Скиталец. От монстра к человеку (СИ)
— Если они пойдут на такое, это непременно вызовет шумиху в рядах знати. К тому же напоминаю, что кое-кто у нас имеет весьма дурную репутацию. Репутацию человека, которого едва ли будет беспокоить сохранность заложников, даже собственной родни. По той же причине можешь не переживать за свою рыжую любовь. Никому и в голову не придёт, что у лорда (особенно такого, как ты) могут быть серьёзные отношения с плебейкой.
Немного помолчав, она добавила:
— Но даже если Хино цела и невредима, остаётся вопрос о её моральном состоянии. Предательство брата могло стать для неё серьёзным шоком.
— Можно проверить, интернет же работает.
К этому времени мы оба уже перешли на дероханского военного провайдера, исключая возможность слежки за сетевой активностью со стороны Киргонии.
— Только осторожнее, не вздумай с ней переписываться. Если телефон Хино просматривают и узнают, что вы поддерживаете связь, ей и правда могут навредить.
— Хорошо. Просто взгляну, что она сама пишет.
Если так подумывать, я не заглядывал в наши переписки с той самой ночи, когда в компании ныне покойного Марисона вторгся в Хуннет. Итак…
Новых сообщений была целая гора: как в соцсети, так и в Тайнограме. Писали как знакомые лица, так и другие контакты Кероса, с которыми лично мне общаться не доводилось. Даже отец с матерью что-то прислали. Думаю, тут и без прочтения можно догадаться, какие лучи добра они мне шлют. Больше всего сообщений пришло от контакта Вея Род — аж двадцать четыре штуки.
Но всё по порядку. Сначала Хино, как и просила учёная. Которая, кстати, прямо сейчас бесцеремонно пялилась в экран моего смартфона. За вчерашний день сестра прислала пару стандартных сообщений: рассказала, как дела у неё, и спросила, как они у нас с Арколи. А вот сегодня тишина.
— Либо она на тебя разозлилась, либо у неё уже забрали смартфон, — прокомментировала учёная. — Надеюсь, с ней там всё хорошо…
— Смотри, сегодня её профиль появлялся в онлайне. Хотя это ни о чём не говорит и не опровергает ни одной из твоих версий. Плохо, что нельзя спросить напрямую. Давай глянем, что родители пишут.
Насчёт последних я как в воду глядел. Что отец, что мать — оба в ярости. Мало того, что был наркоманом, насильником, хулиганом, да и просто мразью, так теперь ещё и страну предал и семью под удар подставил. Не знают, что их ждёт дальше. Хино вообще в таком шоке, что не выходит из комнаты и ест через раз. Вот это мы и хотели узнать. Жива, здорова. Не арестовали и не допрашивают под пытками. А вы двое тявкайте, сколько душе угодно. Но это значит, что верен был первый вариант, и по возвращении мне предстоит уже во второй раз как-то восстанавливать отношения.
Далее в программе объёмное произведение от детёныша Марисона. Тут тоже всё ожидаемо, разве что Вея не ограничилась текстовыми посланиями и записала несколько видео, на которых, заливаясь слезами, рассказывала, каким он был замечательным и любящим отцом. Ну а в текстовом виде переданы пожелания счастливой жизни, спокойной старости и вечного наслаждения в райских кущах. Только наоборот, конечно же.
Мда, теат просил защитить своего детёныша под предлогом того, что она может стать для меня ценным союзником. Но при таком раскладе о союзе нечего и помышлять. А учитывая, что она и сама будущий теат, когда-нибудь Вея вырастет в опасного противника, вооружённого передовыми технологиями и переполненного жаждой мести. Может, устранить её заранее? Ладно, определимся с этим на месте, когда нас не будут разделять сотни километров.
А вот Каяра с Мазори бросаться обвинениями не спешат. Первая пребывает в полном непонимании и спрашивает, что у нас там творится, а вторая выдаёт заумные формулировки в духе: «Уверена, ты бы не стал совершать подобных поступков без веской на то причины. Надеюсь, ты сумеешь справиться с последствиями, и нас ждут будущие встречи».
— Вы посмотрите, какая понимающая и благородная, — недовольно пробурчала Арколи.
— Ты тоже не спешишь клеймить меня подлым предателем, так что в этом вы с ней похожи.
— Ррррр!
Раздался стук в дверь.
— Керос Мавиан, элитар-командующий Хален Войрек вызывает вас к себе.
— Ну да, я ведь сегодня ещё не отрабатывал своей части сделки, — прокряхтел я, поднимаясь с кровати и направляясь к двери.
* * *
Остаток дня я в компании всё того же Фолкена и двух рядовых катался по Хуннету, присоединялся к разбросанным по городу «зелёным» отрядам и добивал остатки «синих», которых за время моего отдыха и знакомства с новыми обитателями Войдаса успело существенно поубавиться. Похоже, дероханцы и сами неплохо справлялись с устранением вторженцев, но со мной дело пошло ещё быстрее.
В конце дня, порядком уставшие, мы позволили отвезти себя в штаб, где нас ждали донельзя довольные командиры.
— Последние скопления неприятеля добиты, военные действия в Хуннете полностью прекращены, — с порога оповестил нас Хален, не пытаясь сдержать улыбку.
— Ясно. Что дальше? — устало отозвался я.
— Приграничные города Велт и Норган тоже постепенно одерживают верх и избавляются от сил неприятеля, а по всей стране полным ходом идёт мобилизация плебеев и элитаров. Но верховным командованием было решено, что в сложившихся условиях нет необходимости ждать полной боевой готовности всей армии, и войскам, отбившим вверенные им города, можно выдвигаться в ответное наступление.
— То есть…
— То есть один день на подготовку и перегруппировку, и уже послезавтра большая часть подразделений, расквартированных в Хуннете, отправится к границе с Киргонией.
— Надо же. А я думал, вы пошлёте меня помогать в тех двух городах, как они там называются…
— Это ни к чему. Они справятся и сами.
— Да вы прямо излучаете уверенность, хотя без моего присутствия у сил Дерохана не должно быть существенного перевеса.
Хален не ответил. И что это за загадочная улыбка у него на лице? Что-то тут не так, и чутьё подсказывает мне, что дело не в численном, территориальном, тактическом или ещё каком превосходстве. Я упускаю некую важную деталь.
— Постойте-ка. Вы знали, что в Хуннет направляется ровно один теат, и благодаря моему предательству имели преимущество и возможность устроить засаду. Но даже при столь выгодных условиях вы не поскупились послать за нами сразу двух высших. А ведь у наших государств их должно быть поровну, и по переданной мной информации к двум другим городам тоже направилось по одному теату. Ваша тактика выглядит расточительством. — Я попытался повторить улыбку Халена, но по привычке снова получился жуткий оскал. — Если только число доступных вам элитаров вдруг не оказалось больше положенного.
— И что, если так? — спросил Хален, продолжая улыбаться мне в ответ.
— Любопытно, как вы этого добились, вот что. Хотя не мне обвинять вас в нарушении правил.
— Теперь понимаешь, почему мы не желаем медлить? Как истинный патриот, я ненавижу всех врагов Дерохана. Но это не значит, что я их недооцениваю, считаю глупцами и слабаками. Есть шанс, пусть и небольшой, что Киргония догадается о нашем методе обхода ограничений и проделает то же самое. А значит, в наших интересах завершить эту войну в кратчайшие сроки. Надеюсь, у тебя нет возражений?
— Да с чего бы им быть? Я и сам не прочь поскорее вернуться. Пока тут с вами воевал, наклюнулась пара важных вопросов, которые хотелось бы прояснить.
— Рад это слышать. Можешь отдыхать, даю тебе на завтра выходной. А я тем временем постараюсь выторговать тебе что-нибудь посерьёзнее сактер-райфла и тнир-блейда.
* * *
Вскоре после ухода киргонийского предателя в кабинет привели другого человека. Нарушив тишину помещения стуком ботинок, он остановился напротив стола и пересёкся взглядами с элитаром-командующим.
— Ну и, Нерел, ты поразмыслил над моим вопросом? Пришли в голову какие-нибудь идеи?
— Боюсь, что нет, господин Хален. У меня нет ни одной версии, для чего Керосу Мавиану могли понадобиться обитатели Войдаса, и какую выгоду он извлекает из сражений с ними. В его действиях и мотивах не прослеживается никакой логики.