Последний рубеж. Том 2 (СИ)

Имя горело на камне:
КУАРИЭЛЛ.
Я застыл, глядя на это. И понял. Он был демоном Хаоса. Он всегда разрушал, снаружи и внутри. Его сознание — это беспорядок, клубок разорванных мыслей, анархия воплоти. Он не терпел структуры.
Но теперь — в его душе был Порядок. Я навязал его. Глыбы дрогнули. Треснули. Где-то вдалеке раздался внутренний крик, не слышимый ушами — но давящий на кости. Демон сломался.
  
Я отпустил его разум — и вышел наружу. Он стоял. Нет — застыл. Мгновение. Другое. А потом Куариэлл завопил. Закинул голову и издал крик, от которого Преисподняя содрогнулась. Болота запузырились, скалы начали рушиться, небо потемнело ещё сильнее.
И вдруг — вспышка. Не огня. Тьмы. Чёрный свет. Жгучий, как звезда, только обратная. Он ослепил, выжег воздух — и Куариэлл исчез.
На его месте — чёрная сфера. Гладкая, блестящая. Три кольца вращались вокруг неё. Плавно. Беззвучно.
Я подошёл ближе. Это был… Исток. И не простой — со Ступенями. Тремя.
Я улыбнулся.
— Ну что, — сказал я, глядя на пульсирующую сферу. — Добро пожаловать… в мою коллекцию.
* * *
Три кольца. Всего три.
Я смотрел на них, медленно вращающихся вокруг чёрной сферы, и внутри щёлкнуло что-то усталое. Не раздражение, не злорадство — скорее, лёгкая насмешка. Над собой. Над тем, что ещё недавно такая штука показалась бы недостижимым чудом, а теперь… просто очередной шаг вперёд.
— У меня уже четвёртая, — сказал я вслух, почти без эмоций. Просто констатировал. Как будто вслух отвечал на чей-то внутренний вопрос.
Потянулся к сфере. Изумрудный оттенок покрова ожил в ладони, сдвинулся — мягко, будто ткань — и потянулся к Истоку. Не было ни вспышек, ни сопротивления. Сфера просто исчезла, растворилась в тёмной вязкой магии, слилась со мной, как будто ей было здесь место с самого начала. Словно она просто ждала, пока я стану готов.
И сразу после этого что-то в груди дёрнулось. Не боль — нет, не боль. Просто… слишком много. Словно внутрь влили целый чан кипятка. Горячая, плотная магия прошла по венам, упёрлась в рёбра, будто ища выход, — и я почувствовал, как сердце сбилось с ритма.
Я сделал вдох. Медленно. Ровно. Потом ещё один. Но толку было мало. Сердце било, как барабан в осадной армии, — резко, гулко, вразнобой. В груди закололо. Лёгкие будто сжались, и стало трудно дышать. Я попробовал удержать равновесие, но ноги ослабли. Мышцы подёрнулись судорогой, и мне пришлось опуститься на колени.
Ладони упёрлись в землю. Сухую, как зола. Дыхание сбилось окончательно — не мог ни вдохнуть нормально, ни выдохнуть. Всё тело трясло. В голове шумело, будто в ней поселился рой.
Я знал, что это не угроза. Не болезнь. Это просто… адаптация. Так тело отвечает, когда в него вливается нечто чужое. Слишком сильное. Слишком древнее. Покров внутри не бушевал — он работал. Менялись потоки, структура, всё на клеточном уровне. Я чувствовал это.
И всё же… это было почти невыносимо.
Я стиснул зубы. Пот катился по вискам. Где-то под рёбрами пульсировало что-то новое, незнакомое, но уже родное. И я знал — если выдержу, то встану другим.
Но сейчас… я просто лежал. Захлёбываясь воздухом. И стараясь не потерять себя.
* * *
Я всё ещё лежал, упираясь лбом в пыльную землю, когда почувствовал, что темнота вокруг как будто сгустилась. Не сразу понял, в чём дело — просто внезапно стало ещё тяжелее дышать, будто кто-то заступил на границу моего пространства, впуская с собой не воздух, а давление.
Шаги. Лёгкие, размеренные. Почти танцевальные. И хруст песка под ногами — неестественно глухой.
Я поднял голову.
Из мрака вышла она. Облик Люды. Только кожа чуть темнее, глаза — ярче. Нереальные, будто светятся изнутри. И пальцы… нет. Когти. Длинные, тонкие, изогнутые, чёрные, как осколки обсидиана.
Она остановилась в шаге от меня, наклонила голову набок, будто с любопытством разглядывала. Потом медленно опустилась на корточки рядом, так близко, что я почувствовал её дыхание. На лице — выражение жалости. Показное, почти детское. Но глаза… хищные.
Дьяволица цокнула языком.
— Ну ты и глупенький, — прошептала она, словно утешала. — Столько в себя впитать… и думать, что обойдётся без последствий.
Я открыл рот, но сказать ничего не успел. Она медленно, с какой-то пугающей грацией, протянула руку — и без предупреждения вогнала коготь в мою грудь.
Боль.
Всё тело взорвалось. Воздух вырвался из лёгких. Я дёрнулся, но она крепко держала меня за плечо другой рукой, не давая отстраниться. Внутри всё сжалось. Что-то хрустнуло.
Я закричал. Не как в кино. Не героично. А по-настоящему — хрипло, с надрывом, как зверь, которого ловушка придавила по самую кость.
И в тот же миг из раны хлынула густая чёрная жидкость. Не кровь — что-то другое. Смолянистое. Тягучее. Она капала с её когтя, стекала по моей коже, шипела, когда касалась земли. В ней что-то ворочалось, будто она была живая.
— Тихо, — прошептала демонесса, медленно отводя руку. — Это нормально. У тебя просто… скопилось. Слишком много.
Я смотрел на неё, сжимая зубы, пытаясь не завыть от боли. В груди всё горело. Казалось, лёгкое выжгло изнутри. Дышать — почти невозможно. Она тем временем хмыкнула и провела пальцем по краю раны, наблюдая, как чёрная жижа продолжает вытекать.
— Демоническая сила, — объяснила она, будто читая лекцию. — Она не просто напитывает тебя. Она ищет путь наружу. Ты же не сосуд без дна, Илья. Всё, что в тебя входит — должно откуда-то выйти. Вот и выходит.
Она усмехнулась, облизывая коготь, будто пробовала вкус. Я бы, наверное, вырвался, если б мог. Но сейчас у меня на это не было ни сил, ни воздуха.
— А теперь… — она наклонилась ближе, шепча почти в ухо, — тебе нужно решить, кто ты. Человек, в котором застряла сила, или… то, во что ты превращаешься.
Я тяжело задышал, кровь смешалась с этой гадостью, и я не знал, что больше жжёт изнутри — рана, сила… или её слова.
 Глава 19 
— Да чтоб тебя… — выдохнул я сквозь стиснутые зубы, поднимая взгляд. — Чтоб ты подавилась моей… силой.
Она лишь усмехнулась, и её когтистые пальцы чуть дёрнулись, словно в предвкушении. Её лицо на мгновение исказилось, став точь-в-точь как у Каори в её худшие моменты, потом мелькнула Магда, а затем… снова Люда, но с теми же хищными глазами.
Ярость, холодная и расчётливая, поднялась внутри. Не на неё. На себя. За слабость. За то, что позволил себя так измотать.
— Хватит глазеть, — прорычал я, отталкиваясь от земли. Каждый мускул протестовал. Рёбра горели, лёгкие отказывались работать в полную силу. Но я заставил себя. Медленно, с кряхтением, опираясь на одну руку, я поднялся. Шатался, как пьяный, но стоял. — Насмотрелась? Тогда проваливай, если не хочешь помочь.
Демонесса лишь склонила голову, её глаза-щели блеснули в полумраке. Естественно, она не уйдёт.
— Куда ты? — промурлыкала она, и её голос вдруг стал таким нежным, таким… настоящим. Таким, каким я слышал его от Люды в самые лучшие моменты. Это было хуже любой пытки.
— Туда, куда мне и надо, — отрезал я, не утруждаясь ответом. — К тому месту, где меня ждёт следующая проблема.
Я сделал шаг. Земля под ногами была твёрдой, но каждый удар отдавал в ране. Вдалеке, сквозь багровый туман, виднелся тот холм с распятием. Единственный ориентир в этом проклятом месте. Я пошёл к нему, не оглядываясь. Не потому, что не чувствовал её присутствия. А потому, что не хотел давать ей лишнего повода для… игр.
  
Она следовала за мной. Чувствовал это спиной. Иногда, когда я чуть замедлял шаг или просто делал вид, что смотрю по сторонам, её облик мелькал на периферии зрения. То высокая, стройная, с тёмными волосами Мораны. То коренастая, с безумным взглядом Беса. То снова Люда, но с оскалом, от которого передергивало. Я не говорил ни слова. Просто шёл. Каждый шаг был вызовом. Себе. Ей. Этому проклятому месту.