Ты знаешь мой секрет? (СИ)

Так купание крохи становится чуть ли не совместным подвигом, когда мы очень аккуратно, изучив все советы и подсказки, опускаем маленькую прелесть на специальный лежак в воде. А затем в четыре руки аккуратно поливаем из лейки, обмываем и обтираем ватными губками. И разговариваем с ней. Гулюкаем, кривим рожицы, смеемся, ловим брызги от машущих, как веретено, маленький ручек. И кайфуем уже после, совершенно мокрые, но счастливые, что с задачей справились. Заворачиваем сокровище в мягкую махровую простыню, прижимая родное солнышко поближе, и тут же вручаем проголодавшейся малышке бутылочку со смесью.
  
— Ух, ну что, мама, с боевым крещением нас? — подмигивает муж, вслед за мной на носочках покидая детскую.
Разморившись после водных процедур, Надя усердно высасывает практически всю смесь и моментально засыпает, причмокивая крохотными губками. Чтобы не переживать, Гроссо включает радионяню и берет с собой в спальню.
— Это точно, папа, — подкалываю в ответ. — Думаю, у нас есть пара часов.
— Тогда пойдем ужинать, пока есть передышка. Всё уже готово. Я просил накрыть нам в столовой, — Алекс протягивает руку.
— Хорошо. А переодеваться? — показываю на себя, вновь упакованную как капуста.
В нашей комнате такая хорошая шумоизоляция, что я не в курсе, покинули ли этот особняк гости. Или всё еще находятся где-то внизу.
— Сонь, ты дома, перестань накручивать себя. Никто не ждет, что ты будешь двадцать четыре часа в сутки рассекать в коктейльном платье на шпильках.
— Но… — тут же вспоминаю изысканный наряд Елены Валентиновны и ее гостьи.
— Посмотри на меня, — подмигивает муж, — я, как и ты, тоже в спортивном костюме. Пойдем, я ужасно голоден. Уверен, ты тоже.
Не успеваю ответить, как мой живот звучно реагирует на последнюю фразу и громко урчит. Щеки моментально краснеют, выдавая стеснение.
Хотя оно связано не только с поведением моего организма. Глаза Алекса так ярко сверкают, когда он говорит о своем голоде, а взгляд плавно стекает на мои губы и там остается, обжигая вниманием, что не составляет труда догадаться, какие еще желания терзают мужчину.
Решаю не сопротивляться, тем более кушать действительно ужасно хочется, а прятаться вечно в спальне не получится, и вкладываю ладонь в протянутую руку мужа.
По пути вниз нам никто не встречается, а стол действительно накрыт на две персоны. Одуряюще вкусный аромат, исходящий от еды, которая красиво разложена по тарелкам, заставляет сглотнуть и, больше не думая, занять место за столом.
— Приятного аппетита, — произносим чуть ли не хором и с улыбками отдаем должное кулинарным изыскам.
— Очень вкусно, — утолив первоначальный голод, сообщаю очевидное и оглядываюсь кругом.
Стоит немного изучить место, где теперь придется жить. Да и вообще осмотреться в доме, понять принципы его функционирования и внутренние порядки. Это не моя однушка, где я сама все делаю, тут явно есть работники, которые обеспечивают порядок, ну или помогают Елене Валентиновне.
— Еду готовит Анна, наша домработница. Живет с мужем в отдельном домике на территории. Сколько себя помню, она всегда работала у нас. Василий заведует садом и всеми бытовыми вопросами. Еще две девушки занимаются уборкой, стиркой и другими поручениями Анны или мамы. Обычно в доме находятся с семи до трех, кроме выходных, — просвещает Гроссо, заметив, что я верчу головой. — Охрана в доме практически не появляется, у них есть свое помещение возле въезда. Если только водитель мамы может заглянуть, когда она зовет. Да, она живет в правом крыле. Ее комнаты тоже на втором этаже.
— А Инга? — задаю вопрос, который то и дело всплывает в голове.
— А что с ней?
— Тоже живет здесь?
— Нет, у нее своя квартира в городе.
— Кто она? — сделав последний глоток чая, отставляю чашку и спрашиваю прямо.
Муж сам предложил задавать любые вопросы. И я решаю использовать это щедрое предложение, не откладывая и не позволяя своей фантазии напридумывать всего и сразу.
— Моя личная помощница. Не более, — отвечает ровно мужчина, но через пару мгновений, явно что-то уловив на моем лице, добавляет. — В ее обязанности не входит спать со мной и заниматься сексом.
Такая прямота заставляет прикусить губу, а щеки вновь окрашиваются в ярко-алый цвет. Да, Гроссо не умеет ходить вокруг да около, отвечает открыто даже на не озвученные вопросы. И это подкупает.
— Потому что ты этого не хочешь или она? — спрашиваю также в лоб, решая выжать информацию по максимуму.
Переглядки этих двоих я еще помню.
— Я не смешиваю работу и отдых, Соня. Не хватало мне еще головняка на работе. За Ингу не скажу. И да, у нас с ней ничего никогда не было, если это основная причина, почему ты к ней относишься настороженно и не доверяешь Надю.
— А ты так легко решил доверить молодой девушке ребенка? Почему?
— Объясню, Сонь. Но скажу только один раз, больше к теме возвращаться не буду. Надеюсь, ты услышишь и поймешь. Инга — была младшей сестрой моего лучшего друга. Он с родителями десять лет назад попал в аварию. Зима, гололед, их отец не справился с управлением. Погибли все, кто был в машине. Остались только Инга и ее младшая сестренка. И то лишь потому, что дома остались. Первой на тот момент исполнилось всего восемнадцать, она только-только поступила в экономический университет. А Ане всего полгода.
Жуткая картина, живо нарисованная буйным воображением, заставляет замереть и посильнее запахнуть халат. Озноб пробегает по коже, хотя я и остаюсь одетой, как капуста. Потеря близких — слишком волнительная и животрепещущая тема. И не думаю, что даже время сделает меня в этом плане менее восприимчивой.
— И что было дальше? — сглатываю пересохшим горлом.
Алекс без слов наполняет стакан водой из кувшина и вкладывает мне в руки.
— Отдел опеки хотел забрать малышку. Но Инга была против, уверяя, что со всем сама справится.
— И? — тороплю, желаю поскорее узнать, что же было дальше.
— У опеки ничего не вышло. Ребенка отстояли, вопрос закрыли. И знаешь, Сонь, она справилась. Первое время, конечно, помогала приходящая медсестра. Я предлагал и няньку нанять, чтобы сестра друга не забрасывала учебу. Инга — умная девушка и очень способная, — в голосе Алекса проскальзывают на пару мгновений нотки гордости. — Жаль было бы, если она спустила свое будущее в никуда.
— И что после?
— Эта гордячка отказалась. Решила самостоятельно всем заниматься, но и учебу не бросила. Правда во время сессий, она перевелась на заочное, все же согласилась на помощницу. И закончила университет с красным дипломом. А после я сразу взял ее на работу к себе в офис, чуть позже перевел в личные помощницы. И ни разу не пожалел. Сейчас Ане почти одиннадцать, совсем взрослая. Девчонки так и живут вместе, — заканчивает Гроссо, переводит взгляд на меня и улыбается.
— Но почему сегодня она — няня, если работает в офисе?
— Инга сама предложила. Я согласился.
— Значит, подруга семьи? — выдаю, подумав.
Хотя в дружбу между мужчиной и женщиной слабо верю. Точнее, считаю фантастической вещью, существующей только в параллельной реальности.
А в отношении Гроссо и Прокофьевой тем более. Слишком преданно девушка смотрит на своего начальника, игнорируя остальных. И взгляд при этом обожающий, словно она любую просьбу готова выполнить, не задумываясь. А вот на других глядит уже с долей пренебрежения и недовольства, как на соперниц.
— Нет, Сонь, личный помощник всё же будет правильней, — качает мужчина головой. — Надеюсь, пообщавшись поближе, ты поймешь, что Инга очень исполнительная и ответственная девушка. И вы поладите и подружитесь.
  
Хорошо, что не милая и добрая, фыркаю мысленно.
И насчет «подружитесь» — слишком громкое заявление.
Ладно, время покажет. Пожимаю плечами, не давая пустых обещаний. И пусть мне действительно очень жаль Прокофьеву из-за потери родных, но это не отменяет того, что я ранее видела и чувствовала. Постараюсь дать ей шанс, но… обещать ничего не буду.