Законы Беззакония (СИ)
— Потому что… Да, точно, полиция вас, тварей, схватит и осудит за убийство? А-а, теперь-то понял, в какой ситуации находишься? — отчаянно произнес барыга, после чего все присутствующие хором рассмеялись. Судя по нашей реакции, он должен был понять, что подобные угрозы не возымеют эффекта.
— Глеб, только не замарай пол кровью, когда будешь его бить, подстели что-нибудь, а то в прошлый раз я задолбался его перекрашивать, — подлил масла в огонь Владимир.
В ответ на что Глеб молчаливо кивнул головой и медленными шагами устремился к привязанному к деревянному стулу барырге, попутно сверля его яростным взглядом.
— Ладно, я всё скажу, только уберите его от, меня! Закричал он, когда Глеб едва успел замахнуться. Бинго! Если чему меня семья Rocci и научила то тому что психологическое воздействие может быть куда эффективнее физического.
— Я никак не связан с " рассветом" как по вашему, мелкая сошка вроде меня может быть связанна, с рассветом, а теперь развяжите меня и уберите это животное! Закричал барыга, явно выведенный из равновесия.
— Без проблем, считай твои руки уже свободны но только при условии что ты скажешь на кого работаешь. Глеб отойди от нашего гостя. Произнёс я, бросив на, него, лукавый взгляд.
— Работаю... Не знаю я просто скачал приложение, там было написана где взять товар и куда отнести, честное слово, клянусь я ничего не знаю!
— Тише, тише, я тебе верю. Ирек я опустившись на колени и положив свою руку на его волосы. Но не мог бы ты в своём странном приложение указать что на район Строгонова, лучше не соваться, о и ещё лично передать эту информацию всем коллегам справишься?
— Конечно...Произнёс он дрожа.
Как вдруг, по крайней мере для него Глеб извлёк из рубашки пистолет, снял тот с предохранителя и выстрелил барыге прямо в голову.
— Б####! Осечка! Изображал удивление Глеб, хотя естественно это была не осечка, в пистолете даже не было патронов, однако барыге это знать не к чему. Я же ловким движением развязал ему, руки и ноги затем произнеся на последок.
— Родной, тебе стоит бежать — и как можно быстрее. Однако, судя по всему, моё предупреждение было излишним, ведь, как только я снял с него оковы, он моментально кинулся в бегство. Спустя лишь десять секунд он уже хлопнул дверью склада, обуреваемый страхом.
— Ты уверен что это сработает? Может было бы лучше избить по старинке? Вопрошал Владимир.
— Уверен, он точно на наш район больше не сунеться, да и думаю у его коллег прыти должно поубавиться.
*****
На следующий день, взвесив все преимущества сотрудничества с нами, около пятидесяти крупных ларьков и магазинов, чьи доходы колебались от 100 000 до 650 000 рублей, приняли наши условия. Это означало, что наша доля будет составлять от 10 до 65 тысяч рублей, что не могло не радовать. В целом, для старта это выглядело многообещающе, хотя и с долей иронии: Кириллу с Игорем пришлось прогулять школу ради этого обхода. К счастью, эти парни хоть догадались не надевать школьную форму, чтобы не привлекать лишнего внимания, ведь наша команда и так представляла собой причудливую смесь — от весёлого Афанасия с пышной бородой до молчаливого Юры, из которого слово можно было вытянуть разве что под угрозой адских пыток.
Кстати, мы проходили и мимо ларька с фруктами Антона Владимировича, где я, отправив остальных дальше, решил задержаться, чтобы обменяться с ним парой слов.
— Здравствуйте, Антон Владимирович, — поздоровался я с отцом своей одноклассницы.
— Здравствуй, Артём, — отозвался он, после чего полез в карман, отсчитал пятнадцать тысяч рублей и положил их на стол.
— Антон Владимирович, я не возьму эти деньги, — произнёс я твёрдо. — Вы оказали мне услугу, а любая услуга должна быть вознаграждена. Таков мой принцип. Вы ведь не раскрыли мою личность, даже когда вам угрожали «Слоны». И я уверен, они вас запугивали.
— Угрожали, Артём, — спокойно ответил он. — Но знай: я не выдал тебя не из лояльности к тебе, а из ненависти к этим ублюдкам. Ненавидел их то, что они отпугивали клиентов, ненавидел за то, что торговали здесь наркотиками, ненавидел их за то что смели нас запугивать.
— Поверьте, здесь больше никогда не будет такого беспредела, — заверил я. — А что касается ваших слов, Антон Владимирович: если вы и впредь будете ненавидеть моих врагов, это будет куда ценнее простой лояльности ко мне.
— Я услышал тебя, Артём, — произнёс мужчина, переведя взгляд вправо. Я последовал за его глазами, и наши взоры встретились с Кристиной, которая только что вернулась из школы. На ней был длинный сарафан, доходящий до щиколоток, под ним белоснежная блузка, а её огненно-рыжие волосы были аккуратно заплетены в длинную косу, спускающуюся по спине. Что сказать? Миленько!
— Здравствуй, отец. Привет, Артём, — учтиво поздоровалась Кристина, встав напротив меня, и, окинув взглядом улицу, добавила: — Знаете, здесь стало как-то поприятнее.
— Думаю, это во многом заслуга твоего однокашника, — изрёк Антон Владимирович, потрепав меня по плечу.
— Правда? — вопрошала девушка, поворачиваясь ко мне лицом и устремляя на меня спокойный, уравновешенный взгляд своих серых глаз.
— Антон Владимирович преувеличивает. Что ж, не буду больше занимать вашего времени, — произнёс я, демонстративно взглянув на часы. — Если что-то понадобится, обращайтесь. — После этого, пожав руку мужчине и кивнув Кристине на прощание, я развернулся и направился в сторону мужиков торчащих у магазина электроники чувствуя на себе хихикающий взгляд Кирилла.
*****
После патруля, примерно к девяти часам вечера мы собрались на складе, в приподнятом настроении, ведь настала долгожданная пора раздачи денег. Чей-то лик, подобно Афанасию, светился, охваченный подлинной, детской радостью, а кто-то, скажем, как Игорь, с беспокойством и нетерпением, обусловленным нуждой, взирал на меня. Что впрочем было лишним, ведь я и так помнил своё обещание.
— Товарищи, даже не так братья, сегодня начинается наше великое путешествие. Пусть впереди нас ждут немало испытаний и битв, но разве это может нас испугать? Ведь с этого знаменательного дня мы не Кирилл, Глеб, Артём, Афанасий, Юрий, Владимир, Антон, Игорь, Андрей мы "74 округ" мы едины, и вместе преодолеем все преграды, что встанут на нашем пути. Произнёс я сидя во главе нашего импровизированного стола, ребятам мой тост явно пришёлся по душе и мы чокнулись бокалами, да так что у Глеба к примеру тот и вовсе треснул. Убедившись что настроил ребят на нужный лад а за столом царила дружеская и непринуждённая атмосфера, я решился раздать деньги. — А теперь перейдём к главному — к оплате вашего праведного труда! — произнёс я, и в следующую секунду за столом повисло гробовое молчание. Достав сумку, в которой мы собирали деньги, я продолжил: — В этой сумке один миллион шестьсот пятьдесят тысяч рублей. Половина из этой суммы, а именно восемьсот двадцать пять тысяч, достанется Игорю в связи с наличием проблем, требующих срочного решения. Я решил, что если Игорь захочет, он сам поведает, на что ему нужны эти деньги.
— А что у тебя стряслось? — спросил Афанасий, переводя взгляд на Игоря. Тот, выждав паузу в несколько секунд, будто заново переживая старые, неприятные воспоминания, ответил тихим голосом:
— Мама болеет… Нужны деньги на лечение.
— Как её зовут? — вопрошал Афанасий, наполняя свой басистый голос состраданием.
— Варвара Владимировна…
— Я буду молиться за её выздоровление, — решил для себя Афанасий. — На днях поставлю свечку в церкви.
— Спасибо, — ответил Игорь, немного повеселев. Видно, несмотря на все жизненные обстоятельства, вера в Бога в нём ещё была сильна.
— Я тоже поставлю! — внезапно произнёс обычно строптивый Антон.