Руслана. Пересохшие реки, в которых раньше жили русалки

— И? — с вызовом отозвалась Руслана. — Ты так обиделся, что разлюбил меня?
— Похоже на то, — сразу ответил он.
Надменный кабель, даже бровью не повёл.
Ну, это легко проверить. Последнее, что она увидела: ужас в его глазах. Девушка с силой оттолкнулась от берега и прыгнула в холодную воду.
Она не ожидала, что ударится так сильно, и сразу после погружения выпустила весь воздух из лёгких. Дно оказалось ближе, чем она рассчитывала. Скользкие водоросли овили ноги. Она попыталась распутаться, но случайно зацепилась платьем за торчащую корягу. Её падение подняло ил. Почти ничего не было видно. Последний кислород уплыл в блестящих пузырьках. Руслана чувствовала, что задыхается, но выплыть не может.
  
Алоис прыгнул за ней, как только скинул сапоги и кафтан, чтобы они не сковывали движения. Он подплыл к хаотично барахтающейся девушке. Лоскут платья намертво перекрутился через корягу. Ал попытался распутать узел, но проще оказалось сломать ветку. Обхватив Руслану, он направился к свету.
Они вынырнули в десятке метров от обрыва, где остался стоять Буян, и понеслись дальше вниз по течению.
— Обхвати меня за шею, — приказал Алоис.
Девушка наглоталась воды, пыталась откашляться. Она не могла спокойно держаться, всё время заныривая под воду. Ему было ещё неудобнее, потому что раз за разом приходилось доставать утопленницу обратно. Он повернулся спиной и сам перекинул её руки, сказав:
— Пожалуйста, дорогая, не отпускай. Мы сейчас выберемся.
Когда Руслана успокоилась, плыть стало значительно легче. Берег становился всё более покатым. Вскоре показался подходящий участок, и они смогли вылезти на сушу.
Уставший царевич развалился на траве, наблюдая, как его девушка, лёжа на спине, смеётся и благодарит богов за то, что чудом осталась в живых.
Не чудом, а, как обычно, потому что он её спас.
Алоис не жаловался. Такой она ему нравилась даже больше.
— Не думай, что так легко отделаешься, — он сел перед ней и попытался снова стать суровым.
Она приподнялась, используя в качестве опоры его колени, наклонилась к его лицу и захлопала ресницами. Его тон показался ей забавным. Обманщик.
— Если узнаю, что ты мне изменила, я убью тебя.
Он хотел стереть усмешку с её лица, но в ответ получил мягкий поцелуй.
— Ты никогда меня не убьешь, — произнесла Руслана, задержавшись у его губ.
Так очевидно.
Этого слишком мало.
Он заметил, что она замерла в ожидании. Она тоже его желала и в первый раз осмелилась это признать. Он обхватил её сзади руками и опустил на зелёный клевер, раскинувшийся на берегу. Больше он не даст ей сбежать. Мокрое платье уже ничего не скрывало. Руслана плотно сомкнула колени, но в остальном не противилась. Он погладил её по щеке, потом пальцы спустились к лебединой шее, а дальше вниз, к петелькам тонкого сарафана. Она вздрогнула, когда он запустил руку под мокрую ткань. В надежде как-то оттянуть тот самый момент, когда уже поздно будет что-то изменить, она закопалась пальцами в его волосы и приподнялась, чтобы снова найти его губы. Алоис понял всё верно и замедлился, достав руку.
Он целовал её сначала нежно, почти невесомо, будто в первый раз, потом с надрывом и страстно, но также медленно, попутно вернувшись к застёжке. С каждым новым прикосновением, всё внутри девушки будто становилось горячее. Она боялась продолжения, но не хотела останавливаться. Поддавшись порыву, Руслана потянула за край его рубашки. Рельефные мышцы на животе оголились, позволяя её тонким пальцам прокатиться по твёрдому прессу. На выдохе с его губ сорвался тихий сладостный стон.
Шелест. Удары копыт. Чей-то неровный бег сквозь ломающиеся ветки.
Алоис готов был убить любого, кого сейчас увидит.
Он поднял голову. В нескольких метрах от них трое пытались отдышаться: Ждамир, Ощера и ещё новенький из людей Норока. Подбежав, они поняли, что лежащим телам не нужна помощь и, замявшись, торопливо побрели обратно.
Алоис откинулся на траву, закрывая глаза ладонью от яркого солнца.
— Ты меня когда-нибудь убьешь, — со странной грустью произнёс он.
Руслана лёжа поправила одежду и поднялась, только когда Ал протянул ей руку. Избегая прямого взгляда, по дороге к лошадям она пряталась за его спиной. Буян тоже был здесь. Он скакал за хозяином вдоль берега, пока не наткнулся на воинов, которых и привёл к командиру.
— Придётся поспешить. Я обещал принять делегацию без опозданий, а у нас ещё есть незаконченное дело, — сказал Ал, оказавшись в седле перед Русланой.
— Какое?
"Проверить, твою честность, дорогая", — подумал он, но вслух ничего не сказал.
У Русланы по телу пробежали неприятные мурашки. Интуиция подсказывала, что он не постель имеет ввиду.
В городе они остановились близ невысокого, но вытянутого, жёлтого здания. У входа ожидали несколько крепких солдат. Алоис попросил у Ждамира принести для промокшей Русланы одеяло.
Пока они ждали, девушка спросила, что это за место.
— Сейчас увидишь, — нехотя отозвался Ал.
Накинув на её плечи тонкий плед, он провёл Руслану вглубь знания к каменной лестнице, ведущей вниз. Она осторожно спустилась и поняла. Тайная подвальная темница.
— Нет, давай не пойдём, — она прижалась к его груди, чуть не плача.
Алоис погладил её по голове, но с пути не свернул.
— Клянусь, я тебя пальцем не трону, — прошептал он.
Девушке пришлось подчиниться. Сзади шли охранники, освещая дорогу масляными лампами.
Царила гробовая тишина.
Они подошли к тесной комнатке с ещё одной внутренней дверцей в половину человеческого роста, приподнятой до уровня глаз. Ал открыл щеколду и подозвал к себе Руслану. Он поднес палец к губам, давая понять, что шуметь не стоит.
За дверцей оказалось смотровое окно с решёткой, открывающее вид на тюремную камеру нижнего яруса. Она посмотрела вниз и тут же в ужасе отпрянула. Пришлось закрыть рот руками, чтобы сдержать крик. Алоис ожидал такой реакции, но всё равно разочарованно вздохнул. Руслана вернулась и на этот раз безмолвно, не отрываясь, наблюдала за происходящим.
Без сознания висел на цепях мужчина. Измученный бесконечными пытками, он не очнулся даже после вылитой на его голову воды. Охраннику пришлось хлестать его по лицу, чтобы привести в чувство. В жалком узнике с трудом можно было узнать сильного и красивого витязя.
— И ты хотела променять меня на это ничтожество? — с усмешкой спросил Алоис, скрестив руки.
Она молчала, боясь привлечь внимание Златояра.
Но Ал сам постучал по оконной решётке. Охранник принял сигнал и за волосы поднял голову пленника вверх, чтобы тот увидел Руслану с царевичем.
Девушка отвернулась, плотно сжав веки.
— Зачем ты так? — еле слышно произнесла она.
— Говоришь, он выкрал тебя?.. По законам царства вору отсекают руку. Но украсть царскую жену — другое дело. Карается смертью, — он склонился, убрав влажную прядь волос с её лица, — так скажи, Руслана, кто ты? Моя вещь или моя жена?
Опять этот чёрный жёсткий взгляд.
Опять она не выдержала его и заплакала.
Руслана отошла к стене, только бы не смотреть вниз. Она пыталась унять слëзы, растирая глаза пледом. Слова застряли и не могли выйти из горла.
— Хорошо, я решу за тебя, — сказал он и посмотрел на палача в камере.
Но Руслана бросилась к нему, пытаясь остановить.
— Нет, не убивай его! Пожалуйста, не надо, — она опустилась на колени, — он ни в чём не виноват.
Говоря, она захлебывалась от собственных слёз. Алоис не мог поверить глазам. Его гордая жена ползает на коленях и унижается из-за какого-то урода, который её ни в грош не ставит. Если бы она только слышала, как этот червяк ещё недавно поливал её грязью, пытаясь спасти свою шкуру.
  
— Очень плохой выбор, дорогая, — он указал палачу на руку и вышел, не в силах больше терпеть Руслану.
Раздался истошный крик Златояра. Он только что лишился руки по локоть.
Девушка осталась на полу, усыпанному соломой, изо всех сил прижимая ладони к ушам. К ней подошёл Ждамир и помог подняться.