Слабость плоти (СИ)
Очевидно, что он делал это исключительно для меня, так как все вокруг были опытными воинами, вероятно, не раз шедшими по этой дороге. Покровительственное отношение великанов порой забавляло, но я старался не думать о нём слишком много.
Сделав новый шаг, я тщательно следил за землёй, ожидая дать отпор угрозе в любой момент. Интуиция подсказывала, что тишина продлится недолго, и машины древней эпохи дадут о себе знать… Хотя и не был полностью уверен, не было ли это простое желание изучить ходячих роботов, способных тысячами лет существовать без какого-либо ремонта, при этом активно охотясь на живых существ?
Мы спокойно двигались вперед через море уже ненужных снарядов. Сохраняли абсолютную тишину и сосредоточенность, готовясь дать отпор любому врагу. И он не заставил себя ждать.
Машину выдала дрожь. Практически незаметная для обычного человека, для огромных великанов она стала совсем невидимым признаком грядущей угрозы. Лёгкая дрожь песка, едва заметное движение кусков металла и, самое главное, Зов.
Я буквально слышал, как голодный металл жаждал встретить новую добычу, чтобы содрать с неё всю плоть и выпить кровь. Зачем? Машине не нужна причина действий — она просто следует своей программе.
Молниеносным движением я успел достать с пояса пистолет и направить его в точку, откуда металл кричал громче всего. Прочие гиганты мигом поняли, что происходит, сразу же подготовившись к предстоящему сражению. Они направили свои посохи к земле, пока Дороган молниеносным движением достал колоссально огромный клинок.
Весь мир замер, пока мы ожидали. Проходила одна секунда за другой, пока мы сосредоточено смотрели на землю, держа оружие наготове. Никто не собирался отвлекаться и расспрашивать меня — все тут были профессионалами и доверяли друг другу свои жизни. Даже мне.
Ещё секунда. Ещё одна. И ещё…
Орудия вспыхнули так же неожиданно, как появились первые враги. Необычайно яркие потоки молний ударили по вылезшим из земли механическим пауками с длинными тонкими ногами и большими хелицерами. Их серебристый хитин состоял из удивительного металла, постоянно переливающего и едва справляющегося с тем, чтобы держать форму. Казалось, они больше походят на ожившую жидкость, накинувшуюся на части бывшего насекомого, чем на полноценного робота.
Однако их устройство не помогло им, когда десяток молний вспыхнули и мигом поразили их. Сложные машины задрожали, встретившись с пучком ионов, после чего начали издавать необычайно громкий треск. Их конечности стали дёргаться и бить во всей стороны, однако, всего через пару секунд прекратили движение.
Серебристый жидкий металл медленно слез с них, явив железный скелет, отдалённо напоминающий пауков. Однако и он просто упал замертво спустя ещё мгновение. Мы ещё некоторое время провели в боевой готовности, следя за движением каждой песчинки, но скоро вернулись к привычному строю. Угроза нейтрализована, и слишком долгая остановка может привести только к худшему. Потому Дороган сразу же махнул рукой, приказав нам двигаться дальше. Я сам остановился лишь на мгновение, кратко изучив довольно примитивный каркас механических пауков и взяв в специальный контейнер пробу жидкого металла. Вот эта технология уже очень интересна…
* Забавный факт из лора — имя Феррусу Маннусу выдали его сородичи с Медузы, однако оно не столь очевидно как может показаться. Если на высоком готике оно значит «Железные руки», то что имели в виду аборигены, определённо не знавшие языка Империума? Учитывая то, насколько самому Феррусу, некоторое время вообще ходившего под кличкой «Плоть», было плевать на это, мы вряд ли это когда-нибудь узнаем ответ.
Глава 5. Сублиминат
Следующим препятствием на нашем пути стали сами горы. Согласно словам Дорогана, здесь не было врагов, но крутые обрывы и порой забытые мины могли предоставить проблемы. Конечно, великаны наизусть знали карту безопасного маршрута, однако, от неожиданных случаев никто не застрахован.
К счастью, у меня было меньше всего проблем благодаря отличной координации и превосходной ловкости. Я настолько быстрее всех разобрался с проблемой, что стал негласным скаутом группы, идя впереди и первым замечая любую угрозу.
Конечно, я видел и мины, спрятанные в каменной гряде и скрытые под небольшой кучкой грязи, но они не завлекли моё внимание. Там была элементарная технология нажимных плит, что только позорила бы поле боя, где грохотали действительно великие орудия, разрывающие само пространство и время. Учитывая уровень технологий, доступный людям далёкого прошлого, я испытывал даже некую жалость. К подобному явно обратились только когда нормального оружия уже не стало. Как и людей, способных его делать…
Мне пришлось подавить некое неприятное чувство в груди, стоило только задуматься о подобном. Рефлекторная реакция тела могла стать путём к открытию моего прошлого, однако машина перед моими глазами всё равно завлекала больше. Помятая стальная коробка, покрытая чёрным снегом, могла бы сойти за очередную брошенную машину, прекратившую работать уже тысячи лет назад.
Однако она всё ещё функционировала, и преобразователь антиматерии не думал прекращать работать ни на секунду, пусть многие процессы в нём уже и остановились, из-за чего эта машина уже не так полезна. Однако сам факт поражал! Запасов фантастически редкого вещества здесь хватило бы чтобы провернуть такое…
Даже все тысячи мин, собранных вместе и брошенных в одну кучку, не смогли бы создать и сотую долю того взрыва, что получится создать даже с небольшим количеством антиматерии, использованной правильно. А здесь её было ой как немало.
И ещё страннее было увидеть её здесь, просто так лежащей и никому не нужной*. Конечно, никто не сохранял все чертежи и технологии после конца света, но чтобы настолько? Сейчас её забрать не получится, ещё не все нужные припасы заполучили, но и оставлять хранилище на очередные тысячи лет прохлаждения я не собирался. Вероятно, что в моём странствии удастся найти ещё немало подобных реликтов, а потому уже нужно собирать в голове, что желаю заполучить.
Уже очевидно, что этот мир нельзя оставить в таком положении. Просто смотря на остатки когда-то великой цивилизации, моё сердце сжималось от боли. Столько потеряно, столько разрушено… Вся моя сущность желала восстать против подобного. Я любил создавать новое и совершенное, отчего картины подобного падения особенно сильно задевали меня. Всё моё нутро требовало, чтобы я вмешался и взял ситуацию в свои руки.
И пусть задача кажется невозможной с учётом моих ресурсов, но разум тихо подкидывал особенно сложные чертежи и идеи, которые могут помочь мне. Потребуются годы, чтобы их реализовать, но, если речь идёт о возрождении величия рода человеческого, то я не остановлюсь ни перед чем.
. . .
Мир за горами оказался не менее жесток и суров. Вместо ледяных пустошей и пустынь, нам предстала холодная тундра, где, опять же, не было и намёка на жизнь. Никаких растений, кустов или даже простейшей травы. Интересно, а как вообще здесь решается проблема с атмосферой? Какой-то водный микроорганизм, создающий кислород? Хотя не удивлюсь, если где-то до сих пор работают старинные машины по очистке атмосферы столь негостеприимной планеты.
Аккуратно спустившись с гор, мы ещё несколько дней шли по пустырям, где лишь куски металла и остатки технологий красили глаз. Некоторые особо полезные штуки, вроде полезных микро-генераторов или годных для ремонта устройств, мы действительно забирали с собой, но основную часть бросали. Даже я не находил больше ничего интересного.
Однако не обошлось и без новых чувств. Чем дольше мы шли, тем отчётливее в моей голове рос шум. Казалось, словно сотни машин работали в унисон, создавая уникальную симфонию стали и пепла. Идеально точную, ритмичную и до безумия синхронную. Но при этом источающую только одну эмоцию — безграничный и неутолимый голод.
Конечно же, я первым делом поделился своими ощущениями. В месте, полном самых чудных опасностей, подобное может стоить всем нам жизни. И судя по тому, как нахмурился наш лидер, это действительно был не самый лучший знак.