Убийство в заброшенном поместье
– Бесплатный номер и выпивка. Не сбегут. Флит может приглядывать за ними. Неофициально, – добавил он, когда Грин собралась уже было возразить.
– Не беспокойтесь. Будете присутствовать на официальном допросе. Я хочу поговорить с Элси, пока свежи эмоции от похорон.
Флит оставил без внимания свои новые задания. Вместо этого он кивнул на угловую кабинку.
– Полагаю, вы обратили внимание на присутствие мисс Джонс? – спросил он. – Она все время была на кладбище с хозяевами гостиницы.
– Да. Думаю, она им просто помогает.
– Что необычно.
– Ну, не знаю, – ответил МакАдамс. – Похороны были организованы второпях, так что предполагаю, что Тула попросила Джо им помочь.
Флит повернулся к нему в своей военной манере.
– Джо Джонс ведет себя необычно, – объяснил он. – Резкая. То молчит, то весьма красноречива. Избегает зрительного контакта. Я бы сказал, она ведет себя почти грубо.
Грин поставила стакан на стол.
– Я бы сказала, ведет себя как американка.
МакАдамс приструнил ее взглядом: не надо мыслить стереотипами. Сам он был почти того же мнения о Джо.
– Она нагрубила вам, Флит? – спросил МакАдамс.
– В некотором роде. Это, пожалуй, наводит на размышления. Я спрашивал ее о Сиде Рэндлсе, а она встала и ушла посреди разговора.
Флит поднялся и стал надевать плащ.
– Кстати, вы снова ограничили доступ в коттедж? Я бы хотел еще раз осмотреть это место.
МакАдамс потер шею у затылка. Отчасти он чувствовал себя в долгу у Флита – тем более что тот не стал раздувать проблему с ключами от коттеджа.
– Не совсем так, – ответил МакАдамс.
– Но этого требует протокол, не так ли? – чопорно сказал Флит.
– Мы уже выяснили там все, что можно, – вздохнул МакАдамс. – К тому же нам надо опросить подозреваемых – Лотте, Оливию, Руперта, Эмери, плюс первую бывшую Сида. Вам не кажется, что для начала этого и так достаточно?
Флит пригладил лацканы.
– Более чем, – сказал он. – Надо сузить круг подозреваемых.
Тула освободила Джо от ее обязанностей помощницы, вручив кружку пива и тарелку с бутербродами. Все прошло легче и проще, чем она ожидала; за работой некогда было чувствовать себя неловко, а поскольку она обслуживала людей, с ней никто не пытался завязать разговор. Но сейчас, без работы, Джо почувствовала, как изменился зал. За несколько столиков от нее сидел Рики; он посмеялся над представлением, которое устроили Лотте и Оливия, но теперь он был занят тем, что бросал враждебные взгляды на Джо. Все как в старших классах; подростки так выделяют жертву, чтобы та почувствовала себя уязвимой. Рики она попросту проигнорировала.
Было от чего еще почувствовать себя одиноко: Тула и Бен обедали за барной стойкой, болтая с друзьями из местных. Она могла бы к ним присоединиться, но для этого пришлось бы признать, что она навязывается, а сил у нее на это уже не осталось. Так что она сидела где сидела, ела хлеб с сыром и пролистывала картинки в гугл.
– В телефоне да в такой час? Прям как моя внучка.
Джо подняла взгляд и увидела хмурую женщину в шерстяном костюме в клетку. Она смотрела на Джо сквозь очки с толстыми желтыми линзами.
Женщина пренебрежительно продолжала:
– Моя племянница в игры играет. Ей простительно – она ребенок.
– Я не играю, – сказала Джо, забывая о том, что не должна отвечать. – Это обратный поиск составного изображения.
– А выглядит как гугл, – фыркнула женщина.
– Это он и есть. Программа для распознавания изображений. Она находит отличительные черты и сравнивает их с миллиардами других картинок. Когда совпадает достаточное количество точек на изображении, это и будет совпадение.
Джо замолчала. На лице ее собеседницы лишь углубились морщины. Она была похожа на марионетку.
– Я лекцию не заказывала.
– Эмм. Разве нет?
– Следи за манерами, девочка! Ты как со старшими разговариваешь! – Она постучала кончиком своей трости об пол. – Помогая на похоронах Сида, ты немного загладила вину. Так что не разрушай это своей тупостью.
Тупостью?
– Больше девяноста градусов, но меньше ста восьмидесяти, – выпалила Джо. Она была на нервах, поняла все неправильно, но почему-то одновременно чувствовала злость, неправоту, вину и смущение. Глаза женщины чуть не вылезли из орбит, и она сказала, раздувая щеки:
– Вот оно как. Да ты совсем не воспитанная.
С этими словами она развернулась и пошагала прочь, почти задев локтем МакАдамса.
– Джо, познакомьтесь с Робертой Уилкинсон, – сказал он, поправляя пиджак.
Джо простонала и закрыла лицо ладонями:
– Так это та дама из музея? Ну здорово. Мне же нужно ей понравиться.
– Мисс Уилкинсон навряд ли кто-то нравится, – сказал МакАдамс. Джо посмотрела на него через пальцы. Оказалось, он смотрит на ее обувь. – Красивые сапоги.
– О, в этих сапогах я чувствую себя в безопасности в неловких ситуациях.
МакАдамс сел напротив.
– У моей бывшей были такие сапоги.
– А мой бывший их ненавидит.
Джо опустила руки и снова стала копаться в телефоне.
– Многовато здесь было бывших сегодня. Моей бывшей не было. А то бы та еще заварушка была.
– Понятно. Кстати, последней прибыла первая бывшая Сида.
– Как такое можно было пропустить? Высокие каблуки и кожаная юбка, прямо подружка Джеймса Бонда.
Джо взглянула на него.
– Вы хотите спросить, почему я пришла на похороны?
МакАдамс опешил.
– Зачем мне это спрашивать?
– Когда следователь появляется на похоронах, это по работе. Но я? Вон там та американка, пытается тут навязаться в помощницы. Инспектор Аллейн [24] подозревал бы меня. Как и Эркюль Пуаро. Да и детектив Барнаби [25] тоже.
– Понимаю. А что насчет Шерлока Холмса?
– Сложно сказать. Он до всего додумывался обходными путями, как следует покопавшись в своих чертогах разума.
Джо кашлянула и улыбнулась:
– Извините. Всегда волнуюсь в обществе. Меня только что обвинили в отстутствии манер, а кроме того, на похоронах вы на меня уставились.
Лоб МакАдамса прорезала морщина.
– Не хотел вас смущать, честное слово.
– Я вовсе не смутилась.
– Вы покраснели тогда.
– О, – вымолвила она, снова намереваясь покраснеть. Да уж, неловкости и странности меньше не стало. – Я уж подумала, что вам некого подозревать больше, и вы арестуете меня.
МакАдамс искренне рассмеялся. Вышло хрипло и грубовато.
– Не сейчас, мисс Джонс.
– Хорошо.
Джо оглянулась. Рики все еще глазел на нее и, вероятно, надеялся, что МакАдамс выведет ее из бара в наручниках.
– Но у вас же есть подозреваемый?
Она-то думала, он скажет «я не могу говорить о секретных полицейских делах с гражданскими». Вместо этого он помахал Бену и заказал кружку темного пива.
– Если бы у меня был всего один подозреваемый, я бы тут станцевал от радости, – сказал он, забирая свою пинту с подноса. – Но сейчас я не на службе, так что просто поболтаем, только не о работе. Я расскажу вам о знаменитом хмуром взгляде Роберты Уилкинсон, а вы можете поведать мне, почему она считает вас невоспитанной.
Джо вздохнула. Как много она уже наговорила? «В самом деле, многие люди считают меня грубой, но я просто аутист и иногда вообще не понимаю, что пропустила какой-то важный общественный договор, а люди еще постоянно меняют правила». Так что она просто показала МакАдамсу телефон.
– Вот. Я загрузила программное обеспечение, каким пользуется полиция для создания фоторобота. Создала изображение пропавшей картины по памяти, плюс использовала фотографию портрета леди Ардемор.
Он взял телефон и поднес к глазам на расстояние «мне нужны очки для чтения». Созданный Джо портрет был несовершенен, проблема была с глазами. Они и на самом портрете были какими-то неправильными. Так что Джо просто подставила глаза Гвен Ардемор.
– Вы это сделали? Как вам удалось раздобыть полицейский софт?