Убийство в заброшенном поместье
Джо подавила приступ паники и начала по шажочку пятиться вдоль камина, подбираясь к большой синей вазе. Кровь застучала у нее в ушах. Держи себя в руках. Она нащупала пальцами неровные края вазы. Притронулась к холодной керамической стенке и перевела дыхание.
– Я н-не хочу, чтоб меня убили.
– Вы считаете, я хотел этого? Никогда даже не думал, – сказал Флит. Его животное дыхание почти вытеснило речь, и за ним таилось что-то грубое, подлое, отчаянное.
– Убийство. Мерзко. Грязно. Война – это грязь, но мы всегда можем убрать все плохое.
– Что плохое? – пискнула Джо.
– Да что угодно. Люди совершают ошибки. Сначала маленькие – а потом и большие, чтобы спрятать маленькие. Солдаты, гражданские. Просто отдайте это мне, и все исчезнет!
Джо задыхалась, ее мысли метались. Она не понимала, чего он хочет. Ей же просто нужно было выбраться из дома. «Отвлеки его, – сказала она себе. – Заставь его отвернуться. Выиграй время. Соври».
– Я… я спрятала то, что вам нужно. В этой комнате. – Она врала. – На шкафу.
Флит повернулся и увидел разворошенные пустые полки. Ему там нечего было искать. Но это уже не имело значения. На ладони Джо оказался баллончик с перцовым спреем. Она вытянула руку, держа палец на распылителе, и подождала, пока он обернется…
– Господи, – выдохнула Грин, когда МакАдамс едва не влетел в зад ехавшей впереди машины, потому что ее фары еле виднелись, размытые дождем.
– Прости.
Когда они подняли на уши всю полицию Йорка, в участке началась полная неразбериха. Грин уже ответила на несколько десятков звонков. Движение на дорогах из-за бури было весьма напряженным. У них не было всех ответов. Но кое-что уже было.
Подтверждено: Флит уехал в Абингтон рано утром и не сказал МакАдамсу.
Подтверждено: он не отметился в следственном отделе Абингтона. Эндрюс пытался дозвониться до Джо Джонс, но безуспешно.
– Ты сказала, что нужно отправить вооруженный отряд в поместье? – спросил МакАдамс. Опять.
– Сказала. Два раза. Но там тоже все вверх дном из-за бури. Электричество повсюду отключили, деревья повалены. – Грин поежилась, когда МакАдамс снова резко свернул, объезжая медленный поток машин. – Мы не знаем, случилось ли что-то плохое, босс. Поймите, мы просто не знаем.
– Я, черт возьми, знаю, – прорычал МакАдамс. Элси играла с ними, но и с Флитом тоже. Вот почему она посматривала на двухстороннее зеркало на допросе. Она знала, что Флит стоит там, и она хотела, чтобы он винил во всем Джо, а не ее и не Джека.
– Да вашу ж… Двигайтесь давайте, долбаные ублюдочные черепахи! – МакАдамс то и дело перестраивался, и на этот раз Грин вцепилась в ручку над дверью.
– Хорошо, я еще поверю, что вина Элси не такая уж и большая, – согласилась она. – А как мы знаем, у Джека на Флита что-то было, и он-то как раз помог Джеку получить более мягкий приговор.
Подтверждено. Да, Флит был не единственным свидетелем убийства (за Джеком следила целая команда, в конце концов), но он первым там оказался. Он дал показания, что Джек не знал того, что в машине находится жертва, и вообще-то пытался спасти Дугласа. И лишь на основании показаний Флита убийство квалифицировали как непредумышленное.
– Вот что я никак не могу понять, это как Сид оказался замешан в этом деле, – продолжала Грин. – Он не служил в армии, ни с кем не пересекался и вообще не знал Флита до шантажа.
– Сид был женат на Элси, – сказал МакАдамс спокойно.
– А ей-то зачем его втягивать? От него одни проблемы.
– Помнишь увядшие розы, мертвых птиц, что она посылала Оливии? Элси всегда мстит, а Сид с ней обошелся несправедливо.
Все это время МакАдамс ошибочно полагал, что Элси стала жертвой преступных действий Сида. Элси, возможно, догадывалась, что МакАдамс склонен был видеть в ней жертву, а не вдохновителя изощренного шантажа и отмывания денег.
– Я уверен, что Джек что-то имел против Флита, и тот помог скостить ему срок, но не он своими мозгами это все придумал, и уж точно не Сид.
Грин сжалась в комок, когда МакАдамс снова проскочил в узкий промежуток между грузовиком и туристическим автобусом.
– Почему тогда Флит не стал выяснять сначала все у Элси – или у Джека? – спросила она. – Зачем убивать Сида из этого антиквариата в пустом коттедже? Бессмысленно.
Конечно, она была права. МакАдамс все еще что-то упускал – то, что произошло до обвинения Джека в поджоге. Но вот же проклятье, он и понятия не имел, что бы это могло быть. А всё эти слова Элси на допросе.
В любом случае это была его идея. Мы не имеем к этому никакого отношения.
– Перезвони в участок, и на этот раз оставайся на связи, пока кто-то не подтвердит, что полицейские направились в Ардемор-хаус, – скомандовал он.
Все это не было похоже на кино. Струя жгучей жидкости взрывом накрыла глаза, нос и рот Флита – но брызги попали Джо на пальцы и наполнили горечью ее собственные легкие. Закашлявшись, Флит судорожно завопил и врезался в каминную полку. Джо отскочила и тут же наткнулась на перевернутый кофейный столик. Флит проклинал ее, и рвущийся из его горла крик перекрывал звон бьющегося стекла: его руки, словно крылья ветряной мельницы, обрушивали на пол вазы и свечи.
«Черт, черт, черт», – проносилось в ее голове, пока она пробиралась к холлу. У нее слезились глаза, в голове полный сумбур. А Флит уже вскочил на ноги.
– Отдай его мне! – взревел он. Джо метнулась к парадной двери, но, несмотря на горящее от спрея лицо и налитые кровью глаза, Флит оказался быстрее, выше и сильнее. Он наступал, и Джо с криком отскочила, схватившись за столик, ставший преградой между ними.
– Я не знаю, что должна вам отдать! – закричала она. Флит был взбудоражен, но сосредоточен, и красные белки его глаз окружали яркую голубую радужку.
– Письмо Клэпхема, ты, паршивая сука, – завизжал он. В уголках его рта пенилась слюна, а костяшки пальцев, сжимавшие край стола, побелели. – Отдай мне письмо!
Джо не знала никакого Клэпхема. Да и какая разница, кто он вообще. Одной ногой она уперлась в деревянную обшивку стены и резко толкнула стол в живот Флиту. Это помогло выиграть время. Она пулей пролетела через столовую к кладовке, но там не было ни двери, ни замка. Она прикинула размеры огромного тяжелого шкафа с посудой и толкнула его что было сил. Он закачался и рухнул, и пыльная посуда разбивалась, устилая пол осколками, но шкаф не перекрыл дверной проем, в котором уже появился Флит. Он успел ухватить ее за плечо.
– У меня нет больше денег – слышишь? Все закончится СЕЙЧАС!
Она была обездвижена, зажата между стеной и сундуком, но за спиной ее пальцы пытались нащупать хоть какое-то оружие.
– Не нужны мне ваши деньги! – прокричала она, отчаянно шаря руками. В ответ Флит рывком поднял ее на ноги, но она уже ухватилась за гладкое горлышко чудом уцелевшего графина.
Она взмахнула графином на рефлексе, и тот под собственным весом маятником качнулся у нее в руке. С тошнотворным звуком удар пришелся Флиту в лицо. За хрустом последовал фонтанчик крови, и только после этого Флит отчаянно взвыл от боли.
Боже, боже. Джо вырвалась, мысленно воспроизводя в голове план дома. Через кухню! Обогнуть все кладовки, мимо погреба, и вот он, холл. Бежать по кругу, и если она его обгонит, то доберется до парадной двери и… Что-то было не так.
Яркий свет заливал парадный вход – желтый, красный, и вот Джо услышала шипение. И то был не дождь, бьющий по черепице. Огонь с опрокинутых свечей перебросился на шторы, а по горячему воску пламя перешло и на ковер. Уильям и Гвен смотрели на пожар, и, отражая огонь, их лица блестели и казались живыми – это начал плавиться лак от жара. Горела библиотека – ее библиотека!
На какое-то мгновение все отступило на второй план. Джо схватила чехол для мебели и попыталась сбить пламя, но огонь было не унять. Она пыталась снова и снова, но все ее усилия были незначительными. Поздно. Пустой книжный шкаф снопом пламени стрелял в потолок, и воздух горячими волнами искажал пространство. Снова это была Джейн Эйр, «когда все кругом пылало». Все вот-вот сгорит, и Джо отступила назад, спасаясь от жара и пламени.