Руслана. Пересохшие реки, в которых раньше жили русалки

Под испуганный девичий крик, как с трамплина, они устремились сначала вверх, потом вниз несколько метров навстречу припорошенному льду. Ал плотно вцепился в ручки, молясь, только бы приземлиться на полозья.
В воздухе, почти перед самым столкновением, дерево под его ладонями вспыхнуло. Огонь живо перекинулся на одежду. Сани с силой ударились о лëд, перевернулись, выкинув пассажиров, и, пылающие, покатились дальше.
  
Ал приподнялся в снегу, рукава его шубы были сильно опалены, но ладони… Он точно помнил, что крепко держал горящее дерево. Сейчас на его руках не было и намёка на ожог.
— Руслана! — вспомнил он.
Девушка лежала в трёх метрах от него. Край её накидки ещё светился тонким жёлтым огоньком. Юноша подполз и затушил его снежком. Сплевывая снег, Руслана попыталась перевернуться. Прядь волос, выпавшая из-под мурмолки, оказалась сожжённой на половину.
— Дай посмотреть.
Ал убрал снег с её шеи и повернул голову к свету. Меж облаков сияла полукруглая луна. Красное пятно тянулось от тонкой ключицы до самого подбородка, но волдырей и обугленности не было. Значит, ничего страшного. Руслана откинула его руку.
— Всё нормально, — она встала на колени, смотря на догорающие сани, — что это было?
— Не знаю… Может от скорости, — догадка была нежизнеспособной, и он сам это понимал.
В сотне метров от них обрыв переходил в пологий подъем. Пока они шли, наверху показались его люди. Ал помахал им рукой и прокричал, что всё в порядке.
— Хочешь ещё прокатиться? — спросил он Руслану.
Почему-то этот вопрос рассмешил девушку. Они чуть не погибли, так как можно быть таким беспечным? Хоть смех и был скорее нервным, парню он польстил, как будто она оценила специально заготовленную шутку.
— Вы развлекайтесь, а мы поедем греться, — сказал Алоис друзьям, оказавшись на вершине горы.
Захмелевший Ждамир пытался возражать, но получил подзатыльник от Елисея за недогадливость.
Руслана была согласна сесть с Алом на одну лошадь, лишь бы поскорее уехать от пугающей компании. Наёмники, убийцы, предатели. И среди таких людей её друг был, как рыба в воде. Это отталкивало не только от них, но и от него самого.
Алоис проскакал мимо хозяйственного корпуса и остановился у своей резиденции.
— Я не буду спать с тобой, вези сразу в прачечную, — сказала Руслана.
Но парень подставил палец к её губам и неодобрительно шикнул.
Не спрашивая разрешения, он за талию стащил её с Буяна. Ощущать себя бесправной марионеткой было ужасно. Девушка чуть не заплакала от обиды.
Минуя охрану, он повëл Руслану в трапезную и оставил одну на какое-то время. Пленница осмотрела испорченную огнём одежду. Достанется же ей завтра от бабушки Лу. Недавно разбуженный мальчик-прислужник забежал в комнату и принялся хлопотать: зажигал свечи, протирал стол, поправил лавочки. Исчез он также быстро, как и появился.
Вернулся Алоис с небольшим керамическим сосудом, умещающимся в ладонь. Внутри оказалась бледно зелёная мазь, пахнущая кореньями. Руслана сидела за столом в центре длинной деревянной лавки.
— Убери волосы, — приказал он, сев рядом.
— Я сама могу о себе позаботиться.
Алоис вложил ей в руку лекарство и сказал:
— Хорошо, только здесь нет зеркала.
Руслана немного растерялась. Парень воспользовался её замешательством и оставил зелёный мазок на тонкой шее.
— Не вертись, — он зачерпнул ещё и стал наносить снадобье более равномерно.
Пунцовый румянец вспыхнул на её щеках, но он как будто не заметил этого и сосредоточено продолжил обрабатывать место ожога.
Двое слуг занесли самовар, посуду и несколько ваз с сухофруктами и орехами.
Алоис встал, чтобы самостоятельно расставить угощения перед Русланой. Заговорённая змейка на его запястье была спокойна. За всё время она укусила его лишь раз, когда он специально взял бутылочку с гадючьим ядом.
Девушка успела проголодаться, но решилась взять что-то только когда слуги ушли, и спутник её сам принялся за поздний ужин. Он налил в блюдце мятный чай и поставил перед Русланой.
— Хочешь выбраться из прачечной? — отрешенно спросил он.
Девушка предположила, что он потребует взамен, и сказала:
— Ни капли, меня всё более чем устраивает.
В нос её прилетел неожиданный щелчок. Она возмущённо дёрнулась и показательно стукнула парня в плечо.
— Почему ты такая упёртая? — рассмеялся он.
Ал залпом осушил своё блюдце и переключился на лесные орехи. Руслана тоже их любила и стала выбирать из каждой вазы только их. Когда последний орех уже был ею схвачен, Алоис вырвал его прямо из девичьих пальцев.
— Эй, это мой! — вскрикнула девушка.
— Нет, — Ал приблизился к её лицу, — здесь всё принадлежит мне, а скоро и всё царство будет моим.
Вот ведь грубиян. Руслана собиралась ему возразить, но Ал вставил в её распахнувшиеся для ответа губы последний орешек и резко встал из-за стола.
— Пойдём, я провожу тебя, — сказал он.
Она быстро начала одеваться, пока Ал не передумал.
До хозяйственного корпуса они доехали верхом. Алоис проводил девушку к двери, но не дождался благодарности ни за прогулку, ни за угощение.
29 Заколотые волосы
Свою последнюю ночь в тесной каморке Руслана провела дурно. Снилось что-то невнятное и тревожное. Обычно она просыпалась сама ещё до рассвета и готовилась к приходу остальных прачек, но сегодня девушку разбудили две немолодые тётушки. Раньше они не общались с новенькой, а только за спиной перемывали косточки. Всем было интересно, за что же благородную особу наказали столь непрестижной ссылкой.
— Просыпайся! По твою душу пришли, — та что постарше уселась на кушетку и начала тормошить спящую.
Руслана засуетилась.
— Бабушка Лу зовёт?
— Если бы только она, — ответила вторая, — слуги царевича ждут внизу. Подарков принесли… как на выкуп. Бабушка перед ними расплылась, хвалит тебя сильнее дочки родной.
Прачки засмеялись, а девушка не знала, куда провалиться от стыда. Вот не может он без этой показухи.
— Пока собираешься, расскажи о царевиче, — тётушка мечтательно закатила глаза и вздохнула, — я видела его мельком. Ну чудо как хорош! Что у вас?
Руслана не собиралась отвечать. Лебезящий тон тех, кто до этого смотрел на неё свысока, казался противным.
— Ничего у нас, — буркнула девушка и спешно оделась.
Внизу её встретил Елисей с тремя слугами. Надо же, Ал заставил любимого советника лично тащиться за ней, несмотря на травму. Большая трость всё ещё служила для него опорой.
Лучезара передала девушку с благословением. Только что ей щедро заплатили серебром за заботу о Руслане.
Неловкая сцена, наконец, закончилась, и девушка оказалась на свободе, но это оказалось только начало. Первым делом с Русланы оттерли въевшийся запах щелока и золы. Её нарядили в мужской костюм прислужника. Волосы закололи на затылке и прикрыли тонкой шапкой без меха. Руслана не отличалась пышными формами, поэтому в новой одежде больше походила на мальчика-подростка, нежели чем на девушку. Никто не объяснял, для чего нужен этот маскарад.
Двое слуг проводили её в длинное каменное здание. Там располагались гостевые номера, главный зал для приёма, переговорные комнаты.
Оказалось, что ночью прибыли атаманы полусвободных земель. Власть царя распространялась на них лишь формально. Эта часть народа жила по своим законам, платя в общую казну небольшие налоги, однако, в случае войны с соседями, они обязывались предоставлять рекрутов в нужном количестве. Атаманы не были идейными. По большому счету им было плевать, кто там сидит на троне в столице. В восстании Богорода они видели выгоду, поэтому приехали договариваться.
  
После отдыха дорогих гостей позвали на обед, где во главе стола их уже ожидал царевич.
В потоке других прислужников Руслану запустили в трапезную, вручив только кувшин с клюквенным морсом, предназначавшийся принцу. Он всегда вёл переговоры на трезвую голову.
В комнате, наполненной под завязку разномастными воинами, было шумно. Гости расслабились и наслаждались приёмом. Алоис не скупился на дорогие угощения. Руслана налила в его кубок немного сладкого напитка и, как её учили, стала рядом, ожидая распоряжений. Ал вёл увлеченную беседу с главным атаманом, сидевшим рядом, и не обращал никакого внимания на девушку.