Заклятый друг (СИ)

— Вот. Совсем другое дело. Итак, на чём я остановился…
Под тихое хихиканье Лёшка дочитывает задание.
— Всё ясно? Тогда делимся на две команды. Макс — капитан одной, Коля — второй.
— Коля всегда второй, — ворчит он, вставая с кресла. — Арский, отдай мне Соболеву, а?
— Я ещё никого не назвал.
— Но Дашка априори твоя.
— Да кто-то ревнует! — Юлька толкает Колю в бок.
— Просто я хочу выиграть, — он невозмутимо закатывает рукава.
— Даша, с кем ты останешься, с мамой или с папой? — серьёзным тоном судьи спрашивает Динка, пока Илья снимает Соболеву.
— А можно я сама себе команда буду? Я отличный следопыт, и готова поспорить, что первее ваших хвалёных капитанов найду бухло.
— Ты не пьёшь, ты не замотивирована!
— Как не замотивирована? Я хочу спасти Дедушку Мороза.
— Да чёрт с вами, будем одной командой искать! Так, первое задание. Смотрим похищение дедушки.
— Похищение дедушки. Сюр-порно какое-то…
— Рождественская комедия…
— Новогодний хоррор. «Под куранты без бухла…»
— Тихо!
Илья наводит камеру на телефон Лёши, который демонстрирует видео. Человек в плаще-палатке, угрожая Деду Морозу штопором, заставляет того продвигаться к ночному берегу Байкала. Дед Мороз смешно растопырил над головой руки и в ужасе мотает головой.
— Ну, оценили сложность? — Катя останавливает видео и смотрит на нас с Полиной. — Съёмка экрана телефона с телефона, что ухудшает качество изображения, учитывая оптические аберрации, трясущиеся руки наших друзей-алкашей, сумерки, человек в костюме, лицо практически полностью скрыто, плюс производит нетипичные действия. Он изображает, что ему страшно, это не повседневность. Что-нибудь слышали про распознавание по силуэту?
Полина испуганно хмыкает:
— У тебя глаза сейчас как у маньячки. Но мне нравится. Вот это страсть к работе.
— Ну если больше страсть эту девать некуда… Так что, найдём того, кто был Дедом Морозом, в современной реальности? Например, где он был, скажем…час назад.
— А кто был Дедом Морозом? — спрашивает Полина.
Катя жмёт кнопки, перекидывает видео в программу, вырезает ту часть, на которой Дед Мороз, выделяет его фигуру красным прямоугольником. Подключается к базе камер наружного наблюдения. Количество точек наблюдения сокращается, пока происходит сопоставление. Пространство расчищается, оставляя всё меньше прямоугольников.
— Даже сам процесс поиска выглядит красиво, правда, Макс? — она оборачивается и смотрит на меня снизу вверх. — Это прекрасно, когда всё лишнее отсеивается.
Уличная камера. На столбе напротив моего дома. Дома, где живёт моя жена с Ваней. И к нашей калитке подходит человек. Он мельком оборачивается, и когда его лицо попадает в объектив, Катя нажимает на паузу.
Повисает гробовое молчание.
Наконец, Полина его прерывает.
— Кто это? — спрашивает тихо, будто боится разбудить призрака.
И мне на секунду показалось, что я не удивлюсь, если этот призрак, этот человек на экране Катиного ноута, вылезет оттуда как девочка Садако из телевизора в фильме «Звонок».
— Чудеса! — я улыбаюсь и смотрю на Катю невозмутимо, хотя внутри всё распадается на куски.
— Что именно? Технология? Или воскрешение?
— Технология, конечно. Второе меня вообще не удивило.
Катя захлопывает крышку ноутбука:
— Ты знал?
— Нет.
— Чего именно ты не знал? Что он жив? Или что он ходит в гости к твоей жене, пока ты на работе?
— Да кто это, блин, такой? — Полина встала из-за стола.
— Это Серёжа, — Катя поворачивается к ней. — Тот, который бывший жених Даши. Представляешь, какой Макс хороший друг. Настоящий друг. Он тогда для Даши сюрприз такой придумал. Организовал приезд Серёжи к нам на Байкал. Всё оплатил. Соболева сияла от счастья, когда нашла Деда Мороза. Да, Макс?
— Подождите, подождите, подождите, — Полина хмурится, — как он мог час назад прийти в гости к Максу, если прошлой осенью покончил с собой?
— Судя по всему, он лишь хотел, чтобы все так думали. Ну, вряд ли он один, конечно. Иначе как ему удавалось бы столько времени скрываться? Кто-то наверняка помог организовать всё это, — Катя снова смотрит на меня. — Кому это могло быть интересно? Чтобы жених трагически исчез, а затем вернулся. Навестить бывшую возлюбленную, и она больше не бедная студентка. Благодаря удачному замужеству, которое можно выгодно расторгнуть.
 
— Спасибо за просветительскую лекцию в области технологий распознавания по силуэту, Катя, — кладу на стол снимки. — Фотки я нашёл, Полин, до завтра.
— Что, домой срочно стало надо? Хочешь их застать?
— Катя, ну перестань, — нежный голос Полины тонет в истеричном хохоте Кати.
— Точно, он просто спешит, чтобы не пропустить самое интересное! А что? Соболева и не до такого мужиков доводила. Один вон пропал без вести на целый год, Коля влез в долги, хотел заработать больше всех, чтобы баблом к себе Дашу переманить. Не удивлюсь, если выяснится, что Макс стал куколдом.
Катя прищуривается, словно ожидая удара.
— Да, вот так хорошо, — расплывается в улыбке. — Ты всегда смотрел сквозь меня, Макс. Будто я пустое место. Лучше ты будешь ненавидеть. Лучше так, чем равнодушие.
— Полин, иди домой, — говорю, не отрываясь от Кати.
— Ну уж нет, я вас в таком состоянии не оставлю.
— Да, Полин, иди, — Катя встаёт и смотрит мне в глаза с вызовом.
Моя заместительница ещё с несколько секунд не двигается:
— Ну, ваше дело, — забирает сумочку, — в синей папке документы с подписями Маркова, Макс. Добыть их было непросто. Будьте так любезны, не забрызгайте её кровью. Или ещё чем-нибудь.
За Полиной закрывается дверь.
— Ну, чего ты ждёшь? — Катины зрачки широкие, как у мартовской кошки, — Ударь меня. Ты же этого хочешь.
10. Даша
У моего эко-магазинчика очень красиво. Здесь исторические строения. Старая брусчатка с прожилками мха. И солнышко заглядывает из-за угла так, что листья живых бегоний возле входа просвечивают словно ушки у малыша.
Я улыбаюсь своему детищу. Да, это единственное место, которое принадлежит мне. Единственное, что моё. Долгожданное, желанное, созданное с любовью.
От удовольствия прижмуриваюсь, когда дверь с витражным стеклом задевает хрупкий колокольчик.
Айдар пропускает меня вперёд.
Внутри пахнет травами и обожжённой глиной. С прохладной после дождя улицы гостям здесь приятно погреться.
Я киваю Варе, которая занимается выкладкой. Иду к кафетерию.
Айдар занимает столик в самом дальнем углу.
Маша выходит из-за стойки и нежно меня обнимает.
— Как дела? Профессор твой тебе ответил?
— Да! — она чуть ли не прыгает от радости. — Он согласился стать моим научным руководителем! Представляешь, уже и рекомендации по корректировке плана моей курсовой дал.
— Учебный год ещё не начался, а он уже весь в работе. Раз дал рекомендации, потратил время, точно не пойдёт на попятную.
— Написал, что я очень заинтересованная и ответственная для третьекурсницы. И, конечно, тема ему интересна.
— Память, значит?
Маша довольно кивает.
— Может, — грустно улыбаюсь, — когда ты станешь дипломированным психологом, разработаешь какую-нибудь методику по удалению из памяти тех эпизодов, которые человек хотел бы навсегда забыть?
— Тогда я бы мигом разбогатела. Думаю, у каждого таких эпизодов немало, — она грустно улыбается в ответ. — Ладно, выбирай кофе, давай что-то из новенького. Айдар, как всегда, эспрессо?
— Да.
Смотрю на Адашева украдкой, пока Маша выставляет несколько новых сортов кофе мне на выбор.
Мы много обсудили в машине, пока ехали сюда от лофта, но работы ещё предстоит до фига. Тем не менее я уверена, что мы справимся, ведь я не одна, у меня талантливый партнёр.
Когда я в первый раз увидела этого человека здесь, я не ожидала ничего нового.
Месяц назад Айдар Адашев ждал меня тут на интервью, расслабленно заняв плетёное кресло. Недлинные смуглые пальцы с тонким металлическим кольцом целиком обхватили белую чашку со дна. Как будто держать чашку только за ручку ему недостаточно для ощущения полного обладания.