Паровой каток

- И ритм все время тот же самый, на любой мелодии. Типичное любительское трам-там, трам-там... 
- Вот именно. 
- А теперь давайте послушаем вот это, лейтенант - вот эту часть. 
- Зачем? 
- Я тоже не знал, пока не прослушал. Крамер сам нажал кнопку. 
- Так? - - Т-с-с, как раз здесь. 
Музыка вдруг смолкла. Пауза. Долгая пауза, звучащая точно так же, как на-сожженных кусках ленты. И потом снова - с того же места партитуры. 
- Вот так-то, - Боб довольно усмехнулся. - Эта пауза была записана. Крамер нахмурился. 
- Ну и что? Слышал же неверную ноту - вот и начали снова. Именно так это и выглядит на уроке музыки. 
- Тогда почему не слышны голоса? Во время паузы преподаватель бы что-нибудь сказал? Не мог же ученик так долго поправлять пальцы? 
Это была правда. И в глубине души Крамера что-то зашевелилось, только он никак не мог вспомнить, что. 
Услышав стук в дверь, Боб вскочил, чтобы впустить миссис Перкинс, принесшую поднос с завтраком. Яйцо было прикрыто крохотной шерстяной шапочкой. 
- Премного благодарен, - Крамер поставил поднос на колени, - вы очень любезны. 
- Значит, мой Боб вам помог? 
- Я думаю, - ответил Крамер с полным ртом. 
- Не слишком, моя дорогая, но зато задал ему задачу, к которой сам не знаю как подступиться. 
Крамер налегал на гренки, и миссис Перкинс уставилась на него, потрясенная: похоже это было не на еду, а на заправку какого-то робота запасами энергии. Большая чашка черного кофе убивала как ликерная рюмка. 
- Шутки в сторону, - Боб попытался отвлечь её внимание, - это вам хоть как-нибудь поможет? 
Крамер вытер губы предусмотрительно предложенной ему салфеткой и встал. 
- Разумеется да, и я вам очень обязан. У меня не было времени все как следует обдумать, но уверен, это нам поможет. В десять я встречусь с шефом и решу вопрос вашего гонорара. 
- Да уже почти десять, - заметила миссис Перкинс. 
- Господи, - воскликнул Крамер, - мне пора бежать. 
* * * 
Полковник Дю Плесси стоял у окна, когда Крамер без стука влетел в комнату. 
- Добрый день, лейтенант, - сказал полковник, не оборачиваясь. - Я жду от вас полного отчета. Надеюсь, он у вас уже написан? 
- Да плевать мне на него, меня интересует не то, что написано, а то, что напечатано! 
Полковник Дю Плесси перешел к своему креслу под большим портретом президента республики. Сложив руки на круглом брюшке, осуждающе взглянул на Крамера. 
- Не надо себя так вести! Сегодня это простительно мне, с утра желудок в ужасном состоянии... 
И лицом и фигурой, и голосом напоминал он Крамеру старую бабу. Когда подавал через стол какую-то папку, казалось, на ней должен был стоять стакан слабого чая с диетическими сухариками. Но у него была репутация одного из самых крутых и грубых людей в полиции. По большей части - из-за его внезапных припадков ярости. 
И завистлив был тоже как старая баба. 
- Бригадный генерал был весьма доволен, узнав, что я поручил этот случай вам. 
- Поручили? Вы меня насмешили. Я не буду заниматься этим дерьмом для того, чтобы ваше имя красовалось в газетах. 
Полковник прошипел: 
- Может быть, вы дадите мне договорить? Бригадный генерал мне сказал: Джепи, это один из наших лучших людей, помогите ему всем, чем можно. Собственно, это он рекомендовал мне сделать заявление для печати, - он же знает, что вы не любите проблем, возникающих при отсутствии близких родственников. 
- Глупости. 
Этого должно было хватить. Хватить для того, чтобы этот болван нарушил протокол. Крамер долго ждал возможности его спровоцировать, чтобы обвинить в том, что ударил коллегу-офицера; но теперь,_ когда у него было идеальное оправдание своему поведению, ничего не случилось. Как о нем говорили, болвана этого ничем нельзя было пронять. 
- Садитесь, лейтенант, прошу. Ладно, я только что говорил с вашим черномазым сержантом. Ему было что рассказать, причем довольно интересного. И тревожного. 
Значит вот как обстояли дела. Теперь он знал гораздо больше, чем удалось доктору Стридому выболтать по телефону. А если Зонди хорошо сыграл свою роль, то у полковника поджилки дрожали при мысли, что может сказать бригадный генерал, если узнает, как заметка в "Газетт" повредила следствию. Генерал, несомненно, ничего о прессе не говорил - он её терпеть не мог. 
 
- Вы обеспокоены, господин полковник? - с невинной миной полюбопытствовал Крамер. 
- Скажите, лейтенант, каким образом белая девушка, да ещё учительница, может быть связана с черномазыми, вооруженными спицами? Не представляю, как это может быть. 
- Я тоже. Доктор Стридом говорит, что с подобными убийствами он встречался только в Ранде. 
- И Зонди говорит, что на Барнато Стрит она жила уже два года. 
Тут Крамеру кое-что пришло в голову. 
- Кто сказал, что она вообще связалась с неграми? Убийцы не всегда собираются в банду - бывает, действуют и сами по себе. Нужны только связи и немного денег. 
Собственно, ничего нового он не открыл; просто долго отгоняемая им мысль всплыла на поверхность. Почему он её отгонял, было ясно: от неё ему просто было не по себе. 
- Господи Боже, - спросил полковник, - вы что, хотите сказать, что все организовал белый? 
- Пока это только догадка, но логичная. 
Они помолчали. Крамер снова и снова возвращался к той же мысли. Это было мерзко, гнусно и беспрецедентно, чтобы белый убийца на грязную работу нанял негра. Но какая-то странная логика в этом была. 
- Это стоило бы кучу денег, - сказал наконец полковник. - Если убийца приехал из Ранда, ему кто-то должен был сделать фальшивый пропуск, иначе забрать его за бродяжничество могла любая патрульная машина. 
Как всегда, он сосредоточился на наименее важном. 
- Деньги тут роли не играют. Он мог приехать сюда сам по себе и устроиться куда-то прислугой. Может у него в Ранде горела земля под ногами; пожалуй, стоит послать запрос и поискать какие-нибудь следы. 
- Это я устрою. 
- Главная проблема - завязать контакт. Негру никогда и в голову не придет сделать такое для белого, разве что он ему абсолютно доверял, знал лучше родного брата. Но как такое могло произойти? Где они встретились? Ведь кто-то мог увидеть их вместе - наши люди все время бдят. Ведь мы имеем дело не с дураками. 
- А что, если был посредник? 
- К нему это тоже относится. Ведь он мог попасть в соучастники. Должен был доверять, но кому? 
- А как насчет её жениха? 
- Ах, это... пока остается надежда - если он, разумеется, существует. 
- Что вы имеете в виду? 
- Пока это только теория, но мы проверим. 
- А Шу-Шу? 
- Еще одна теория, но, кажется, она уводит нас в сторону. Пожалуй, заеду на рынок и отзову Зонди. 
Крамер встал, полковник проводил его до дверей, По дороге заметил: 
- Так вы нашли ещё один повод держать своего черного приятеля при себе? 
- Это история настолько же черная, насколько и белая, - отрезал Крамер. 
- Потише, потише. Я только обращаю ваше внимание, что нужно доверять, но проверять. 
Уточнить свое замечание ему не пришлось, потому что Крамер не стал оправдываться, а, наоборот, вспылил. 
- Послушайте, если вам не нравится, как я работаю, так пойдем обсудим это у генерала. Удар пришелся ниже пояса. 
- Извините, лейтенант, но это ни к чему. Мы оба знаем, что вы... гм, наша лучшая команда. Вы меня неверно поняли. 
- Значит, все в порядке? 
- Да, да, разумеется. 
- И мне продолжать заниматься этим делом? 
- Конечно, конечно. 
- Ладно, но мне не нужна больше никакая реклама в "Газетт", ясно? 
- Мне сказать им, что это была ложная тревога? 
- Скажите, что если они ещё хоть пискнут, вы всерьез поговорите с редактором. 
- Отлично, это ещё лучше. 
- И ещё вот что: я не собираюсь писать отчеты, пока не закончу дело. 
- Вы делайте свое дело и можете все решать сами. Я крайне заинтересован в вашем успехе.