Хроники Дарона. Эльф под горой

— Замечательная идея, Сабат, ты чего, — откликнулся принц, — ты же видел, как она с мечом управляется! — я довольно улыбнулась, подзаработать побольше было приятно, к тому же, мне было зверски скучно на привалах.
— Но господин, — несмело возразил старик, — вдруг что-то случится, тут нет деревянных мечей для тренировки!
— Именно поэтому драться он будет лучше, — заметила я, рассматривая свои ногти и думая, как бы их вычистить ножом.
— А если ты его поранишь! — воскликнул Сабат.
— Ты полечишь, — ковыряя ноготь острием, предложила я.
— Действительно, Сабат, ты же меня запросто поправишь, — загорелся идеей принц.
— Не запросто! — разошелся нянь, — Ты должен дорожить собой и беречься, а не драться с азагуром с десятилетним опытом в гвардии!
— Четырнадцатилетним, — поправила я.
— Вот именно! — злился старик, — думай о своем народе, а не о том, как впечатлить девку!
— Так он думает, как меня впечатлить? — хохотнула я, оторвавшись от ногтей и желая вдоволь поиздеваться, как вдруг Нарон вскочил и словно ошпаренный покинул нашу компанию. — Чего это он? — тихо спросила я, глядя, как бодро ушастый спешит в лес.
Сабат только гневно посмотрел на меня и ничего не пояснив, побежал догонять господина. Шутить с остроухими, к сожалению, тоже не получалось.
Именно поэтому наше путешествие было для меня такой томительной мукой: остроухие были настолько серьёзными, что скрипели на зубах, словно кислое яблоко. Пришлось в одиночку собирать разгруженного ишака, взваливать оставшиеся тюки на плечи и догонять распсиховавшегося принца и его няньку, что теперь шли впереди и о чем-то тихо переговаривались. Я шла поодаль и жалела чудовищно, что когда-то давно сбегала с занятий пением, оплачиваемых мадам Гризо, и так и не научилась петь мелодичней вороны. Было бы здорово сейчас погорланить какую-нибудь скабрезную песенку вроде «верной Люсильды».
— Отдай, ты устала, — вдруг раздалось справа, бесшумность остроухих скоро точно доведёт меня до инфаркта, рядом очутился Нарон.
— Чтоб твой нянька опять глазами во мне дыру пилил? — спросила я, эти их разборки уже порядком поднадоели.
— Нет, он будет молчать, мы поговорили, и я хочу, чтобы ты меня подучила с мечами, — оправдывался принц, всё же забрав у меня тюки.
— Приказал ему что ли? — поинтересовался я скептично.
— Да, — к удивлению, я попала в точку. — Он мой подданный и иногда забывается, потому что помнит меня ребёнком.
— Ты Сабату приказал, и он послушал?.. — удивлялась я, но увидев лицо старика поняла, что это чистая правда.
— Все из-за тебя, азагур, — тихо прошипел старик, едва Нарон пошёл чуть вперёд, — и не называй его по имени, пока не погубила окончательно!
«Да что ж за жизнь такая! — возмущалась я про себя, — Если ты родился чуть крепче и жёстче, так непременно должен всё губить, по крайней мере, ваши нежные соседи будут так считать и ещё песенки сочинять!»
На ночлег мы остановились у леса, на опушке. Поблизости текла небольшая река, а ещё чуть дальше пролегала дорога. С размытыми ямами, разбитой колеёй и мусоркой вместо обочины — именно такие дороги и запомнились мне в Гурии в тот день, когда отец увозил меня в Аландис.
На следующее утро я думала направиться по ней в Штостоль, чтобы добыть еды и просто поразвлечься, пока окончательно не умерла от скуки. Расставив небольшой шатер для принца, старик собирал корешки, чтобы приготовить ему горячую еду, а я, как обычно отправилась за ужином в лес. Раздобыв двух лягушек, насадила их на ветки и положила к огню, Сабат усиленно делал вид, что меня не существует, а принц чувствовал себя виноватым перед стариком. Обстановка была просто невыносимой:
— Как мне Нарона называть, может, Пит? — затеяла какой-никакой разговор я.
— Слишком людское, фальшиво, — отозвался нянь.
— Да из эльфов я никого не знаю, — ответила я, но тут же добавила, — хотя нет, Мирааль.
— Мирааль? Красивое имя, — отозвался Нарон, подбросив веток, — а кто он был?
— Да так, — отмахнулась я, — завсегдатай в доме Гризо, жуткий извращенец, все девчонки его боялись.
 
— Мне больше нравиться Дананир! — выпалил принц и я засмеялась.
— Точно не Мирааль? Тебе же понравилось, — подшучивала я, заставляя Нарона смущаться. — Ладно, Дананир, но, если передумаешь… — вновь захохотала я, и на этот раз не выдержал даже старик, тихо посмеиваясь над юношей.
Потренировавшись немного с Нароном, вернулась к огню — первая половина ночи сегодня была моей. Эльфы отправились спать, я сидела, очищая поджарившихся лягушек от шкурки и внутренностей. Как оказалось, зря я поленилась и не вынула их сразу, потому, так и без того крошка мяса теперь была испорчена на брюшке. Все же запихала горькие кусочки, быстро сглотнув, как вдруг вдалеке раздались шаги, кто-то приближался к нам с подветренной стороны. Схватила меч и встала, принюхавшись. Шли по ветру, курили какую-то дрянь, громко говорили и хоть я не разбирала слов, «гости» таиться не думали. Лес был лысый, почти без кустов, спрятаться можно было разве что за деревьями, что в тут были не слишком толстыми. Подбежав к шатру, предупредила Сабата, старик растолкал Нарона, я велела сидеть тихо, и, если что бежать. Старика план вполне устроил:
— Есть кто? — громко окликнул мужчина, направляясь к костру из леса.
Я запахнула полы шатра, крепче сжав рукоять, обернулась:
— Допустим, есть, — отозвалась я, осматривая незнакомцев.
Ко мне подошли трое: клыкастый орк и два азагура. Один, с косую сажень в плечах, здоровенный небритый детина и заговорил со мной.
— Можно погреться? Мы в Штостоль идем, учуяли огонёк, не против? — спросил здоровяк, его спутники послушно стояли за спиной, не спуская глаз и не разжимая рукояти, я осматривала их.
Здоровяк был хорошо одет: отлично скроенный по фигуре кожаный плащ до колен, бархатная рубаха под низом, приличного вида штаны и замечательные новые сапоги. Взглянув на них, я с сожалением опустила взгляд на лапти на своих ногах — солдатские сапоги я потеряла в болоте.
— Да расслабься, ты, красавица, — улыбнулся мужчина, заметив, как я держу рукоятку.
Как ни странно, из его уст «красавица» прозвучало не с издёвкой.
— Не тронет тебя никто, обещаю.
Спровадить трёх мужчин, один из которых азагур, ростом едва ли не вполовину выше и здоровее меня представлялось едва ли возможным, напади они и мне конец. Выбора не оставалось, расслабив руку, постаралась казаться спокойной:
— Ну, если только погреться, то можно, — ответила я, всё ещё осматривая прибывших.
Второй азагур был одет попроще, как и орк, тот вообще вонял, и я отсела от него по ветру, чтобы не прикрывать нос прямо при нем. Мужчины подтянули к огню два бревна и, сбросив тяжелые сумки с плеч, уселись у огня.
— Я Маран, — протянул руки здоровяк и как полагалось, вложив в обе ладони мою, потряс в приветствии.
— Виги, — выдала я имечко из своего прошлого, — вдруг, Вагарду ищет гвардия?
— Ты в лесу одна что ли? — простодушно спросил Маран, я напряглась.
— Зависит от вашего поведения, — уклонилась я, эльфы в шатре по-прежнему сидели тихо.
Мужчины засмеялись, мое чутьё пока не спешило спать. Но вот здоровяк приказал клыкастому собрать веток побольше и достал из мешка сверток с хорошими ломтями мяса, предложив мне. Есть я, конечно же не спешила, но кусок взяла, поглядывая на гостей.
— Ты есть что ли боишься? — заметил Маран, уж очень он был наблюдателен, для такого улыбчивого с виду малого.
— Не хочется корчиться, знаешь ли, — попыталась улыбнуться в ответ, хотя вряд ли вышло непринужденно.
— Да перестань, хотел бы убить, как цыпленку бы шейку скрутил, — хохотнул Маран, показательно откусывая мясо.
— Далеко не факт, — пробубнила я, немного расслабившись.
— Попробуем? — предложил мужчина.
— Если не боишься, — приняла вызов я.
Мужчины засмеялись, здоровяк встал, обнажив меч, я не отставала. Под общий смех и улюлюканье, мы принялись драться, конечно же, лишь в половину силы, просто для потехи. Маран был тяжелее и резче, я быстрее. Уворачиваясь и отпрыгивая, как птичка от кошки я скакала по поляне, пытаясь не только не попасться, но и попасть, противник был хорош, было до жути весело. Я попала в его икру, порезав штанину, Маран извернулся, больно шлепнув меня плоской стороной меча по спине, отпрыгнула в сторону, Маран сделал выпад, резко сменив ход, я попыталась подставить подножку, но вдруг оказалась в ручищах и над землей. Смеясь, соперник буквально вытряс из рук меч и вернул меня на землю: