Вкус к убийству. Сборник детективных произведений английских и американских писателей

— Я очень тронут, Дорс, — сказал я, а когда он, видимо, посчитав свою миссию выполненной, повернулся к выходу, добавил. — Тем не менее я очень скоро прикрою вашу лавочку, если вы снова будете заманивать к себе хорошеньких девушек.
Он ответил мне взглядом, полным оскорбленного достоинства, но комментировать мое последнее высказывание не стал и предпочел ретироваться.
Дожидаясь возвращения Карсона, я успел обшарить вдоль и поперек всю комнату и подумать о Дорсе Пендере. Потом я подошел к кровати и внимательно осмотрел убитого. Он был со вкусом одет и, даже будучи мертвым, производил впечатление человека аккуратного и неравнодушного к своей внешности. Слишком аккуратного для такой грязной дыры, как «Гранд отель».
Сколько денег могло быть в его кошельке? Если достаточно приличная сумма и о ней первым узнал. Дорс Пендер, это меняло многое. Пендер пользовался в округе сомнительной репутацией, но хватит ли у него мужества всадить нож в человека, обчистить его карманы и после этого хладнокровно пойти к шерифу и окружному прокурору, добровольно взвалив на себя бремя первого свидетеля? Я затруднялся однозначно ответить на этот вопрос.
Мое внимание привлекло золотое кольцо на левой руке убитого. Я наклонился, чтобы получше разглядеть его. Это было обыкновенное кольцо, которое прямо свидетельствовало о том, что его обладатель в 1950 году закончил государственный университет, а косвенно — о том, что ему уже за тридцать и что его внешность на этот счет не обманывает.
Тут я услышал в коридоре приближающиеся шаги. Через несколько секунд в дверном проеме показалось лицо Карсона с характерным, крупно очерченным подбородком.
— Доктор прибудет, как только освободится, — сказал шериф. — Он снял шляпу и вытер пот с лица. — Жарко.
Он подошел к окну и вдохнул в себя дуновение свежего ветерка.
— Что вы думаете обо всей этой истории? — спросил я.
Карсон повернулся ко мне.
— Что я мог узнать за это время? Я позвонил в контору и велел своему помощнику связаться с Нэшвиллом. Узнать, не помогут ли нам ребята из местной полиции и что за фрукт этот Томас. Но я все же предпочел бы увидеть человека, которому Томас назначил сегодня встречу в полдень. У вас есть какие-нибудь предположения?
Я поделился с ним своими сомнениями насчет Дорса Пендера.
Карсон немного пожевал свою длинную нижнюю губу.
— Вряд ли это Дорс. А впрочем, все может быть.
Я согласился.
— Что мы имеем? Показания Дорса о том, что Томас вчера поздно ночью звонил кому-то в городе. Потом это таинственное свидание в полдень, прямо в номере.
— Да, — с сомнением протянул Карсон. — Но…
Тут мы услышали голоса в коридоре, и три человека вошли в номер. Первым был доктор Джонсон, судебно-медицинский эксперт округа Покочоби. Он кивнул нам и направился сразу к кровати. Не обращая больше внимания на нас, он начал осмотр тела.
Я подавил стон, когда увидел, кто были два других посетителя — последние два человека, которых я хотел бы видеть в этом городе — сейчас и в будущем: Джеремия Уолтон, редактор единственной городской газеты, и Эдгар Фаррис, мой главный противник на предстоящих выборах окружного прокурора.
— Как делишки? — пророкотал Джеремия Уолтон. Его маленькие поросячьи глазки рыскали по комнате.
Карсон холодно спросил:
— Как вы оказались здесь, Уолтон?
— Разумеется, не по вашему приглашению, — отпарировал редактор. — Чтобы вы не забывали, что вам не удастся скрыть от всех это гнусное преступление. Пока судебную власть в округе олицетворяют такие некомпетентные люди…
— Приберегите эту тираду для передовицы в своем бульварном листке, — сказал я устало.
— М-да, — подал голос из своего угла доктор Джонсон. — Ему уже ничем не помочь. Удар прямо в сердце.
Он осторожно держал в руках охотничий нож, семидюймовое лезвие которого было все перепачкано кровью.
— Я не нашел на теле следов борьбы. Ни других ножевых ран, ни ссадин, ни кровоподтеков — ничего. Очень похоже, что смерть наступила не больше часа назад.
Карсон кивнул.
— Ваш вывод совпадает с нашими данными.
 
— Не много же вы успели, — вставил Джеремия Уолтон. — Что вы сделали, чтобы найти убийцу? Расскажите нам.
В этот момент мне показалось, что Карсон готов проверить своим прямым прочность скул Уолтона. Однако, к моему удивлению, Карсон не только терпеливо снес развязный тон редактора, но и начал рассказывать.
Пока он излагал подробности, я изучал Эдгара Фарриса, который внимательно слушал его рассказ. Он был примерно моего возраста — мужчина лет тридцати шести, худой и высокий, с седыми висками и крупным, резко выдающимся вперед квадратным подбородком.
Фаррис считался в округе лучшим законоведом и знатоком криминалистики. Несколько раз нам доводилось соперничать с ним в суде, и мы поделили поровну наши победы.
Он был одним из наиболее вероятных претендентов на место окружного прокурора на предстоящих на будущей неделе выборах. Если мы не распутаем в самые короткие сроки это убийство, наша неудача наверняка склонит чашу весов в пользу Эдгара Фарриса.
Шериф закончил свой рассказ.
— Это все, что мы знаем. Я надеюсь, что нэшвиллская полиция поможет нам определить, с какими целями и к кому приехал в Монро Джеймс Томас. Мы спросим служащих отеля. Один из моих помощников сейчас занимается этим. И…
— И тем не менее вы с Гейтсом скорее похожи на каменные статуи в парке, в то время как маньяк убийца преспокойно разгуливает по городу, — редактора словно прорвало.
— Полегче, Джерри, — сказал Эдгар Фаррис.
Он произнес эти слова очень тихо, но Уолтон послушно заткнулся.
Установившееся молчание нарушил доктор Джонсон.
— Я пойду вниз и вызову машину.
— Нам тоже пора, — сказал Фаррис Уолтону.
— Пожалуй, — согласился редактор. — Не будем мешать храбрым защитникам закона и общественного порядка.
— Идите к черту, — огрызнулся Карсон.
Фаррис проигнорировал это предложение. Он сказал неожиданно дружелюбным тоном:
— До встречи, Лу, Эд.
Они вышли из номера.
Мы с Карсоном обменялись взглядами.
— Ну и ну, — пробормотал он.
— Теперь мне остается уповать, что я смогу прокормиться частной практикой, — подыграл я.
— Выборы еще не закончились, — возразил Карсон, задумчиво дергая себя за ус. — Однако пора бы моим помощникам дать о себе знать.
Я посмотрел на часы. Было начало второго. Меньше часа назад мы еще сидели внизу, жестоко терзая свои желудки с помощью поваров «Гранд отеля».
Словно вняв словам шерифа, Бак Мауллинз, один из двух помощников Карсона, широким шагом вошел в комнату. В правой руке он бережно нес кожаный бумажник.
— Найден в конце коридора в уборной, — сказал он. — Был спрятан за унитазом.
Карсон открыл бумажник.
— Шагреневая кожа, — сказал он. — Бесполезно пытаться снять отпечатки пальцев.
Я заглянул через плечо Карсона и увидел, что он держит в руках визитные карточки. Он прочитал одну из них:
— Джеймс Аарон Томас. Нэшвилл, штат Теннесси. Водительское удостоверение, чековая книжка… А это что такое? Коммерческий представитель цементной компании «Ло-Мак»? Гм. И ни цента наличными. Странно, очень странно.
— Послушайте, Эд, — сказал Бак Мауллинз. — Том пытается хоть что-нибудь вытрясти из этих олухов в гостинице. Никто ничего не видел и ничего не знает. Или не хочет говорить.
Карсон вздохнул.
— Я не ждал ничего другого. Это было бы слишком легко и просто. Но вы хорошо поработали, Бак.
Помощник Карсона просиял от удовольствия. Потом он заметил охотничий нож, который лежал на свернутом вчетверо полотенце на туалетном столике — там, куда его положил доктор Джонсон.
— Это орудие убийства?
— Да.
— Отпечатки пальцев?
Шерифу пришлось терпеливо объяснять, что со своей резной костяной ручкой нож полезен для следствия еще меньше, чем шагренированная поверхность бумажника убитого.
— Вы оставайтесь здесь, Бак, и не пускайте никого, кроме ребят из похоронного бюро, когда они придут за телом. Всех остальных отсылайте ко мне в контору. Я скоро буду там.