Ведьмы.Ру (СИ)

Вопрос ответа не требовал. И главное, не понять, чего не так. Ну пропал Филин. Подумаешь. Невелика потеря. Его один фиг к делам серьёзным не подпускают. Дядя сразу сказал, что на серьёзные у того характер не тот. Неправильный. Что чистоплюй он и мараться не станет, а то ещё и стуканёт, пусть даже это западло, но тут уж поди-ка подгадай, как оно отбитые мозги перемкнут.
Зато вон рожа подходящая.
  
И биография.
И бабки опять же нужны… в общем, если покумекать, то в хозяйстве пригодится. А кумекать дядька умел.
— И долго ждали?
— Так… вот только вернулись.
— А приехали?
— К трём где-то…
— Звонить пытались?
— Ага. Сперва ничего. Потом вовсе… может, его того? Грохнули?
— Филина⁈ — это было сказано скептически. Ну да, такого грохнешь. Он же ж здоровый, падла. И постоянно в тренажёрке торчит. И не просто для виду, а внатуре железо тягает. Или вон вокруг груши прыгает, что твой заяц. Смотреть прикольно.
Иные стебались даже, но издали, потому как в силу тупости своей чувством юмора Филин не обладал.
— Ладно. Туда хоть не сунулись?
— Не-а.
— Макаров, — дядька снял трубку. — Определи-ка по номерочку, где наш Филин летает. Ну или где последняя точка была, если пропал…
— Может, того? С другой стороны ушёл? — предположил Димка, шкурой ощутив, что гроза отступает.
— Куда?
— Не знаю… домой?
Земеля подавил вздох и желание высказать всё, что он думает о гениальной идее племянника. Вот… как у в целом разумной женщины могло родиться и вырасти такое?
— А заезжали?
Впрочем, мысль была здравой. Филин, конечно, не семи пядей во лбу, но мог почуять неладное. Или племянничек что-то где-то ляпнул.
Но… тогда зачем сваливать вот так? Внаглую?
Филину бы наоборот, притаиться, сделать работу, как оно надо, и уже после, вечерочком, свалить. Завтра ему выходной полагался, так что день бы точно не хватились.
А теперь?
— Так это… да, — обрадовался Димка.
— И?
— Ну… пусто. В комнату не полезли. Там замки. Но там старуха одна была, страх просто, сказала, что как с утра ушёл, так и не возвращался.
И в офис тоже.
А сегодня Земеля аванс обещался. Да и так, намекал, что вопрос с жильём разрулить поможет, поменять комнатушку на однушку, пусть студию, но свою. И Филин за это предложение уцепился.
Телефон пиликнул. Вот Макаров, в отличие от племянничка, всегда работал ровно. И сейчас отчитался кратко, чётко и по делу:
— Уверен? — услышанное не обрадовало. А вот на уточнение Макаров обиделся. Хренов гений компьютерный. Тоже мне… типа, если говорит, то так оно и есть.
Значит, мобила обрубилась в посёлке.
А мог ли…
Переметнуться? Так-то сам по себе Филин порядочный настолько, насколько можно быть, в дерьмо окунувшись. Но с другой стороны на чужую порядочность надеяться глупо.
И в целом-то…
Но если переметнулся, то к кому?
Землю давно поделили. И, сколь Земеля знал, вполне себе мирно. Да и с расчисткой всё более-менее понятно. И аванс получен… нет, тут просто-напросто некому лезть.
Да и смысл?
Наоборот, тогда б держался до последнего, чтоб было инфу сливать.
Или…
Сердце нехорошо сжалось. Имперцы? Безопасники? Что-то где-то утекло, вот и решили заглянуть в гости. Или с самого начала вся эта игра со стройкою была именно, что игрой? Крючком, на который собирались большую рыбу взять, вменивши не только коррупцию…
От этих мыслей аж в груди заломило. Правда, ненадолго. Тоже не сходится.
Что им Филин сказать может? У него инструкции простые, даже вон на бумажке распечатанные для пущей солидности. И вполне себе вписываются они не то, что во внутренние правила, но и в закон. Филин, после случившегося, к закону очень трепетно относится.
— Дядь, — подал голос Димка. — Так чего теперь?
— Ничего, — Земеля всё же отказался от версии. Имперцы, если и работают, то куда аккуратней. А тут ерунда какая-то. — Всё пойдёт по плану… хотя…
Нет, этих дебилов отправлять нельзя. Кого другого?
Чем больше людей будет в курсе, тем больше шансов, что информация разойдётся куда дальше, чем оно нужно. Стало быть…
— Сейчас подкинешь меня к Филину.
— В деревню?
— Домой, олух. Станешь в соседнем дворе. И подождёшь.
— А долго?
— Что?
— Ну… там… Олька хотела, чтоб я её на шоппинг отвёз. Психовать будет…
— Передай своей Ольке, — Земеля ощутил, как закипает. — Что если она много будет вякать, то пойдёт не шопится, а лечиться. Ясно?
— Так… а чего?
— Того…
Комнату Филина надо было проверить, чтоб не сохранилось вдруг чего лишнего. И посылочку оставить, чтобы, когда следствие началось, не было вопросов. Плохо, что Филин эти деньги в руках не держал, отпечатки лишними не были бы, но… и так сойдёт.
В принципе, Филин не особо и нужен.
Свалил? Пусть прячется себе.
— Что-нибудь необычное заметили? — спросил Земеля больше для порядку.
— Так… — Димка потёр лоб. — Козла!
— Какого?
— Прикольного! Реал. Натуральный кринж. Сам чёрный. Рожищи — во! И с морды — чисто Филин.
Чтоб вас… одни идиоты кругом.
— Тихо, — сказал дядя Женя, выползая из автобусика. Он даже потянулся, огляделся лениво и сумку достал.
— Мозет, на руцках? — молния на сумке разошлась и из дыры высунулся длинный нос с белыми усами. — А то трясёт, силы нет.
— Вот мне только и осталось, что нечисть на руках таскать… — буркнул ведьмак.
— Я могу, — сказал Мелецкий. — А то эта сумища и вправду тяжёлая, неудобная.
— И исцо укацивает, — добавила Эмфизема. — А когда меня укацивает, то меня тошнит.
— Всё как у людей! — восхитилась Ляля.
— Держитесь рядом, — дядя Женя наклонился, мазнул рукой по земле, а потом зачем-то ткнул Ульяне в лоб. И Ляле. Причём они-то как раз к тыканью в лоб отнеслись вполне спокойно, будто так оно и надо. Мелецкий вот попробовал уклониться, но дядя Женя буркнул:
— Не крутись. Это тебе туда надо.
— А… Зачем? — от тычка на лбу Мелецкого остался круглый слегка смазанный след. Он скосил глаза, пытаясь разглядеть его.
— Дядя Женя глаза отведёт.
— Ага, — кивнул тот.
— Игорёк тоже так может, — пояснила Ляля, помогая вытащить морочницу. — Но он послабее. Его только на себя хватает. Или на Никитку ещё… На от. Ну ты и тяжёлая!
— Это кость, — поспешила заверить Физя. — Кость всегда тязёлая. И вообсце, не всем тосцие нравятся!
— Цыц, — дядя Женя оборвал так и не начавшийся спор. — Идём молча. Не отстаём. Не болтаем. И не колдуем.
— Там купол поставлен, — Мелецкий всё же лоб потрогал, точно опасаясь за целостность его.
— И что?
— Он непроницаемый… он специально ставится, чтобы изолировать место. Хотя… наверное, не очень проницаемый, если Никитка как-то… но он маленький. А мы большие. Купол же ж… военные ставили всё-таки.
— Ну… раз так, то снимать не стану, раз военные, — согласился дядя Женя. — Чего людей нервировать. Тихонечко туда, потом обратно…
И поглядел на Ульяну и с сомнением.
— Оставить бы тебя, но ты ж это наморочила, тебе и разбирать.
Знать бы ещё как. Ульяна вот понятия не имела. И вообще не была уверена, нужно ли ей вообще туда соваться. Может, разумнее подождать, пока государственные маги не найдут способ. Или само собою заклятье повыветрится. У всего ж есть срок годности, в том числе и заклятья.
— А…
— Идём, — Мелецкий дёрнул за руку. — Тараканова, отомри. Мне от твоего взгляда страшно становится.
Ульяна хотела ответить, но Мелецкий прижал палец к губам, показав взглядом на хмурого дядю Женю.
А тот водил руками в воздухе. Смотрелось бы это смешно — скрюченные пальцы оставляли в этом воздухе глубокие следы, причём и воздух, и следы были прозрачными, но Ульяна их всё равно видела.
Как-то вот.
Следы сложились узором, а тот пыхнул и рассыпался этаким облачком муки. Она же осела на плечах и волосах.
— Теперь быстро. Никого не задеваем. Рты закрыты. И в целом не отставайте.