Адвокат Империи 14 (СИ)

Введя их взглядом, покачал головой.
— Нет, ребята, не оправдывает.
Мои студентики замолчали, явно обдумывая услышанное. А я… ну, а что я? Я сидел, потягивал пиво, чувствуя приятную лёгкость в теле, и ждал, когда они придут к каким-то выводам. Уже сейчас становилось понятно, что ребятки всерьёз восприняли мои слова. Нет, я и раньше, на лекциях, начал понимать, что по мере нашего общения их отношение ко мне начало меняться. Но сейчас я искренне жалел, что моим советом прийти и посмотреть на то, что будет на слушание, воспользовались только эти четверо.
  
Ну, оставался ещё Шарфин, но на него, если честно, мне было наплевать.
— Можно вопрос? — вдруг спросила Руденко и как-то странно посмотрела на меня. Даже с каким-то вызовом.
— Конечно, — кивнул я.
— Вы сказали, что по своему опыту знаете, — повторила она мне мои же слова. — А можно узнать, откуда он у вас, этот опыт?
— В каком смысле? — сыграл я дурачка.
— Да в прямом, — вслед за Екатериной заявил Самойлов. — Александр, не обессудьте, но откуда вы всё это знаете? И только не говорите, что вам в детстве вместо «Курочки Рябы» основы права в колыбели читали. Простите, если прозвучит грубо, но…
— А что? Сказки об отчуждении авторских прав на снесённое яичко для деда и бабки уже не котируются на юрфаке? — с самым серьёзным видом спросил я.
Ребята подвисли. Самойлов с Русом расхохотались. Алина с Катей весело фыркнули, а Пётр, кажется, расстроился. Похоже, что он ожидал серьёзный ответ.
А я задумался над вопросом — а почему бы и нет? С Настей это было даже забавно.
— Ладно, — вздохнул я и спросил. — Хотите знать правду?
Ребята активно закивали головами.
— Ну смотрите, — я сделал скорбное лицо и посмотрел на свою кружку с пивом. — В общем, история такая. Я живу вторую жизнь. Сам раньше был адвокатом, но после смерти обнаружил, что могу снова прожить жизнь и…
Я даже договорить не успел. Самойлов чуть под стол не покатился от хохота.
— Прос… простите, пожалуйста, — заикаясь, выдавил он. — Извините, просто я не могу… Он второй раз живёт и… и снова решил стать адвокатом…
Блин, а ведь в этот раз мне даже договорить не дали. Мне и по эмоциям понятно, что они мне ни на грамм не поверили. Сейчас ещё чего доброго и вообще сумасшедшим сочтут. Блин, вот парадоксально. Есть в этом мире магия. Даже какие-никакие теории о перерождении в местной версии буддизма. Я это специально узнавал. Но стоит людям в лицо сказать, что ты вторую жизнь живёшь, как тебя на смех поднимают. Обидно, блин. Как-то даже не очень справедливо, что ли.
Хотя, может быть, не тем я это людям говорю?
В остальном вечер проходил очень даже хорошо. Мы ещё немного посидели и поболтали. Где-то с полчаса или минут сорок. А затем ребята начали собираться, мотивируя это тем, что завтра у них пары. Я тут даже позлорадствовал, рассказав им, как сладко буду завтра отсыпаться в собственной постели. Ну что сказать — их расстроенные и печальные лица стали прекрасным дополнением этого вечера.
— Ну что? — спросил Рус, слегка пошатываясь рядом со мной, когда мы вышли из бара. — По домам?
— По домам, — кивнул я, чтобы вызвать такси.
Опьянения я почти не чувствовал. Выпил всего два бокала, что для меня не особо страшно. Да и большим любителем упиваться я никогда не был. Вон, единственный раз за этот год был лишь в тот раз, когда мы с ребятами из фирмы абсент пили в баре… Меня до сих пор с того дня оторопь берет. Хотя не могу не признать, что утреннее лицо Анастасии хотелось в тот момент сфотографировать и в рамочку поставить. Чтобы любоваться.
Руслан уехал первым. Я дождался, когда его машина отъедет, чтобы точно быть уверенным в том, что он в нее сядет, и только после этого вызвал себе такси и стал ждать, мысленно прокручивая в голове темы для оставшихся лекций и… захотелось себя по лицу ударить. София же давала мне материалы для подготовки к экзамену! А я вообще про них забыл со всей этой кутерьмой. Придётся за выходные наверстывать упущенное. Похоже, что не только ребятам предстоит завтра рано вставать…
— Должен признать, ты неплохо выступил.
Услышав голос рядом с собой, повернул голову на звук.
И встретился с ним глазами.
Мой брат стоял рядом, одетый в тёплое зимнее пальто с закрывающим шею белым шарфом, и смотрел на меня.
От автора: ребят, следующие две главы выйдут 18го августа в полночь. А пока, может поможете нам добрать 2000 лайков на книге? Мы были бы очень признательны вам.
  
Глава 19
 
Небольшой реактивный самолет плавно спустился по глиссаде, заходя на посадку в аэропорту Санкт-Петербурга. Снизив скорость, он коснулся своими шасси полосы и стал постепенно замедляться, пока его скорость не упала до каких-то смешных десяти-пятнадцати километров в час. Крылатая машина не приступила к рулёжке, чтобы освободить полосу.
Стоящий у широкого панорамного окна в терминале аэропорта, предназначенном для встречи высокопоставленных лиц, Николай Меньшиков не выглядел счастливым. Его вообще редко когда можно было назвать жизнерадостным человеком и сейчас его узкое худое лицо не выражало ничего, кроме глубочайшего раздражения. Раздражения оттого, что он вынужден терять время здесь, вместо того, чтобы заниматься куда более важными делами.
Он никогда не любил тратить время попусту. И сейчас видел в происходящем именно это — глупую растрату столь драгоценного для него ресурса. Тем не менее, это придёстя сделать, чтобы с некоторой вероятностью избежать куда больших проблем в будущем.
Когда самолет затормозил, Николай в последний раз взглянул на нанесённый на его борта герб Британской Империи, после чего развернулся и направился к выходу. Даже такому человеку, как Алестер Галахад, придётся соблюдать протоколы.
Но сегодня привычный паттерн движений будет изменён. Он не поедет сразу же в посольство, как, вероятно, привык. Сейчас ему сообщат, что с ним хотят поговорить. И без этого разговора его с терретории аэропорт не выпустят. И плевать на дипломатические послдествия. Потому, что так приказал лично император. Эта мысль вызывала у Меньшикова приятное и несколько злорадное чувство.
Князь неспешно прошёл по коридору и вошёл в широкий переговорный зал. Обойдя его, он опустился в одно из кресел за широким столом из полированного красного дерева и стал ждать. Долго это ожидание не продлилось и уже через 10 минут дверь зала открылась, явив взгляду Меньшикова человека, который только что прилетел в его страну.
— Николай, — без какого-либо удивления произнёс Галахад на почти что идеальном русском. — Решил меня удивить своим неожиданным приглашением?
— Если бы я хотел тебя удивить, Алестер, то это стало бы последним, что ты испытал бы в своей жизни, — даже не стараясь сдерживать себя проговорил Меньшиков на почти что безупречном, лишённом какого-либо акцента английском.
Они знали друг друга более тридцати лет. И эти отношения даже близко не походили на то, что кто-то мог бы назвать дружбой. Но и врагами, как это ни парадоксально, они тоже не являлись. Потому, что в противном случае, как только их взаимоотношения перейдут в эту плоскость, пройдёт не слишком много времени, прежде чем в живых останется только один. Так что, поскольку они всё ещё нужны были своим государствам живыми, на данный момент Николай назвал бы их с Алестером не иначе, как «заклятыми друзьями».
— Туше, — хмыкнул британец, обходя стол. — Ладно, признаю. Пусть и на на пару секунд, но всё-таки задумался о том, кто же так срочно хочет переговорить со мной без свидетелей…
  
— Не старайся показать себя глупее, чем ты есть на самом деле, — процедил Меньшиков. — Ты прекрасно знал, что это буду я.
— Скорее догадывался, — коротко улыбнулся Алестер, садясь в кресло напротив Меньшикова. — Так, что, ваше высочество. Какой будет тема нашего нынешнего разговора?
— Уверен, что ты и так это знаешь, — отозвался Николай, не моргнув и глазом пропустив его «любезный». — Зачем ты приехал, Алестер?