Калгари 88. Том 9 (СИ)

Много ли надо для счастья спортсмену, утомлённому всем на свете и обуреваемому чувством голода? Лишь сытный обед, после которого количество дофаминов взлетает в небеса.
После обеда повеселевшие, хотя и слегка потяжелевшие фигуристки отправились в номер отдыхать, но перед отдыхом сначала нужно было посмотреть, что же такое ценное подарили им организаторы. Арина завалилась на кровать, подвинула к себе пакет и достала из него свою золотую медаль, которую тут же внимательно рассмотрела.
  
Медаль была довольно объёмная, сантиметров пять как минимум, по краю она была отделана окантовкой из белого металла, похожего на платину или серебро. По контуру шёл венок из лавровых листьев, внутри которого по-английски написано «World Junior Figure Skating Championships, Yugoslavia, Ljubljana, 1986». На другой стороне отлит знак Международного союза конькобежцев и его аббревиатура. Всё логично. Медаль смотрелась очень солидно на красно-бело-синей тесёмке, сделанной в цвет югославского флага, похожим по цвету на флаг России в её времени.
Подаренные цветы девчонки пока ещё не знали, куда девать, поэтому по бабушкиной привычке, просто намочили газетный лист бумагой, завернули цветы в него и положили в ванну. После изучения и спасения букетов пришёл черёд бархатным красным коробочкам, в которых, как говорил товарищ Никол Сплит, должны были лежать кольца.
И это были очень хорошие кольца! Они были мастерски свиты из золотых нитей, в верхней части завитушки сплетались в чашу, похожую на цветок кувшинки, в котором покоилась перламутровая жемчужина.
— Ой, какая прелесть! — воскликнула Соколовская и сразу же попросила: — А дайте померить?
Арина протянула ей кольцо, Марина надела на палец, повертела его, на руке, обозревая со всех сторон и вздохнув, сняла, отдав обратно Арине.
— Куплю такое же или похожее, если найду в магазинах, конечно, — заявила она.
Соколовская сказала это так буднично, как будто она постоянно только и делает, что ходит в ювелирный магазин за золотом. Честно сказать, особого смысла в кольцах не было, так же как и в серьгах. В школу их носить было нельзя, если только это не едва заметные гвоздики, как у многих девчонок. Более весомые серёжки училки заставляли снимать прямо перед уроком! Про кольца и разговора нет. Они были тотально запрещены даже старшеклассницам. Арина не понимала, зачем надевать и снимать украшения после школы и перед ней. Нафиг надо… Нет так нет.
Малинина тем временем залезла в свой пакет. В пакете лежали кассетный аудиоплеер марки Sony в коробочке, офигенно красивые стильные женские часы Christian Dior в подарочной упаковке, набор косметики, туалетной воды и духов от Versace, небольшой продолговатый серебристый клатч для вечернего выхода с надписью Calvin Klein.
Подарки эти были очень хорошие и по количеству, и по качеству. Особенно порадовал набор косметики и парфюмерии, очень большой и очень дорогой. В него входили тени для глаз, подводочные карандаши, помады, корректоры для губ и век, пудра. В общем, всё для нанесения профессионального макияжа, что для фигуристки было очень полезно. Парфюмерия тоже оказалась на высоте: два вида туалетной воды и два аромата духов. Арина перепробовала все ароматы, они очень понравились. Круто! Вот это настоящие призы!
С первого взгляда Арина определила, что вещи это очень дорогие, престижные и должны стоить кучу денег. Что называется, от кутюр. Только как сказать это девчонкам? Вдруг они не разбираются в современных заграничных марках и брендах?
Однако Арина оказалась не права! Несмотря на то что данные бренды, естественно, в СССР не присутствовали, но все советские модницы знали о том, что такое Versace и что такое Christian Dior. Во-первых, об этом иногда писали в журналах и газетах, а во-вторых, из рук в руки передавались каталоги и модные журналы западного производства, в которых изделия этих марок присутствовали. Особенно известен был каталог Quelle, который довольно легко можно было привезти из-за границы, так как он стоил там сущие гроши. Правда, заказывать из каталога было нельзя, зато можно рассматривать его как энциклопедию дорогой и сытой заграничной жизни.
— Дааа… — Малинина разложила свои подарки на кровати и внимательно изучила их. — Блин, да тут, наверное, годовая зарплата.
— Ни фига себе! Тут фирменные вещи! — восхитилась Соколовская, которая уж точно знала толк во всей этой роскоши. — Это бешеных денег стоит! Ну вот, вам очень повезло! Даже завидно стало! На халяву столько всего получить!
— Хочешь, я подарю тебе что-нибудь? — вдруг спросила Арина, внимательно посмотрев на Соколовскую.
— Как это подаришь? — недоуменно спросила Марина. — Это же твоё! Люська, это тебе подарили!
— Э-э-э! Нет! — рассмеялась Арина. — Я, знаешь ли, помню, как ты мне на первенстве города свою медаль отдала. Теперь мне настала пора отдариваться. Бери, я сказала! Неужели ты думаешь, мне жалко эти штучки? Ведь мы только начали заниматься спортом по-серьёзному, у нас ещё много таких будет.
Соколовская недоверчиво посмотрела на Люську, думая, издевается она или нет. Вдруг прикалывается? Но нет, Хмельницкой говорила совершенно серьёзно, в её зелёных глазах не было ни намёка на насмешку. И Марина решилась. Этот акт дарения как бы подчёркивал более глубокий уровень дружбы и отношений между ними.
— Хорошо, — согласилась Марина. — Я бы хотела вот эти духи и кольцо.
— Бери, — сказала Арина, взяла кольцо в коробочке и отдала Соколовской, а также коробочку с духами. — Это кольцо действительно тебе понравилось, поэтому я дарю его. Мне очень приятно, что ты будешь носить вещь, которая нравится, и пользоваться этими духами. Почувствовав этот аромат, я буду вспоминать эти незабываемые минуты счастья.
Соколовская неожиданно прониклась этим моментом, который запоминается на долгие годы, а то и на всю жизнь. Поэтому она подошла к Арине, обняла её и расплакалась. Очевидно, что ей, конечно же, было обидно, от того, что она не получила медаль. И что сейчас будет делать Марина, было неизвестно. Вполне возможно, примет решение переходить в ЦСКА, ехать в Москву.
Впрочем, это то ли будет, то ли нет, да и случится в будущем, которое переписывается как хочет. А сейчас всё сложилось хорошо. Арина похлопала расплакавшуюся Соколовскую по спине, утешая её, потом усадила на стул, и отдала ей коробочки с подарками в руки.
— Марина, ну перестань, не плачь, будет и у тебя на улице праздник, — утешающе сказала Арина. — И вообще, давайте устроим сегодня хороший праздничный вечер. Мы же не узнали, как выступили наши пацаны. Вот не пошли на них, они сейчас возьмут и обидятся.
Впрочем, пацаны не обиделись. Лёха Гурманов взял золотую медаль на этом первенстве, а паренёк, который жил в Чернобыле, завоевал бронзу. И всё это можно было отметить в ресторане, в узком кругу фигуристов…
  
Глава 5
 
Проблемы с тройным номером
 
31 марта 1986 года. Воскресенье. Настал последний официальный день чемпионата мира. День, когда в 16 часов должен начаться гала-концерт фигуристов. Информационная и рекламная подготовка к нему была проведена колоссальная, более заметная, чем рекламная акция к показательным выступлениям в Москве и Свердловске. Начинающие советские маркетологи ограничились небольшими афишами на круглых тумбах, расставленных по всему городу, на которых обычно публиковались реклама фильмов и театральных представлений. Югославские рекламщики пошли дальше. По всей Любляне и кое-где по стране были развешены большие плакаты, минимум два на два метра, а кое-где и растяжки с надписью «Грандиозное представление на льду от мастеров-юниоров чемпионата мира».
  
На плакатах и баннерах ниже надписи нарисована красивая фигуристка-одиночница, исполняющая шикарный бильман. Девушка, которая выступила моделью для рекламной фотосессии — югославская фигуристка Желька Чижмешия. Несмотря на то, что заняла она на этом чемпионате лишь восемнадцатое место, югославы болели за свою единственную спортсменку неистово и также неистово переживали при её неудаче. Вся страна наблюдала за ней и, несмотря на занятое 18 место, Желька стала чуть ли не национальной героиней. Даже то, что она попала в произвольную программу, считалось поводом для гордости. По регламенту, выступать в показательных выступлениях должны были фигуристы, занявшие места с 1 по 5, но совершенно естественно, что Желька тоже была заявлена на это представление.