Бойфренд для Цесаревны (СИ)

— Андрей, вот ты враль! — Давай обе хохотать.
— Пилил он башню. — Смеялась Зоя. — Конечно, она испугается, грохнуться с такой высоты. Я бы в тебя не только свои туфли кинула, я бы рояль выбросила из окна, тебе на голову.
— А у молодёжи тут весело, как я посмотрю. — Услышали мы мужской голос. — Доброе утро, молодые люди. — Мы все поздоровались с вошедшими. На завтрак в большую столовую зашли Тимофей Фролович и Константин Фролович, оба с жёнами. И если жену Константина я вчера видел, то жену Тимофея, увидел впервые. Тоже холёная женщина, довольно красивая, лет 40 не больше, хотя как оказалось ей было уже 45. Звали её Софья Владимировна. Она была матерью Павла и Насти. Зоя приходилась дочерью Константину, как и Игорь. Были ещё более мелкие, дети. Они тоже пришли с родителями. Появилась и дочь Фрола Никодимыча с мужем. Он был в военной форме, с полковничьими погонами лейб-гвардии, Александр Генрихович. Фразу сказал Константин Фролович. — Над чем смеёмся, молодые люди? — Продолжил он, отодвигая для супруги стул.
  
— Папа, Андрей рассказал какой сон он видел. Вот над этим и смеёмся.
— Что, Андрей, весёлый сон? — Улыбнулся мой, вроде бы дядя.
— Очень весёлый, Константин Фролович.
В этот момент зашли в столовую Владимир с женой. Очень симпатичная молодая женщина лет 25. Увидев меня, она приветливо улыбнулась.
— Прошу прощения, за опоздание. — Сказал Владимир. Он был сыном самого старшего сына патриарха клана Петра Фроловича. Наконец появились и сам Фрол Никодимыч с женой, Ольгой Константиновной. Все поздоровались с ними, пожелав доброго утра. Старик сел во главе стола. Прислуга стала обслуживать господское семейство. Ели все молча. Если говорили, то совсем немного и по делу. Я тоже молчал. Набивал себе живот, а то мало ли что. Нагонят на фиг отсюда, где потом харчеваться буду? В конце завтрака ко мне подошёл халдей с подносом.
— Андрей. — Проговорил дед. — Возьми банковскую карту. Её уже оформили на тебя и там есть определённая сумма. Это тебе на карманные расходы. А то мужик уже, а денег нет. Не попрошайничать же тебе⁈ — Халдей наклонился, опустив поднос. На нём лежала прозрачная банковская карта с логотипом банка «Руссо-Балт банк. Самарины и партнёры». Я взял её. Интересная карта. Микрочип и картинка в 3D — двуглавый орёл, как на гербе и по кругу надпись «Корпорация Руссо-Балт. Банковский сектор», а так же мои данные на кириллице, а не на латинице, как у нас: «Самарин Андрей Ярославович». Логотип и надпись просматривались, что с одной, что с другой стороны. Всё верно так, как сама карта была прозрачная. Заметил, что весь клан, включая совсем сопливых детей внимательно на меня смотрит. Я улыбнулся всем и особенно старику с Ольгой Константиновной.
— Премного благодарен. Я всё верну, как только устроюсь. — Понял, что сморозил ахинею, так как Ольга Константиновна печально посмотрела на меня и покачала головой. А старик усмехнулся и кивнул, типа, куда ты денешься, сынок⁈ Карту положил в карман джинс. Портмоне было в куртке, а где курта, бес её знает. Ну слава богу, хоть хрусты, пусть и не в наличке, но есть. Фрол Никодимыч продолжил:
— Софьюшка, — это он обратился к своей невестке, жене Тимофея, — будь добра, возьми машину и свози Андрея в магазин одежды. Ему завтра идти на Высочайший приём. Не пойдёт же он к самой цесаревне вот в этом. Что о нас тогда скажут? Что Самарины не уважают правящий императорский дом? Или что мы нищеброды? Хотя его в этом дальше кремлёвских ворот и не пустят.
— Конечно, папа. Я всё сделаю. Можете не волноваться. Андрей будет одет так, как необходимо для таких приёмов.
Я был в корне не согласен с Фролом Никодимычем. Я не считал себя нищебродом. И одежда на мне нормальная, джинсы брендовые, если что. И майка тоже не на помойке найдена. Но высказывать свои мысли не стал. Ибо как говорится, в каждой избушке свои погремушки. В то же время я с подозрением посмотрел на тётушку Софью. Что значит, как необходимо? Я что, сам не могу себе купить костюм? Или меня тут в гусара одеть решили? Но возражать опять не стал. Всё же я не в том положении, чтобы начинать качать права.
— Как спалось, Андрей? — Спросил тем временем дед. Тут же услышал смешок. Это Настя с Зоей. Но они тут же замолчали, уткнувшись в тарелки и покраснели, так как на них очень даже недовольно глянул дед и их отцы.
— Нормально спалось. Правда снилось всякое, что не приведи Господи. Но это, наверное, от перемены места жительства.
— Просыпался? Странно. А что снилось то?
— Я бы не хотел это говорить. Извините.
— Ну не хочешь, как хочешь. Может тебе сонную микстуру прописать? Снотворное? Хотя вроде ты молод, спать должен, как медведь в берлоге.
— У меня всё нормально. На сон не жалуюсь, даже если снится всякая дичь… Извините.
— Птицы что ли сняться? Про дичь заговорил.
— Да, птицы.
— Чем занимался до этого?
— Я по строительству.
— Архитектор что ли?
— Не, не архитектор. Больше инженер.
— Хорошее дело. Мы что-нибудь тебе придумаем, куда тебя пристроить. А сейчас сосредоточься на приёме у Высочайшей особы. У нашей Цесаревны то бишь. Чтобы не просто так сходить, а с пользой и умом.
Вот спасибо барин, мля, что значит с пользой и умом? Связи нужные завёл? А с кем и по какой теме? Или со всеми подряд? Типа кашу маслом не испортишь? Но возражать и спрашивать не стал. Кивнул в ответ. Дед остался довольным. Что будет, если я его разочарую? Плетей на конюшне огребу? Интересно, а конюшни здесь есть?
По окончанию завтрака, не плохо покушал, Софья Владимировна пригласила меня на шопинг. Нас ждал ещё один Руссо-Балт. Тоже не хилый, с полным фаршем, как говорят. Правда у патриарха клана лимузин был бронированным, а этот нет. Да и сама тачка была поменьше, но всё равно. Причём, машина была кабриолетом. За руль села сама тётушка Софья. Надела солнцезащитные очки. Волосы её закрывала гламурная косыночка. Вообще она мне напомнила чем-то гламурных женщин шестидесятых. Ну это я сужу по картинкам и по фильмам тех лет. Похоже, ей очень нравился этот стиль. Хотя я не знаю, какая мода была здесь в те годы. Но, думаю, мировая тенденция не сильно в моде отличается от моей реальности. Сейчас молодёжь носила фактически тоже, что и у нас.
— Софья Владимировна. — Обратился я к ней.
— Да, Андрей?
— Следует отметить, что Вы очень красивая и самое главное стильная женщина. — Она улыбнулась на мой комплимент. Кивнула мне, продолжая довольно ловко управляться машиной.
— Спасибо, Андрей.
— Софья Владимировна, Вы любите стиль шестидесятых?
— Всё верно. Ты заметил это?
— Это трудно не заметить. Вам очень это идёт.
— А мой муж, увы, этого не замечает.
— Наверное, Тимофей Фролович очень занятый человек? Много работает?
— Все вы, Самарины, трудоголики.
— Ну это не значит, что мы не умеем любить. Уверен, Ваш супруг в Вас души не чает.
Тётушка Софья рассмеялась. Посмотрела на меня как-то по особому.
— Тимоша трудоголик до мозга костей. Но, когда он отрывается от своей работы и мы уезжаем отдыхать, куда-нибудь далеко, то поверь, Андрей, он умеет отдыхать по полной. Мы с ним словно возвращаемся в нашу бурную молодость. Я очень это в нём ценю.
Приехали на улицу Большая Дмитровка. Я осматривался. В моё время здесь сохранилось много исторических зданий, построенных ещё до революции. Здесь это тоже имелось, но не так как у нас. На месте многих зданий, которые имели место в моей реальности, находились другие, построенные гораздо позже. Мы остановились возле одного такого здания, которого в моей реальности не было. Красивая пятиэтажка, с большими панорамными окнами. На этом месте я точно знал, в моей реальности находился бывший доходный дом Ливен. На нём даже мемориальную доску установили жертвами политических репрессий 30-х годов прошлого века. Здесь же ничего подобного не было.
  
На фасаде здания красовалась яркая надпись из крупных букв: «Студия красивого платья и торговый дом Ольги Бульбенковой. Поставщик двора Его Императорского Величества». Пипец!