Из пушки на Луну

И Мастон, взволнованный, опустился в кресло. Конец его речи вызвал громогласное «ура» и горячие поздравления членов комитета.
— А теперь, — сказал Барбикен, — уплатив щедрую дань поэзии, приступим к делу.
— Мы готовы, — ответили члены комитета, поглощая бутерброды.
— Вы знаете основное задание, — продолжал председатель: — требуется придать снаряду первоначальную скорость 11 километров в секунду. Я считаю, что это удастся. Однако нужно вспомнить, какие скорости были уже достигнуты практически, Я полагаю, что генерал Морган не откажется сообщить относящиеся сюда данные.
— Это мне нетрудно, — ответил генерал. — Во время войны я был членом комиссии, производившей опыты стрельбы. Могу прежде всего сказать, что пушки Дальгрена выпускали 100-фунтовые ядра на расстояние до пяти километров с начальной скоростью в 455 метров.
— Хорошо. А колумбиада  [15] Родмена? — спросил Барбикен.
— Колумбиада Родмена, при пробе в форте Гамильтон, близ Нью-Йорка, выпустила ядро весом полтонны на расстояние почти десять километров, с начальною скоростью 730 метров — результат, которого ни разу не могли добиться Армстронг и Пализер в Англии.
— Ну, уж эти англичане!… — воскликнул Мастон, грозно помахав к востоку, в сторону Англии, своим железным крючком.
— Таким образом, — спросил Барбикен, — эти 730 метров — наибольшая первоначальная скорость, достигнутая пушечным снарядом?
— Да, — ответил генерал.
— Я, однако, замечу, — возразил Мастон, — что если бы моя мортира не разорвалась…
— Но она разорвалась… — перебил Барбикен с добродушным жестом. — Поэтому за исходную точку примем эту небольшую первоначальную скорость в 730 метров. Требуется увеличить ее ровно в 15 раз. Отложив до другого заседания обсуждение способов, которыми может быть достигнута требуемая скорость, займемся размерами, которые нужно дать ядру соответственно такой скорости. Понятно, что тут дело идет уже не об ядре весом в полтонны.
— А почему нет? — спросил майор.
— Потому что это ядро, — быстро перебил Мастон, — должно иметь очень большие размеры, иначе оно не обратит на себя внимания жителей Луны… если только они существуют.
— Конечно, — сказал Барбикен, — но есть еще более важная причина.
— Что вы хотите этим сказать? — спросил майор.
— А то, что мало выстрелить в Луну и отложить всякие другие попечения. Надо еще следить за полетом снаряда до того самого момента, когда он попадет на Луну.
— Что?! — воскликнули с изумлением майор и генерал.
— Конечно, — уверенно повторил Барбикен. — Иначе опыт наш останется безрезультатным.
— Но в таком случае, — возразил майор, — наш снаряд должен иметь огромные размеры?
— Нисколько. Соблаговолите только выслушать. Вы знаете, до какой степени совершенства дошли теперь зрительные трубы. Те, в которые наблюдают Луну, дают увеличение в шесть тысяч раз, то есть приближают Луну к нам до расстояния всего в 64 километра. А на таком расстоянии предметы длиною в 20 метров уже хорошо видны.
— Ну, что же вы хотите? — спросил генерал, — Неужто вы думаете о снаряде длиною в 20 метров?
— Вовсе нет.
— Что же? Вы хотите, быть может, сделать лунный свет более ярким?
— Именно так.
— Вот ловко! — воскликнул Мастон,
— Это очень просто, — ответил Барбикен. — Как вы думаете: если уменьшить толщину атмосферной оболочки, через которую приходится смотреть на Луну, не станет разве лунный свет для нас более ярким?
— Верно, — согласился Эльфистон.
— А чтобы получить такой результат, достаточно установить наш телескоп на высокой горе. Так мы и сделаем.
— Сдаюсь, сдаюсь, — ответил майор. — Вы замечательно умеете упрощать задачи! И какое же увеличение надеетесь вы таким образом получить?
— В восемь раз большее, то есть увеличение в 48 тысяч раз. Тогда телескоп приведет Луну к нам на расстояние всего восьми километров, а с такого расстояния можно видеть предметы с поперечником около трех метров.
— Отлично! — воскликнул Мастон. — Следовательно, наше ядро будет иметь диаметр в три метра. Это великолепное ядро!…
 
— Как раз три метра.
— Позвольте, однако, заметить, — снова возразил майор Эльфистон, — что при этом диаметре получится такой огромный вес, что…
— Майор, позвольте вас прервать! — ответил Барбикен. — Вес ядра мы будем сейчас обсуждать, но раньше напомню о том, чего достигли уже наши предки. Конечно, не может быть речи о том, что баллистика не прогрессирует, но знаете ли вы, что в средние века делали удивительные ядра и получали результаты, в некоторых отношениях еще более удивительные, чем при современных наших успехах?
— Ну, вот еще! — возразил Морган.
— Докажите ваши слова! — с пылкостью воскликнул Мастон, задетый таким посягательством на честь современной баллистики.
— Ничего нет легче, — спокойно ответил Барбикен. — Например, в 1453 году, при осаде Константинополя Магометом II, метали каменные ядра, которые весили по 1 900 фунтов. Вы понимаете, каких размеров были эти ядра?
— Ой, ой! — воскликнул майор. — 1900 фунтов — это внушительный вес…
— На острове Мальте, во времена рыцарского Мальтийского ордена, крепость имела пушки, выпускающие ядра весом в 2 500 фунтов.
— Не может быть! — воскликнул генерал.
— Наконец, по словам одного французского историка, при Людовике XI в Париже была мортира, метавшая ядра весом всего в 500 фунтов, но эти ядра вылетали из Бастилии, куда глупые люди заключали умных, и долетали до Шарантона,  [16] куда люди с умом заключали безумных людей.
— Превосходно! — решил Мастон.
— Что же мы видим теперь? -продолжал Барбикен. — Пушки Армстронга выбрасывают ядра лишь в 500 фунтов, а огромнейшие колумбиады Родмена — снаряды в полтонны. Выходит, что увеличилась дальность полета снарядов, но вес их уменьшился. Мы же должны пойти в другом направлении и воспользоваться успехами науки, чтобы по крайней мере удесятерить вес ядер Магомета II и мальтийских рыцарей.
— Согласен, — ответил майор. — Какой же вы полагаете взять металл?
— Я думаю, просто чугун, — сказал генерал Морган.
— Чугун! Фу!… — воскликнул Мастон с глубоким презрением. — Это слишком вульгарно для снаряда, предназначенного Луне.
— Не будем слишком притязательны, мой благородный друг, — ответил Морган. — Для Луны хорош и чугун!
— Но позвольте, — снова возразил майор Эльфистон. — Вес пропорционален объему; следовательно, при трех метрах снаряд будет иметь огромный вес.
— Да, если он будет сплошной, — ответил Барбикен, — и нет, если будет полый.
— Полый! Следовательно, это будет бомба.
— И можно будет туда вложить письма, документы, телеграммы Луне, — подхватил Мастон, — образчики произведений Земли?
— Да, это будет бомба, — ответил Барбикен. — Сплошное ядро в три метра диаметром весило бы более 200 тысяч фунтов — это уже слишком много. Но так как снаряд должен обладать достаточной прочностью, я предлагаю для него вес в пять тысяч фунтов.
— Вы уже вычислили, какова должна быть толщина его стенок? — спросил майор.
— Если держаться установленной формулы, — заметил Морган, — то при диаметре в три метра толщина стенок должна быть по крайней мере в полметра.
— Это слишком много, — ответил Барбикен. — Дело, заметьте, идет не о том, чтобы пробивать стены или металлические брони. Достаточно, чтобы стенки ядра могли выдержать напор пороховых газов. Так вот в чем задача: какую толщину должны иметь стенки чугунной бомбы, чтобы она весила не более пяти тысяч фунтов? Наш искусный математик, почтенный Мастон, нам сейчас это выведет.
— Нет ничего легче, — ответил секретарь комитета.
Он быстро написал несколько математических формул; из-под его пера выглянули разные х и у, возведенные в квадрат; показался кубический корень, который Мастон извлек в уме. Через несколько минут Мастон произнес: