Вкус к убийству. Сборник детективных произведений английских и американских писателей

— Сожалею, — ответил мистер Д. твердо. — Но ничем не могу вам помочь.
— Кто давал вам полномочия отказывать мне?
— Мой наниматель, — отрезал мистер Д. — Если вы не против, мистер Хазард, у меня как раз сейчас много срочных дел. Мой секретарь выдаст вам чек на неделю.
Через два дня Юджин позвонил мистеру Д. по телефону и сказал:
— Мне нужна еще сотня. Могу я получить чек?
— На что вы собираетесь их потратить?
— Не думаю, чтобы это близко касалось вас.
— Извините, мистер Хазард, но пока вы не объясните, зачем вам понадобились деньги, я ничего не смогу для вас сделать.
— Счет из бара вас устроит? — сказал Юджин раздраженно. — В моем клубе?
— Я оплачиваю все счета. Распорядитесь в клубе, чтобы их пересылали мне.
— Да как вы не понимаете, что они не будут доверять моим распоряжениям, пока я не оплачу счет!
— Ну что ж, тогда пейте дома, — равнодушно ответил мистер Д.
Юджин внял его совету. Когда Беверли вечером вернулась домой, она застала мужа за необычным занятием: он самозабвенно, и сосредоточенно переворачивал все в доме вверх дном в поисках беспризорных денег, и помешать ему в его настойчивости было невозможно.
Положение ухудшалось с каждым днем. Беверли радовало улучшение материального благополучия семьи, в то время как Юджин находил себя настолько ущемленным в удовольствиях из-за недостатка денег, что поневоле стал вынашивать в голове черные и мстительные замыслы.
Однажды Юджин опустился даже до посещения публичной библиотеки — удовольствия, которое в силу своей дешевизны наверняка встретило бы у мистера Д. полное одобрение. Сидя в читальном зале, он добросовестно проштудировал четыре тома «Общей классификации преступлений», но не вынес из них ощущения, что нашел ответ на свой вопрос.
Удобный случай представился через два месяца. С короткой лыжной прогулки Беверли привезла серьезное воспаление легких. Она легла в постель со всеми театральными ужимками Камиллы, оставив Юджина ощущать на себе все тяготы деятельности неумолимого мистера Д.
С каждым днем в Юджине крепло желание задушить свою жену. Но сделать это, не оставив следов на шее, было просто невозможно, и здесь Юджин полностью доверял «Общей классификации преступлений». Следовало отыскать другой способ, более простой, безопасный и соответствующий болезни Беверли. И он нашел его, когда листал в библиотеке книгу «Убийства и их расследование» на букве «А» в статье «Асфиксия»:
«…Симптомы асфиксии при удушении, повешении или отравлении газом, а также при некоторых болезнях, таких, как воспаление легких, имеют много общего: лиловато-серый цвет слизистой оболочки, синие или даже черные губы, пальцы и ногти. Во внешности пострадавшего, как правило, не обнаруживается ничего, что бы явно указывало на насильственную смерть. Поэтому при расследовании случаев асфиксии необходимо опираться на другие, более очевидные и точные признаки…»
Вечером в пятницу, когда его жена уже спала в своей комнате на втором этаже, Юджин отпустил прислугу на выходные домой. В субботу утром он сам принес ей завтрак в постель. Беверли встретила мужа недоуменным возгласом:
— Что случилось, Юджин?
Он натянуто улыбнулся:
— Разве ты не хочешь, чтобы я кормил тебя с ложечки, моя крошка?
Беверли хихикнула глупо и счастливо, как новобрачная. Юджин был доволен, что утро, ее последнее утро, получалось таким превосходным.
Он ушел из комнаты в десять часов, дождавшись, когда она приняла все свои лекарства и забылась тяжелым сном больного.
Ему потребовалось всего полчаса, чтобы проверить все окна внизу и наверху. Дверь, ведущая на террасу позади дома, имела у основания широкую щель, через которую в дом проникал свежий воздух снаружи. Юджин заткнул щель полотенцем, потом проделал то же самое с кухонной дверью. Только тогда он подошел к газовой плите, повернул до отказа черные блестящие рукоятки на передней панели и старательно загасил огонь. В нос ему ударил острый запах газа, но он знал, что пройдет еще некоторое время, пока газ-убийца проделает свой путь наверх, к комнате Беверли. Он даст ему это время — целый уик-энд, никак не меньше.
 
Он покинул дом несколькими минутами позже, унося с собой предусмотрительно собранный накануне вечером портфель, выбрал из двух своих автомобилей тот, что поменьше, и поехал в город, в отель.
Он вернулся к себе поздним вечером в воскресенье. Стоя перед входной дверью, он заботливо затоптал ногами сигарету, открыл дверь ключом и вошел в дом.
Густое и едкое облако газа окутало его с головы до ног. С носовым платком у рта он кое-как добрался до спальни Беверли.
Она лежала точно в том же положении, в котором он оставил ее вчерашним утром. Только теперь возвращение Юджина, уже не могло разбудить ее.
С этой минуты Юджина больше всего волновало отношение окружающих — к смерти Беверли. Тем приятнее ему было встречать со всех сторон вместо подозрений и холодного отчуждения горячее сочувствие и симпатию.
С хором соболезнований и утешений не гармонировало только отношение мистера Д.; но Юджин был готов к этому. Через три недели после похорон управляющий получил, короткое извещение об увольнении. Он позвонил Юджину и сказал:
— Если мне позволено будет заметить, мистер Хазард, сейчас вы нуждаетесь в моих услугах больше, чем когда-либо. Вы должны хорошо все обдумать.
— Я уже все обдумал, — Юджин наслаждаясь своим триумфом. — Вы свободны, приятель.
— Мне нужно примерно месяц, чтобы привести в порядок все дела.
— Ладно, пусть будет месяц. Но запомните, дружище, сейчас я — ваш хозяин. И первое, что я хочу получить от вас, — это чек на пять тысяч долларов.
Деньги были потрачены со свойственными Юджину размахом и изобретательностью. Он предпринял короткую, но запоминающуюся поездку на Бермудские острова. Прилетев туда, он убрал подальше обручальное кольцо, траурную повязку и с головой погрузился в изучение обычаев заезжих богатых холостяков. Стоит ли говорить, что он славно провел время на Бермудах?
Он вернулся домой через две недели, с траурной повязкой на рукаве и обручальным кольцом на пальце. В первый же час своего пребывания дома он был вынужден принять двух визитеров, и оба принадлежали к ведомству окружного прокурора.
— Ничего не понимаю, — сказал Юджин. — Вы хотите, чтобы я прошел с вами? Но зачем?
— Это касается вашей жены, — ответил один из посетителей. — Мы хотим задать вам, мистер Хазард, несколько вопросов относительно причин ее смерти.
Юджин задрожал. Он понимал, что этого делать не следовало, что он выдает себя с головой, но все равно продолжал дрожать. Теперь ему противостоял сам прокурор округа. Юджин не выдержал и сорвался на крик:
— Я не имею ничего общего с ее смертью!
— Никто не сказал, что вы имеете.
— Тогда почему вы преследуете меня?
Гости пожали плечами.
— Мы понимаем, мистер Хазард, вы были на Бермудах.
— Я нуждался в отдыхе.
— Мы слышали, что вы там неплохо отдохнули.
— Может быть, я пытался забыться. И потом, это не ваше дело, чем я занимался на Бермудах!
— Разумеется, вы правы, мистер Хазард! Это не наше дело. Если только за этим не стоит что-нибудь серьезное. Убийство, например.
— У Беверли была пневмония! — закричал Юджин. — Она умерла от воспаления легких! При чем здесь я?
— Были и другие способы показать ей дорогу к праотцам, — уточнил прокурор округа. Он перегнулся через стол и понизил голос до шепота. — И мы знаем, какой избрали вы, мистер Хазард. Вы задушили ее газом, не так ли? Включили газ в плите на всю катушку и обеспечили ей билет на тот свет. Разве не так?
Юджин вдруг начал испытывать симптомы асфиксии. Его губы посинели, горло сдавил резкий спазм, и он потерял сознание. Когда он пришел в себя, он прошептал:
— Ради всего святого, как вы догадались?
Ответ на свой вопрос он получил только после того, как его признание было занесено в протокол и подписано им самим.
— Честно говоря, мы были абсолютно уверены, мистер Хазард. Мы располагали показаниями человека по имени Дюпре, которые уличают вас в убийстве. Вы его знаете?