Скиталец. От монстра к человеку (СИ)

Получив разрешение, я стянул с шиноби перчатки с толстыми металлическими накладками и принял хэол-ган из рук носильщика, прибежавшего по крику теата. Который, к слову, оказался совсем не тяжёлым. Всё же материальным у него был только каркас, остальная часть устройства создавалась из энергии Войдаса. Вместе с грузом я поднялся на второй этаж и вернулся в кабинет.
И первым делом провёл давно напрашивавшийся эксперимент. Установил связь с Войдасом и уткнулся в знакомую блокировку, защищавшую артефакт от посягательств незнакомой души. Структура почти один в один с оружием Киргонии. Похоже, обитатели этой планеты в принципе не рассматривают возможность взлома артефактов и не заморачиваются со сложными шифрами. Привычной процедурой подобрал ключи, распутал узлы и подал команду активации. Каркас издал зелёное свечение, и в моих руках материализовался полноценный хэол-ган, готовый к эксплуатации.
  
— И почему я не удивлена? — усмехнулась Арколи, после чего озвучила очевидное: — Остаётся придумать, как вынести это добро на улицу.
— Да, через парадный вход не пронесёшь, особенно мимо теата. Если выбросить в окно, то солдаты сбегутся на грохот. Вот если бы… — Я перевёл взгляд на неё. — А ну-ка встань.
Согнав самку с насиженного места, я изучил кресло, разобрался в крепежах и вытащил прямоугольное мягкое сидение. Открыл окно, осмотрел тротуар и аккуратно скинул предмет вниз. Затем, прицелившись, отправил в том же направлении пушку.
С перчатками было ещё проще: ввиду компактности спрятать их можно было хоть в кармане. Убедившись, что ничего не забыли, мы спустились по лестнице и вышли на улицу, сославшись на необходимость «кое-что разведать». Обогнули здание, подобрали оружие и направились по тёмным улицам к указанному связным адресу.
Двадцать минут спустя, уже приближаясь к означенному месту, я на всякий случай активировал щит. Арколи сделала то же самое. Вскоре мой слух уловил шаги, приближающиеся с разных сторон, но я сделал вид, что ничего не заметил. Отыгрываем обычного человека, в чём мне поможет наличие рядом одного из их представителей.
— Керос, у нас гости, — шепнула Арколи.
Кивнув, я остановился и дождался, когда дероханцы выйдут из переулков. Четверо. В классическом военном камуфляже зелёных тонов, шлемах и тёмных очках. Наставили на нас плебейские пистолеты.
— Брось оружие, — приказал один из них.
Небось, гордость распирает, что в кои-то веки довелось отдавать приказы знати?
— Мне приказано доставить его вашему командованию, — спокойно ответил я. — А не отдать каким-то плебеям.
— Знаешь, что с тобой будет, если мы все одновременно выстрелим?
Я повернулся к нему и пожалел, что моё лицо закрыто очками и маской. Визуальное устрашение — весьма ходовая штука в людском социуме. А пока придётся обойтись угрожающим голосом:
— А ты знаешь, что будет, если ты разозлишь того, кто в одиночку прикончил двоих высших?
— Ладно, неси. Всё равно тебе ими не воспользоваться, — дал заднюю солдафон. — А вот своё оружие гони-ка сюда.
— Может, тебе ещё ключи от дома отдать? — огрызнулся я. — Веди уже к своему командованию. Долго я ещё должен с вами время терять?
Вероятность того, что меня пропустят вооружённым в их штаб, стремится к нулю, но вот продвигаясь через охваченный войной город, не хотелось бы оказаться с голыми руками.
Двое солдат повели нас по опустевшим, погружённым в тишину ночным улицам. Другие двое двигались позади, удерживая нас под прицелом. Вскоре мы добрались до окрашенного в зелёные тона джипа, в котором ехали ещё минут десять, пока не остановились возле строгого на вид здания, охраняемого ещё двумя плебеями.
— Дальше вас с оружием не пропустят, — ожидаемо произнёс командир наших проводников.
— Потеряешь — ответишь головой, — произнёс я, передавая ему клинок и винтовку. И как ни в чём ни бывало входя внутрь с пушкой, способной за пару выстрелов превратить всё здание в руины.
Под чутким надзором мы прошли по мрачным коридорам, на каждом шагу встречая солдафонов с суровыми лицами, и вслед за проводником вошли в одну из дверей, оказавшись в средних размеров помещении, лишённом украшений и декора. Возле боковых стен стояли четверо солдат, сжимавших в ладонях рукояти артефакторных клинков, и судя по экипировке, двое из них были элитарами. А за столом сидели трое людей в военной форме с погонами на рукавах, как было принято в этом мире. Не иначе, местное командование.
Мы с Арколи остановились перед столом, и я заговорил первым:
— Дирк, надо понимать?
— Под этим именем с тобой общались несколько разных связных, — ответил тот, что сидел посередине — худощавый самец лет сорока с пронзительным взглядом. — Но конкретно сегодня ты переписывался со мной. И не позволишь ли увидеть твоё лицо?
— Так или иначе, мы наконец встретились, — сказал я, снимая маску, очки и шлем.
— При весьма неприятных обстоятельствах. — На какое-то время он замолк, изучая мою внешность и прожигая меня взглядом, после чего повысил голос: — Один полководец и один шиноби! Ты хоть представляешь, сколько времени уйдёт на поиск замены и перенастройку артографов⁈
— Не понимаю сути претензий. Как я уже сказал, они напали, а я защищался. Я ничего не нарушил.
— Ещё как нарушил. Твоей задачей было поспособствовать нам в убийстве киргонийского теата Марисона Рода, а вместо этого погибли двое наших высших элитаров, и виллар-сьюит одного из них остался в руках твоих союзников! А теат жив и целёхонек!
— Вы что-то путаете, — невозмутимо ответил я. — Я обязывался оповещать вас об известных мне действиях киргонийской армии и носить на себе маячок. Про помощь в убийстве теата мне ни слова не сказали.
— Не сказали, потому что и мысли не допускали, что с твоей помощью отряд сумеет отбиться от превосходящего по силе противника.
— Хо, то есть расчёт был на то, что мы все поляжем, включая меня, и вам не придётся выполнять свою часть сделки?
— Ты недоволен?
— Ничуть. В отличие от вас, у меня всё в порядке с памятью, и я помню условия нашего договора. От меня требовалось дожить до этой встречи, и я это сделал. Только не понимаю, с чего вдруг вы решили избавиться от ценного союзника?
— Потому что этот союз имеет смысл лишь до тех пор, пока ты приносишь пользу. И вот ты перестал её приносить.
— Что-то я снова не улавливаю нити разговора. Перестал приносить? Вроде как я стою перед вами и готов к дальнейшему сотрудничеству.
Дирк, или как там его звали на самом деле, посмотрел на меня, словно на несмышлёного ребёнка. И я уже начал догадываться, что из-за своей низкой осведомлённости об этом социуме в очередной раз упустил из виду что-то важное.
— Рано или поздно Киргония узнает о вашем предательстве, — пояснил он. — И в тот же день вас обоих отлучат от доступа к энергии Серра, и вы станете бесполезны. А также всем войскам разошлют ваши фото с приказом захватить или устранить при первом же контакте, в связи с чем на роль шпионов вы тоже не сгодитесь.
— Ах, так вот вы о чём, — облегчённо протянул я. — Ну вот когда моё оружие перестанет работать, тогда и вернёмся к этой теме. А сейчас давайте-ка обсудим наше дальнейшее сотрудничество.
— С удовольствием обсудим, как только увидим труп Марисона, — не раздумывая ответил Дирк.
— А вы, дорогие мои, случаем не обнаглели? Сначала ни с того ни с сего выдумали условие о доставке артефактов, потерянных вашими горе-вояками, теперь просите убить теата. Что дальше? Скажете: уничтожь всю Киргонию, тогда и поговорим? Призыватель монстров. Я хочу увидеть его. И его способность в действии. Прямо сейчас.
  
— Тебе не кажется, что ты снова не в том положении, чтобы выдвигать какие-либо требования? — злобным тоном произнёс офицер. — Ты находишься в сердце вражеского штаба, абсолютно безоружный.
Я натянул на лицо уже неплохо освоенную улыбку, не предвещавшую тому, кто её видит, ничего хорошего.
— Я расправился с полководцем и шиноби при помощи стандартного вооружения лордов. А сейчас вокруг меня только пара мелких элитаров и плебеев, да несколько штабных крыс, которые неизвестно, умеют ли вообще драться. Так кто из нас на самом деле «не в том положении»?