысл отказывать себе в удовольствии, если они оба хотят одного и того же?
Он отстранился и принялся расстегивать ширинку Антона, наблюдая, как у того темнеют глаза.
— Э, нет, красавчик, — хмыкнул Арсений. — Сегодня командовать парадом буду я.
Антон молча кивнул, но при этом поудобнее устроился на диване.
— Хороший мальчик, — самодовольно оскалился Арсений.
В этот раз все шло иначе, совершенно не так, как вчера. Антон смотрел все с тем же слепым обожанием и был готов подчиниться любому капризу. Этот контраст между властным, слетевшим с катушек и сдержанным, полным надежды Антоном будоражил кровь. И воображение.
— Надеюсь, ты никуда сегодня не торопишься. Потому что отпущу я тебя нескоро, — Арсений хищно оскалился и положил руки на его член.
***
Арсений поклялся себе не курить, но тут нереально было сдержаться.
Он открыл окно и, прислонившись к раме, смотрел во двор. Желтую худи Антона было видно даже издалека. Тот неспеша шел по улице, периодически ероша волосы и поглядывая по сторонам. Арсений предложил вызвать такси, но тот захотел проветрить мозги.
Им обоим было о чем поразмыслить. Так что Арсений позволил себе слабость в виде сигареты и тайного наблюдения.
В голове пронеслись утренние сцены с Антоном. Обычно со своими партнерами Арсений был излишне сдержан, старался даже звуков лишних не издавать. А тут… Антон. Он и так знал все его самые гадкие секреты, так к чему шифроваться? Наверное, именно это и послужило мотивацией, потому что Арсений вел себя развязно. Почти как… Граф.
На самом деле разница между тем, что позволял себе обычно сдержанный Арсений в реальной жизни и в маске перед камерой, — небо и земля. Он и так гей, которому трудно найти партнера — с его-то запросами и немногочисленным контингентом людей нужного ему пола и ориентации. А уж если еще и свои извращенные фантазии демонстрировать, то шансы на отношения стремились к нулю.
Впрочем, они уже давно именно на этой отметке. А тут Антон… с его обожанием в глазах и податливостью. Арсений просто не мог не… И теперь ему было чуточку стыдно. В конце концов, Антон хотел просто поцеловать его на прощание, а Арсений стащил с него штаны, качественно отсосал, а потом еще и оседлал его член.
За все это было неловко и стыдно, но в целом он не жалел о своем порыве. В конце концов, черт его знает, когда в следующий раз удастся так шикарно потрахаться. Ведь Арсений не принял решения относительно Антона с его подтекающим чердачком.
Тут следовало взвесить все «за» и «против», причем сделать это на свежую голову, когда первые эмоции и тревоги пройдут. Не помешали бы дружеские советы, но посвящать Серёгу в подробности их интимной жизни казалось чем-то кощунственным и несправедливым как по отношению к Антону, так и к самому Матвиенко.
Да и советы советами, но окончательный выбор все равно останется за Арсением. Это его жизнь, и в самые важные моменты он обязан брать ответственность за поступки. Чтобы потом не винить всех подряд за упущенные возможности или произошедшие ошибки.
Арсений был аналитиком и привык к рациональному подходу к происходящему. Поэтому он решил изучить тему сталкинга, помешательства, а также собственные проблемы с отношениями и потребностью во внимании и обожании.
Но все это завтра. Или даже послезавтра. В запасе две недели, как никак. А сейчас ему хотелось просто курить, смотреть в хмурое небо и чувствовать неебическую расслабленность и сытость. Все же секс — отличная штука!
***
Рабочие будни шли в обычном темпе. Антон никак не давал о себе знать, предоставляя полную свободу действий в принятии решения, но что-то подсказывало — это все видимость. Или у Арсения просто развилась мания преследования на фоне заявлений Антона. Черт его знает!
Арсений прошерстил тему психических отклонений и составил пару графиков со всеми «за» и «против». Все же визуализация и дотошно выписанные минусы в виде «он может меня убить» и тому подобных полетов фантазии здорово отрезвляли и помогали разложить информацию по полочкам. Однако на другой чаше весов были не менее значимые плюсы Антона — он обожал Арсения и идеально подходил ему в постели.
Аналитика хороша при моделировании прикладных ситуаций, но в чувственной сфере любые доводы разбивались о банальное «я снова его хочу». Да и Антон явно не отступится даже в случае отказа. Впрочем… Арсений и сам уже почти принял тот факт, что собирается рискнуть.
***
Его мысли постоянно вращались вокруг Антона. Даже пока он работал, совершал ежедневную пробежку или делал масочки для лица. Хотелось, чтобы тот поскорее вернулся, но… Арсений не собирался ни за кем бегать. Поэтому он не писал ему и терпеливо дожидался, когда тот объявится.
В итоге две недели превратились в сущую пытку, которая лишь усилилась, стоило Арсению принять решение о том, что он хочет встречаться с Антоном.
А потом Шастун появился в офисе. Оксана радостно его обняла и начала задавать примерно миллион вопросов, остальные ребята со свойственной им неприязнью бросали недовольные взгляды, а Арсений… просто сидел на месте и не делал ровным счетом ничего.
Что же до Антона, то он поступил точно так же. С той лишь разницей, что даже не взглянул в сторону Арсения. Тот уже начал волноваться — вдруг во время поездки Антон передумал? Или увлекся кем-то другим?
Бурная фантазия Арсения уже разогнала эту мысль до масштабов постапоклипсиса, когда в Телеграм пришло сообщение от Антона.
«Поговорим?»
Ни тебе привет, ни как дела. Лаконично, кратко и раздражающе. При том, что Арсений все еще злился из-за его кажущегося безразличия и наличия потенциальной новой привязанности.
«Да» — написал он, желая ответить столь же односложно. Пусть не только Арсений мучается.
«Жду тебя в своем кабинете», — ответил Антон.
На этой ноте эмоции Арсения смешались между собой, потому что частично он все еще злился, но в то же время им овладело предвкушение и волнение. Чертов Шаст! Все из-за него! Вот раньше Арсений жил в своем спокойном болоте, придумывая пустяковые проблемы, яростно страдая от них, а потом приходил Серёжа и заканчивал весь этот балаган.
Теперь же волнения более чем обоснованные, а нервные клетки… в общем, их беречь надо. Но с Антоном — никак. Арсению это не нравилось, но, откровенно говоря, эмоции и сложности — как раз то, без чего он не мог существовать.
Из вредности Арсений ответил:
«Приду, когда закончу с отчетом.»
Правда сосредоточиться на работе ему не удалось, и терпения хватило на каких-то семнадцать минут, после чего Арсений поспешил в кабинет Антона.
— Привет, — поздоровался он.
— Арс? Я тебя не ждал, — удивился Серёжа.
— Я не к тебе пришел, — признался он, бросая быстрый взгляд в сторону Антона.
— А-а-а… — протянул тот, а потом резко спохватился и засобирался. — Мне тут это… обещал с Димой покурить.
  
И Серёжа ушел, оставив их одних. Хорошо иметь понятливых друзей.
Арсений посмотрел ему вслед, после чего королевской походкой приблизился к Антону. Тот развернулся на стуле и смотрел, смотрел, смотрел. Жадно скользил взглядом, изучая Арсения от аккуратно уложенной макушки до модных пижонских ботинок. Настроение сразу улучшилось, а еще стало так хорошо и жарко, что дыхание захватывало. И это все благодаря Антону. Даже не так — благодаря тому, как тот смотрит.