Венец творения (СИ)

Я пожал плечами. Нет, вопросы у меня были, и много, но упорядочить их как-то не получалось, слишком много рассказов, фильмов и прочих ужасов-страшилок существовало. Леонид хмыкнул, явно поняв мое затруднение.
- Забудь обо всех человеческих сказках об оборотнях. С луной обращение никак не связано, серебра и креста мы не боимся, как и святой воды. Перед людьми мы себя не демонстрируем, так безопаснее живется, так что не болтай зря, если окажешься в сугубо человеческой компании. Оборачиваться могут только альфы. Беты и омеги - всегда находятся в человеческой форме, хотя все чувства у нас развиты сильнее, чем у любого человека. Чем сильнее оборотень, как альфа, тем больше у него волк, а такие здоровяки, как Георгий и Савелий - вообще редкость. Оборотни живут кланами. Иногда альфы или беты покидают клан в поисках счастья. Такое не возбраняется, но тогда клан уже не защищает одиночку. Омеги сами не уходят, разве что последуют за своим альфой. Именно поэтому в альфе-одиночке, от которого явственно несло оборотнем, никто и заподозрить не мог омегу. Всего кланов шесть, наш один из самых крупных, но более подробно об этом тебе расскажет Георгий, это его обязанность, как вожака, или Савелий - его “правая рука”. Что еще?.. – Леонид задумчиво потеребил губу, но больше ничего не надумал. – Ладно, возникнут вопросы – задавай, не стесняйся, а сейчас пойдем, я покажу тебе дом.
  
========== Предварительное знакомство ==========
- А одежда? – я подергал за ворот халата, напоминая, что выйти мне не в чем.
- Совсем забыл, - Леонид поморщился. – Нужно сказать, чтобы Георгий послал кого-нибудь за твоими вещами.
Вот тут мое любопытство напомнило о себе:
- А ты всегда обращаешься к нему так… официально? Можно же сократить Георгия до более приемлемого имени.
Леонид в ответ рассмеялся:
- Меня ты, конечно, можешь назвать Лёня, я не против, но, если не хочешь увидеть, как звереет наш вожак, никогда не сокращай и не уменьшай его имя. Он все эти Жора, Гоша, Гога и прочее слышать не может. Иногда, правда, я позволяю себе его подразнить, но только когда убежден, что мне за это ничего не будет.
- Детская травма? – тут же понятливо покивал я, усмехаясь. – А у Савелия тоже такой пунктик насчет имени?
- Нет, у него с этим все в порядке, но мало кто решается его Савой называть. Он как взглянет один раз, сразу пропадает желание шутить на этот счет.
- Ну, да. Я тоже его когда впервые увидел…
Договорить я не успел, поскольку дверь распахнулась, и в комнату вошли те, о ком мы говорили. Савелий, как всегда, маячил за плечом вожака, и хоть бы у одного во взгляде проскочило раскаяние, ну хоть бы грамм.
- Наговорились? – Георгий перевел взгляд с Леонида на меня и тут же вернулся к своему омеге. – Ты у него спросил?
- Нет еще, - ответил Леонид, вставая.
- Так чего тянешь? Комп Славы уже доставили, можешь работать с ним.
- О чем речь? – тут же забеспокоился я, пока Георгий усаживался на место тут же убежавшего Леонида, а Савелий занимал место позади него. Ну, прямо тень хозяина, преданный телохранитель.
- Речь о том, что нам необходимо выяснить, кто присылал Леониду письма, если это был не ты.
- Не я, - покрутив отрицательно головой, я мельком взглянул на Савелия, хмуро разглядывающего свой халат на мне. Жалко стало халата? Ничего, пока не дадут нормальную одежду, раздеваться я не собираюсь. Ладно, бог с ним, с халатом, о чем мы только что говорили? Ах, да, письма. – Можно подробнее узнать о письмах?
Георгий, в ответ на мою просьбу, оглянулся на Савелия и молча ему кивнул. Тот, так же молча, вышел, чтобы через пару минут вернуться, неся в руках планшет. На экране была открыта яндексовская почтовая страница, так что пять писем, из-за которых меня чуть не порвал ревнивый оборотень, я смог прочесть лично. Первое было датировано шестым декабря, это была пятница, следующий после моей течки день. Причем, отправлено оно было с моего адреса, а время получения стояло – семнадцать двадцать два. Я точно помню, что в этот день был на работе до шести, никуда не отлучался и этого не писал. Не мог написать! Письмо изобиловало намеками на наши предыдущие встречи и сожалениями, что встреча в столовой была так коротка, так что я (вернее, автор письма) даже «поцеловать сладкие губы любимого омеги не успел».
При мысли, что я буду целоваться с другим омегой, меня передернуло.
- Я, конечно, не лучший представитель своего племени, но такими извращениями не страдаю. Да и не встречались мы раньше. Та встреча в кафе – не в счет. Я даже его лица, как следует, не разглядел.
- Тот, кто это писал, не заморачивался такими нюансами. Он явно хотел рассорить нас с Леонидом, а вот зачем ему это надо было… - Георгий многозначительно замолчал.
- И как это было сделано без твоего участия… - проворчал Савелий, пронзая меня подозрительным взглядом.
- Не знаю как, но я это точно не писал.
Не вступая более в споры, я открыл следующее письмо. Написано оно было в следующий понедельник в шесть вечера. Там неизвестный альфа писал о том, как хорошо ему было после их свидания на пожарной лестнице, когда Леониду удалось всего на полчаса отделаться от своего «белобрысого цербера». А еще там было обещание в следующий раз оттрахать его так, что омега долго ходить не сможет, и начхать на тупого альфу, что возомнил себя его мужем. Остальные три письма, отосланные с интервалом в пять-семь дней, были написаны в подобной манере, разве что с каждым разом письма были все откровеннее, а обещания все грубее. В последнем, вообще, говорилось о том, что сын Георгия вовсе не его сын, а мой.
Представляю себе, как этот пасквиль мог взбесить генерального. И почему меня еще три недели назад не пристукнули, когда пришло первое письмо?
- Леонид долго не показывал мне эти письма, убирал их в корзину и все, - пояснил Георгий, верно истолковав удивление на моем лице. – Он хотел сам с тобой поговорить, но после тех выходных, когда он восстанавливал систему, я его на работу с собой не брал, а приехать самому у него повода не было. Я только через две недели понял, что что-то тут не так, еще несколько дней ушло на выяснение всех деталей, поскольку Леонид отказался мне говорить о своих проблемах. За тобой отправились сразу, как только я нашел письма, а Савелий выяснил, кому принадлежит адрес.
- Ясно, - я открыл следующее письмо, гадая, кто мог так меня подставить? Кто-то метил на то место, которое занял я? Но я же никому не говорил о встрече в кафе, или…
- Миша. Только он знал о кафе. Или кто-то нас подслушал тогда в столовой.
- Зачем ему? Он бета, и вообще… - Георгий задумчиво побарабанил пальцами по подлокотнику.
- А мне зачем?
- Ну, с тобой вообще разговор особый. Зачем ты альфой притворялся, да еще и документы подделал?
- Я ничего не подделывал. Это отец. Он… - я заколебался, но потом решил, что скрывать свою биографию от генерального и его «тени», если всего пару часов назад откровенничал с Леонидом – глупо. Я рассказал все. Не так полно, как рассказывал Леониду, некоторые вещи я не решился бы рассказать альфам, но достаточно для того, чтобы хоть немного ослабить их подозрения на мой счет.
- В вашу компанию я попал случайно. Был дождь. Я решил спрятаться под козырьком, а стоявший там альфа подумал, что я на собеседование. Вот и все. Я не шпион, и специально ничего не подстраивал.
- Я тебе верю. Почти, - ответил на мои откровения Георгий, а Савелий за его спиной просто пожирал меня взглядом. Он явно желал поговорить со мной, и я даже знаю о чем, но при посторонних не решался. Я и сам был не прочь объясниться с ним по поводу того вечера, своей течки и нашего будущего ребенка, и желательно наедине, но поговорить нам не дали. В комнату буквально влетел Леонид, лицо которого светилось не хуже фонаря.
- Я нашел! На компе стоит очень хитрая прога, она пересылает письма через адрес Славы, хотя изначально адресат был другой. Так мало того, письма уходят с отсрочкой в три часа, чтобы вернее нас запутать. Хитрая сволочь, но не умнее меня. Я вычислил исходник.