Последний рубеж. Том 2 (СИ)

— Не припомню, чтобы я это разрешала, Филатов, — произнесла она, глядя на меня с прищуром.
— Но и не запрещали, княгиня, — парировал я, улыбнувшись.
Она рассмеялась, а потом иронично покосилась на Савелия Петровича Игнатьева. Тот, однако, сделал вид, что очень увлечённо рассматривает потолок.
— Ну, а если серьёзно, — продолжил я, обращаясь ко всем, — те девушки, что работали у Аганько… они давно получили паспорта и стали свободными. Никто не обязан был там оставаться.
  
Я бросил взгляд на боярина Смирнова, отца Люды. Тот лишь неопределённо хмыкнул, но по его лицу было ясно — он не против такого «бизнеса».
— Некоторые из них, — добавил я, — выбрали свободу и даже вышли замуж. Те же, кто не захотел перестраивать свою жизнь, работают там спокойно и честно. Получают достойную оплату, кров и еду. Никакого принуждения.
Боярыня Морозова, до этого слушавшая с лёгким презрением, вдруг кивнула.
— Довольно благородно, Илья, — произнесла она, а затем повернулась к Люде. — А как ты, милочка, относишься к тому, что у твоего жениха есть… свой личный притон?
— Мария! — воскликнула Елена Смирнова, мать Люды, и бросила на Морозову гневный взгляд. — Что за выражения⁈
— Это не притон, — твёрдо сказал я, вмешиваясь. — И с того момента, как я сделал предложение Люде, никаких других женщин в моей жизни не было. И не будет.
Я обвёл взглядом всех присутствующих, затем остановился на Морозовой.
— Если кто-то из вас мне не верит, — мой голос стал тише, но приобрёл стальную нотку, — я готов открыть своё сознание. Вы сможете увидеть и почувствовать всё, через что мне пришлось пройти. Но предупреждаю… это может быть болезненно. Для вас самих.
Я окинул взглядом притихших гостей. Они молчали, переваривая моё предложение. И я знал, что никто из них не рискнёт. Не сейчас. Возможно, позже. Но не сейчас.
— Что ж, — произнёс я, прерывая затянувшуюся тишину. — Думаю, на сегодня достаточно впечатлений. Мы можем обсудить всё это завтра, если пожелаете встретиться вновь. Если нет, — я чуть заметно улыбнулся, — то я приеду к каждому из вас лично, чтобы обсудить дальнейшую совместную работу. А сейчас… — я поднялся с кресла. — Доброй вам ночи, господа.
Я уже собирался выйти из кабинета, когда послышался голос Лёши.
— Босс, — он шагнул вперёд, его лицо было серьёзным. — Может, я сам съезжу к Мико? Разберусь там. Вам нужно отдохнуть.
— Нет, Лёш, — покачал я головой. — Спасибо за предложение, но нет. Сейчас тебе нужно разобраться со стадионом, привести всё в порядок. К тому же… — мой взгляд скользнул по Люде, затем вернулся к Лёше. — Я лично обещал девочкам, что буду их защищать. Поэтому я должен ехать сам.
Люда, сидевшая рядом, чуть поджала губы. Я заметил это, несмотря на всеобщее напряжение.
Не волнуйся, любимая, — прозвучал мой мысленный голос в её голове, мягкий и успокаивающий. — Как только вернусь оттуда, сразу же расскажу тебе о том, что со мной произошло на самом деле. Конечно, если ты пожелаешь.
Она удивлённо подняла на меня глаза, но через мгновение на её лице расцвела нежная улыбка. Люда подалась вперёд и нежно поцеловала меня в щёку.
— Я буду ждать, — прошептала она, и в её глазах не было ни тени сомнения. — Когда ты освободишься.
 Глава 22 
Я припарковал байк в подворотне, скинул шлем и поправил маску. Чёрный костюм Мора, прошитый ториумовыми нитями, казался второй кожей. Он не ощущался тяжёлым, но его магия… она пульсировала, готовая в любой момент вырваться наружу. Отсюда, из тени, я видел огоньки моего заведения. Музыка заглушала крики города, но не могла заглушить предчувствие.
Когда я вошёл, то удивился. Девушки, мои «работницы», не метались в панике. Они сидели за баром, потягивали коктейли, смеялись. Мико, как всегда, была на своём месте, протирая стаканы. На первый взгляд — идиллия. Но я чувствовал. Чувствовал тонкую, едва заметную дрожь в их душах, подавленный страх, что вибрировал в воздухе, словно натянутая струна. Истерика, которую они отчаянно пытались скрыть. Я промолчал. Сейчас не время для разговоров по душам.
— Мико, — мой голос прозвучал глухо, но уверенно, заставив несколько голов повернуться. — Что произошло?
Мико быстро шагнула навстречу, её глаза были серьёзными, но без паники.
— Напали, босс, — прошептала она, подходя ближе. — Какие-то придурки. Вооружённые. Ворвались, как к себе домой.
Она кивнула в сторону дверного проёма, где стоял охранник, потирая разбитый нос. Глаз у него уже начинал наливаться синевой, но держался он молодцом.
— Отлично сработано, — бросил я ему, проходя мимо. — За побои получишь премию.
Охранник кивнул, выпрямившись. Мико продолжала:
— Они… они просто крушили.
— Узнали кого-нибудь? — обернулся я к девушкам за баром. Мой голос, усиленный маской, был лишён эмоций. — Лица, приметы, акценты?
Они переглянулись.
— Нет, Мор, — ответила одна из них. — Никого не знаем. Будто… из другого города.
Я нахмурился, хотя под маской этого никто не увидел. «Из другого города», значит. Кольцо сужается. И давит всё сильнее. Это уже не просто мелкие бандиты. Это целенаправленная акция.
— Записи с камер? — спросил я Мико.
— Уже отправила Саше, — мгновенно ответила она. — Ещё до твоего приезда.
Я кивнул, доставая свой девайс.
— Саша, — произнёс я, активируя связь.
— Уже ищу, босс, — раздался её голос, слегка искажённый помехами. — Но пока пусто. Они как будто растворились в ночной мгле. Ни следа. Чисто сработали.
— Пересылай всё на мой телефон, — отрезал я. — И продолжай искать. Каждую пылинку.
— Будет сделано.
Экран девайса вспыхнул, уведомляя о входящих файлах. Я убрал его, чувствуя, как адреналин вновь наполняет вены. Значит, кто-то начал свою игру. Что ж, им будет больно. Очень больно.
* * *
Кабинет Мико был небольшим, но уютным. Мягкий свет от настольной лампы, запах кофе и бумаг. Я сидел за столом, склонившись над девайсом, прокручивая записи с камер. Мико стояла рядом, теребя край платья.
— Ничего, — пробормотал я, увеличивая очередной кадр. — Пустота. Словно тени, а не люди. Они просто… растворились в тёмных переулках. Ни одной зацепки.
Я откинулся на спинку кресла, потирая виски. Голова гудела после всего, что произошло.
— Илья, — голос Мико был тихим, но серьёзным. — Девочки… они напуганы. Они могут сорваться. Им нужно… им нужно видеть, что ты их защищаешь. Что ты стоящий руководитель.
Я резко поднял на неё взгляд, прищурившись.
— Насколько я хуже Аганько, Мико? — мой голос был сухим, без намёка на эмоции. — Ты боишься, что они уйдут? Что я не справлюсь?
Мико смутилась. Её щёки слегка порозовели, а взгляд метнулся в сторону.
— Нет! Что ты, Илья! — быстро проговорила она, замахав руками. — Ты… намного лучше. Гораздо! Аганько… она была чудовищем. А ты… дал нам свободу. Но… — она запнулась, собираясь с мыслями. — Они теперь свободны. И им страшно. Они привыкли к… жёсткой руке. Они могут уйти в любой момент.
Я не спорил. Она была права. Свобода — это не только дар, но и бремя. И я должен был показать им, что моё бремя — это их защита.
В этот момент мой девайс, лежавший на столе, завибрировал. Звонил Лёша. Я нахмурился, предчувствуя очередную проблему.
— Что там, Лёш? — ответил я, стараясь говорить спокойно.
— Босс, — голос Алексея был напряжённым, с лёгким шумом на заднем фоне. — Тут… на арене. Охрана звонила. Какие-то уроды уже в третий раз стены разрисовывают. Граффити. В масках, камеры их не берут. Шугали их раньше, думали, шпана обычная. Но сейчас… — он замялся. — Я думаю, это может быть как-то связано. Уж больно нагло.
  
— Понял, — отрезал я, почувствовав, как внутри поднимается холодная волна ярости. Значит, они решили играть по-крупному. Отвлекающий манёвр, или просто демонстрация силы? Неважно. — Спасибо, Лёш. Я сейчас подъеду. Ты пока ничего не предпринимай. Просто наблюдай.