Ты знаешь мой секрет? (СИ)
Алекс так много делает для меня каждый день, дарит столько положительных эмоций, а главное, постепенно учит доверию к себе. Тому чувству, которое в моей жизни всегда было в дефиците. И то, что испытываю — это ни благодарность за помощь, сытую жизнь и поддержку. Я реально влюбилась. Впервые в жизни. И, кажется, по самую макушку.
А может быть, даже совсем-совсем уже люблю?
Не знаю, а торопиться боюсь.
Это Алекс смелый и говорит всё, что думает, а я пока так не умею.
— Инга, мне нужно будет уехать на пару часов в город завтра с утра, сможешь присмотреть за Надюшкой? — обращаюсь к помощнице Алекса, хотя по факту уже и моей, набрав ее личный номер.
— Конечно, София Викторовна, — соглашается девушка тут же, — я предупрежу Алекса Марковича, что буду занята в первой половине дня с Вами, а в офис подъеду после обеда.
— Спасибо, — говорю признательно и прощаюсь.
Предстоящая завтра поездка заранее вгоняет в мандраж, во-первых, я до дрожи боюсь врачей, тем более, после смерти Лизы, во-вторых, специалиста данного профиля ни разу в жизни еще не посещала. Но тут…
Ладно, не буду накручивать себя раньше времени. Всё же ещё рано делать выводы и бить тревогу.
Мысленно выдыхаю, пробегая глазами по календарю, и подаю маленькой принцессе погремушку, которую она запулила в сторону. Улыбаюсь в ответ на гуление и проверяю памперс.
Еще совсем недавно я была полной неумехой, но собственное желание всему научиться, подсказки опытных людей и специальные обучающие ролики быстро помогли справиться с ситуацией.
Теперь я не паникую, на раз угадываю, что значит тот или иной «хнык» и писк Надежды и легко выполняю сразу несколько дел одновременно. Но на всякий случай знаю, что помощь рядом. И Елена Валентиновна, и Анна, и даже Инга обязательно помогут и присмотрят, если мне нужно отлучиться или заняться своими делами.
Большую часть дня я вожусь с малышкой самостоятельно, а во время ее сна, не торопясь, занимаюсь проектом, который подогнала Юля, уломав меня помочь ей «по знакомству, но обязательно с оплатой», как она говорит.
Вопрос денег теперь не является моей головной болью, даже карточкой, выданной мужем в первый день приезда, не воспользовалась ни разу. И так никогда не была шопоголиком, а с тем объемом вещей, которым меня обеспечили по приезду, уверена, удивляться обновкам буду еще несколько лет.
У Надежды тоже полный шкаф белья на вырост. Думаю, до года, как не до двух закуплено всё, что только можно. А мелочами, если нужно что-то срочное, занимается Инга. После того раза, когда я застала девушку в детской за наблюдением, как Алекс общается с дочерью, она изменилась. Не внешне, внутренне, но я почувствовала.
Ушли ненужные эмоции, которые в работе ей не требовались. Она стала более сдержанной, отстраненной, но спокойной и ответственной. Восторги и обожание в сторону Гроссо исчезли без следа, как и высокомерный взгляд на меня, который я наблюдала в первые дни знакомства.
Не знаю, приложил ли к этому руку мой муж, не интересовалась. Однако, зная, как четко и грамотно он все просекает и контролирует, вполне не исключаю возможного.
Для меня главное, что Прокофьевой можно доверять Наденьку. Девочка ей нравится, впрочем, может быть, она просто любит детей. А остальное — не первостепенно, все равно с этой девушкой подругами мы бы не стали. Как бы не хотел мой муж, но я не самый простой и открытый человек.
* * *Новый день наступает быстрее, чем я успеваю подготовиться морально. Но сил ждать и гадать, что вдруг случилось с моим организмом, больше нет. Мне нужна ясность для того, чтобы понимать и планировать дальнейшие действия.
Именно для этого я записалась к врачу. Не хочу дуть на воду и шокировать мужа, не имея подтверждений, да и вопрос ни разу не рядовой и требует конкретики. Потому проворачиваю утрешнюю вылазку таким образом, чтобы даже водитель не мог понять, куда я на самом деле отправляюсь. Это глубоко личное. То, чем с посторонним я пока не готова делиться.
Вариантов сделать все незаметно не так много. Точнее, вообще один. В этом городе кроме домочадцев я знаю только Юлю, мастера-визажиста, которой помогаю с обустройством студии. Вот ее и прошу прикрыть меня на пару часов.
— Привет, — девушка выходит на крыльцо своей студии с широкой улыбкой на губах, стоит машине припарковаться у бордюра, — а я уже жду. Проходи, пожалуйста. У меня такие идеи появились, как обыграть зону спа, просто «Вау!». Я весь вечер в интернете лазала, смотрела варианты, которые ты советовала. В общем, если не спешишь, то часа на три минимум я тебя похищаю.
— Э-э, хорошо, — сбитая потоком информации, киваю фонтанирующей активности, сама же в голове перематываю, неужели Котова забыла о моей просьбе.
— Вот и замечательно, тогда, — Юля хлопает ресницами и смотрит мне за спину. — Может, отпустим молодого человека. Не хочу, чтобы посторонние стояли над душой и видели недоделки в зале, пока всё не будет организовано на «5+».
— О, да, конечно, — соглашаюсь и обещаю Владимиру позвонить сразу, как стану собираться домой.
Черный огромный монстр отъезжает, а я, бросив взгляд на наручные часы, отмечаю, что у меня есть пятнадцать минут, чтобы посмотреть подобранные Юлей образцы, и полчаса на поездку до клиники.
— Показывай, — решаю не тянуть резину и заняться первым делом.
— Что? — Котова так широко распахивает в удивлении глаза, что я на минутку теряю скованность и улыбаюсь.
— Варианты дизайна, которые всю ночь собирала, — пожимаю плечами.
Все же моя новая знакомая очень милая, открытая и легкая. С ней не приходится себя контролировать, и это очень подкупает.
— Тю, София Викторовна, не смеши мои тапочки. Я же так ляпнула, чтобы не было лишних вопросов, — отмахивается шутница. — Так, пару минут выжидаем и едем, куда там тебе надо. У меня машина за углом.
Тонкие пальчики с аккуратными ноготками ярко-желтого цвета подхватывают брелок с изображением льва и весело им покачивают.
— Уверена, города ты пока почти не знаешь, так что теперь я побуду твоим водителем.
— Ю-юль… — тяну, не зная, как поступить.
Довериться ей мне безумно страшно. Все-таки нас Инга познакомила, и есть вариант, что Юля расскажет обо всем Прокофьевой. А я не хочу, чтобы информация до Алекса дошла какими-то окольными путями, да еще и искаженная домыслами.
Это только наше, семейное, дело. И о таком я хочу рассказать мужу сама, но только тогда, когда буду готова.
— Эй, я — не болтушка! Клянусь! Просто помочь хочу.
Котова замолкает, а я, сохраняя внешнюю невозмутимость, в душе мечусь, как пойманная в силки птица.
У меня никогда не было подруг, поэтому переступить свой страх и довериться сейчас очень сложно, но мне нужна помощь и поддержка, как бы я не привыкла держать все в себе.
— Хорошо, — сдаюсь, решая положиться на собственную интуицию. — Мне нужно на Жемчужную, 22. Это…
— Клиника здоровья. Знаю, — улыбка с лица Юли стекает, как вода. — Мама у меня болела часто. Она поздно родила, вот и повылезали болячки. Пришлось делать несколько операций.
— А сейчас? — задавать вопрос сложно. Я от своей-то потери не отошла, поэтому любое горе воспринимаю близко.
Но еще до того, как та отвечает, знаю ответ. Она о маме в прошедшем времени сказала, а я не сразу сообразила.
— Она умерла год назад. Рак молочной железы.
— Сочувствую, — сама не замечаю, как подхожу и обнимаю девчонку. — Я тоже всех родных потеряла и знаю, как это тяжело.
* * *Одновременно с результатами анализов, врученных мне улыбающимся врачом, я получаю сообщение от мужа:
«Сонь, вечером будут гости. Цикал. Давид и Карина. В 20.00. Анну предупредил, ужин приготовит, на стол накроет. Не волнуйся. Перезвоню, как закончу совещание»
Всё строго, лаконично и по существу. Именно так, как привык Алекс.
Раз за разом пробегаю по двум строчкам, но смысл до конца не улавливаю. Потому что другая информация, та, что спрятана в файле и прижата к груди, чтобы никто посторонний не смог прочитать сокровенное, в тысячи раз важнее и значимее, и именно она занимает мою голову, превращая всё прочее в серый туман.