Москва зовёт (СИ)

Примерно через полтора часа объявили посадку на рейс Владивосток — Калачеевск. Снова удалось поспать в самолёте, после чего находящегося в хорошем настроении Сандзо встретили также двое сотрудников в терминале Калачеевска. После небольшой заминки на автозаправочной станции машина двинулась в Рябиновск. Хиронака с интересом наблюдал за постоянно меняющимся ландшафтом, но предпочитал молчать, пока наконец с ним не заговорил один из сопровождавших его людей.
— Как первое впечатление от России, Хиронака-сан?
— Прекрасно! Столько нового узнал о вашей стране! И у нас говорят совсем не то, что я сейчас вижу.
— Наверное, по рассказам мы похожи на пещерных людей в окружении медведей и с бутылкой водки в руках? — невесело усмехнулся разговаривавший с ним молодой человек.
— Извините, я не очень хорошо знаю английский, поэтому мне сложно понять некоторые термины. Что такое «водка»?
— Спиртосодержащий напиток из нашей страны, известный во всём мире. По вкусу похож на ваше сакэ.
— А! Нет! Об этом я не слышал, но у нас говорят, что русские мало улыбаются, а за эти сутки я видел столько радостных лиц, что понял, это обман — русские люди очень позитивные. А я могу поинтересоваться дальнейшими планами? Ну, над чем я буду работать?
— Вы будете работать над тем же, над чем уже работали в свободное время. Ваша задача — развить манипуляторы под несколько другие задачи… они будут очень похожи на ваши, но станут использоваться несколько в другом направлении.
— Но патент запрещает использовать их? — пролепетал удивлённый японец.
— Да, запрещает, — кивнул русский. — А кто вам сказал, что мы станем использовать ваши манипуляторы в чистом виде? Мы просто модифицируем их до нужного нам уровня, а уже потом станем адаптировать их по другим направлениям.
— Но мои манипуляторы существуют только на бумаге… их пока никто не пытался воплотить в реальный механизм.
— В вашем времени — да, — усмехнулся русский.
— Что? — воззрился на него Сандзо.
— Вы будете работать на секретном заводе, товарищ Хиронака. С вас возьмут подписку о неразглашении сверхсекретной информации… — он чуть помедлил. — А потом вы узнаете, для чего нам понадобилось ваше изобретение. Сразу скажу, что мы модифицировали его и теперь на совершенно законных основаниях подадим заявку на новый патент, автором которого будете именно вы.
— Это приятно слышать, но… но вы сказали, что в нашем времени мой проект не был реализован… а как же было потом?
— Что, Артём, сболтнул лишнего? — усмехнулся майор Рокотов, сидящий за рулём.
— Ну, есть такое… — недовольно признал Соколов. — И что теперь делать?
— Ну, раз он будет плотно работать в Рябиновске, говори теперь правду.
— Хорошо, — ответил тот и снова перешёл на английский. — Сандзо, ваши манипуляторы по достоинству оценили чуть позже… в 2051-м году.
— Что? — опешил японец.
— Именно тогда они стали популярны во всём мире. А мы модифицируем их и растиражируем по всей стране. Естественно, вы в накладе не останетесь.
— Вам… вам доступны знания из будущего? — хриплым от волнения голосом осторожно спросил Хиронака.
— Мы и есть потомки, — снова усмехнулся Соколов. — 2082-й год.
---------------------------------------------------------------------------
23 Полярная станция «Бухта Солнечная» — ныне закрытая гидрометеорологическая полярная станция на юге острова Большевик, архипелага Северная Земля. Станция расположена на берегу бухты Солнечной на мысе Анцева. Станция также именовалась просто Солнечная.
24 Челюскин (мыс Восточно-Северный, мыс Челюскина) — северная оконечность одноимённого полуострова, расположенного на севере полуострова Таймыр, и самая северная материковая точка Евразии, Азии и России, а также самая северная точка континентальной суши.
  
Глава 6
 
30 января 1983 года. г. Рябиновск. ЦСБ. Вечер 
Январское месячное совещание как подведение итогов и постановку задач на февраль было решено провести в ЦСБ. Помимо Константина и Ирины из гражданских на него пригласили чету Филипповых, Ирину Андропову, Ермакову, Ксению Соломенцеву и… Голикова. Несмотря на воскресный день, вечером в ЦСБ присутствовало много народа.
 
— Ну, Константин Сергеевич, как ваш новый подопечный? — сразу после доклада Иванова поинтересовался генерал Остапов.
— Можно сказать, что на данный момент уже пришёл в себя от вороха новостей и вовсю корпит над новым вариантом манипуляторов. Если всё пойдёт, как и задумано, к апрелю получим универсальные манипуляторы, способные работать в большинстве заводов разного направления.
— Даже так? — генерал поднял брови.
— Он получил свой пакет знаний и, используя его, вовсю продвигает технический прогресс, — усмехнулся Иванов. — Ему выделили квартиру, его быт устроен, теперь ему ничего не мешает заниматься любимым делом.
— Василиса Андреевна, — скосил на неё взгляд главный кагэбэшник Рябиновска. — В свете нашего прошлого разговора пару недель назад думаю, что вашему заводу тоже предстоит небольшая реконструкция.
— Мы бы не отказались, Александр Петрович, — согласилась с ним та. — С учётом плана задач, который перед нами поставили, без реконструкции будет очень трудно.
— Хорошо, я поставлю эту заявку в число приоритетных, — кивнул он. — Что по задаче от руководства страны? Есть какие-либо подвижки в плане документального фильма?
— Есть, — кивнул майор Рокотов. — Практически закончили монтаж получасового фильма. Элементы декораций смонтировали. Теперь остаётся игра актёров. Работать будем скрупулёзно и не спеша — сами знаете, что мелочи могут погубить любое начинание такого уровня.
— Напоминаю вам, что крайний срок сдачи фильма приёмной комиссии — начало мая. Постарайтесь уложиться в срок. Теперь по вам, Ирина Юрьевна, и вам, Татьяна Александровна… Что с контингентом медиков на санаторий? Насколько укомплектован персонал?
— Всего на треть, Александр Петрович, — вздохнула Ермакова. — На общем собрании медперсонала мы решили, что сначала доберём людей в ЦРБ… чтобы в случае чего не было проблем с медициной у жителей города… Ведь экстренно можно будет перебросить их в санаторий… и они будут проходить практику уже сейчас…
— По технике что?
— Думаю, что для санатория нужны ещё приборы.
— Константин Сергеевич, есть хоть небольшая техническая возможность дособрать часть недостающих приборов?
— Думаю, пару, не больше, — нахмурился тот. — И не самых сложных. Остальные микрочипы из запаса задействованы в правительственных проектах. Сожалею, но ничем помочь не могу… — развёл он руками.
— Игорь Станиславович, задаю тот же вопрос вам — насколько укомплектован штат медиков у вас в больнице?
— Всего на семьдесят пять процентов… — вздохнул он. — Вакантны ряд должностей по врачам. Был бы признателен за помощь…
— Какую?
— Если в Москве и Ленинграде набрать выпускников Первого Меда… кхм-кхм, по протекции компетентных органов?
— Понял вас, передам пожелание наверх, а уж там как решат. Что у нас по глобальному проекту ведомственной сети? — Остапов снова перевёл взгляд на Иванова.
— По мере подготовки к запуску проекта начинают появляться дополнительные трудности.
— Не понял? — удивился он.
— Александр Петрович, с появлением электронной почты и глобальной Сети назрела необходимость в лицензировании и контроле над ними. Вы же не собираетесь разрешать анонимный доступ?
— Нет, конечно!
— Тогда на горизонте замаячило создание ГИКЛ — государственной инспекции контроля и лицензирования. Думаю, что на базе Восьмого управления КГБ. Они ближе всего по специфике.
— Но ты же понимаешь, что кроме вашей группы больше никто не обладает такой компетенцией?
— Понимаю, — вздохнул он. — Хорошо, отдам двоих.
— Заберём у тебя Невских, — усмехнулся Остапов.
— Александр Петрович!
— Не спорь. В этом случае обойдёмся самыми минимальными потерями в твоей команде. И заодно прошерстите Базу Знаний — наверняка есть информация о талантливых математиках или готовых программистах в СССР. Нечего забивать гвозди микроскопом! Привлечём их как замену и хорошее добавление к уже имеющимся. Невские, теперь о вас… Готовьтесь сменить место жительства.