Наследник (СИ)

— Прекрасно. Доступ к их корпоративной почте получил?
— Ещё ночью. Письма сразу выгрузил, на всякий случай. Вся их клиентская база и переписка теперь у нас.
— Они об этом знают?
— Нет, конечно. То есть, если покопаются, могут зафиксировать вход с другого сетевого адреса. Но я замёл следы, как смог, это будет непросто. А доказать, что это были мы, вообще невозможно.
— Тогда повторю за твоим подчинённым: красава. Пошли, надо кое-что обсудить наедине.
Егор встаёт и следует за мной, на ходу отдавая указания. Смотрю на него через плечо и невольно улыбаюсь. Из запуганного одиночки, которого я когда-то взял на службу, он постепенно превращается в уверенного в себе руководителя. Радует, что он успешно принял ответственность, которую я ему доверил.
Мы заходим в другую комнату, которую оборудовали под столовую. Громкое название, конечно, из кухонного оборудования здесь только стол, электрочайник и микроволновка.
— Хотите кофе, ваше сиятельство?
Видя банку растворимого, качаю головой:
— Нет, спасибо. Присядь, надо поговорить.
— Я что-то не то сделал? — обеспокоенно спрашивает хакер, садясь рядом.
М-да, кажется, я поторопился сделать выводы. Уверенности в нём пока что недостаёт. Работает хорошо, но твёрдости, нужной начальнику, ещё не научился.
— Нет, наоборот. Я хочу похвалить тебя. Вы своими ребятами прекрасно справляетесь.
— Спасибо, ваше сиятельство. Стараемся.
— Они смогут дальше поддерживать атаку без тебя?
— Думаю, да, — подумав, отвечает Егор. — Самое сложное я уже сам сделал.
— Отлично. Потому что я хочу поручить тебе то, о чём никому не следует знать.
Хакер медленно кивает. Я достаю из кармана флешку и протягиваю ему:
— Это база компромата. Твоя и та, что нашлась на компьютере редактора Золотого льва. На Старцева там ничего нет, я уже проверил. Твоя задача найти компромат на его бывших партнёров. Тех, с кем он ссорился и судился, таких немало.
— Не проблема, — Егор забирает флешку. — Если здесь не найду, то можно просто в интернете поискать. И что потом с этим сделать?
— Пока ничего. Но если я прикажу — отправь всё, что найдёшь, редактору Золотого льва через корпоративную почту Пересвета.
— Но зачем? Редактор Льва теперь и так наш человек.
— Да затем, чтобы выглядело так, будто Старцев хочет опубликовать компромат на своих бывших партнёров. А затем предупреди этих людей, тоже с почты Пересвета. Потребуй денег. Они начнут звонить Герману, возмущаться и может даже угрожать. Пусть понервничает.
— Теперь я понял, — улыбается Егор. — Хитрая схема, ваше сиятельство.
— Хитрая и слишком грязная. Это на крайний случай. Не вздумай ничего предпринимать без моего приказа. Понял?
— Да, конечно.
— Вот и хорошо. Теперь ещё кое-что — заранее найди уязвимости на сайтах других компаний Старцева. Подумай, как можно ударить его побольнее. Это опять же на будущее, если он вздумает устроить эскалацию. Пока что война идёт между Оруженосцем и Пересветом. Мы не будем переходить границу первыми.
— Сделаю, ваше сиятельство.
— Хорошо. Ты всем своим людям доверяешь?
— Да не очень, — пожав плечами, сознаётся хакер. — Но все их компы у меня под контролем. Если вздумают сливать информацию — сразу узнаю и позову ребят снизу.
— Так и сделай. И вот ещё что: поручи кому-нибудь мониторить действия Эглитиса. Если наёмники начнут шевелиться, сразу мне сообщай. Всё, пора работать.
— С радостью, — Егор подскакивает и даже руки потирает от предвкушения.
Приятно видеть человека, который кайфует от своей работы. Я тоже получаю удовольствие от своей. И даже соперничество с кем-либо мне в радость, но только когда его в меру.
Я не зря сказал матери, что намерен положить конец нападениям на меня. Сколько можно? Я каждый раз отбиваюсь, но моим врагам почему-то до сих пор кажется, что в следующий раз я обязательно сломаюсь. Не дождётесь. В этот раз я отвечу так, что все вокруг надолго запомнят.
Если вооружённого налёта на редакцию Золотого льва вам показалось мало, то смотрите, что я сделаю дальше.
  
Я уничтожу Пересвет. Полностью лишу Германа Старцева его компании. А если он решит атаковать меня физически, то я не успокоюсь, пока не убью его.
Вместе с ЧВК у Старцева будет больше людей, чем у нас. К тому же наёмники люди опытные. Я верю в своих ребят, но у большинства из них нет реального боевого опыта. Часть раньше служила в полиции, но это далеко не то же самое, что быть наёмником и мотаться по горячим точкам.
Но даже на случай реальной войны у меня есть план. Который, я уверен, позволит нам победить.
С одной стороны, я надеюсь, что война не состоится. С другой — я жажду её. Хочу показать, что значит связываться со мной. И если всего, что случилось до этого, было недостаточно, то пролитая кровь станет настоящим аргументом. Пусть каждый, кто захочет со мной враждовать, дважды подумает.
Покидаю базу и сажусь в машину. Водитель поворачивается ко мне:
— Куда едем, ваше сиятельство?
— В школу, — отвечаю я.
— Вы уверены?
— Ну конечно. У меня скоро экзамены, перед Новым годом, — морщусь. — Надо подготовиться.
— Опасно же. Мало ли что этот Старцев вытворит.
— Атаковать внезапно он не посмеет. Сначала должен официально объявить войну. Среагировать успеем. Бриллиант охраняют ребята из Вольги. Так что поехали, я и так опоздал на первый урок.
— Хорошо, — водитель заводит машину, и мы едем.
По дороге попадаем в небольшую пробку, поэтому к школе приезжаем уже тогда, когда начался второй урок. Прощаюсь с водителем и быстрым шагом отправляюсь к входу.
Только захожу на территорию школы, как ко мне устремляется какая-то темноволосая девчонка. Она стояла во дворе и как будто бы специально ждала именно меня.
Но стоит ей подбежать поближе, как я узнаю её. Это же Надя Серебрякова! Ничего себе. Она ещё сильнее похудела и стала выглядеть просто очаровательно.
Не добегая до меня пары шагов, она вдруг резко останавливается и смущённо говорит:
— Привет, Саша.
— Привет. Прекрасно выглядишь. Ты просто умница.
— Спасибо, — щёчки Нади приобретают пунцовый цвет.
А я смотрю на неё и думаю, что она действительно стала очень красивой. Из неказистой толстушки превратилась в складную и аккуратную девушку. Как будто бы два разных человека с одним лицом.
— Почему ты не на уроках? — спрашиваю я, прерывая затянувшееся молчание.
— Тебя ждала!
— Зачем?
— Я слышала, у тебя опять проблемы. Ты что-то не поделил с Германом Старцевым, да?
— Вроде того. У нас одинаковый бизнес, и он ведёт нечестную конкуренцию. Откуда ты знаешь?
— Так со вчерашнего вечера о вас везде пишут. Ты после того, как в аварию попал, вообще из новостей не вылезаешь!
— Есть такое, — усмехаюсь я. — Так и в чём дело?
— Мой отец опять просил передать, что готов помочь тебе. А ещё он сказал, что уже имел дело со Старцевым и может кое-что тебе посоветовать.
— Хорошо, я встречусь с твоим отцом, — помедлив, отвечаю я. — Спасибо, Надя. Идём на уроки?
— Идём, — с улыбкой соглашается она.
Вместе добираемся до входа в школу, а в коридорах разделяемся, ведь мы учимся в разных классах. Оборачиваюсь, чтобы взглянуть на Надю со спины и вижу, что она тоже обернулась. Как в той песне: «Я обернулся посмотреть, не обернулась ли она…»
Надежда смущается и сразу прячет глазки. Я только коротко смеюсь. Эх, девчонки. Не умеете вы скрывать свои чувства. А некоторые из вас, наоборот, умеют слишком хорошо.
Жаль, что Надя одного со мной возраста. Я хоть и живу в юном теле, но питаю интерес к женщинам постарше. Это из прошлой жизни осталось, когда я был человеком в возрасте. Не могу воспринимать юных пигалиц как сексуальный объект. Они мне во внучки годятся.
Надежда Серебрякова