Заклятый друг (СИ)

Мотаю головой:
— Нет, всё в порядке. Едем ко мне?
8. Макс
По дороге мне позвонили из «ЮрФеста», и я поехал на встречу с их гендиром. Но успешные переговоры не сгладили раздражение от сегодняшнего дня, которое с новой силой зазудело, стоило мне выйти из громоздкого бетонного бизнес-центра и попасть в равнодушную суматоху московского буднего вечера.
Словно проглотил слишком большой кусок, и поцарапал горло.
Верности она мне не обещала.
И брак у нас фиктивный, с чётко обозначенным сроком годности, который уверенно приближался к своему окончанию.
Но это никак не умаляет моего желания отпиздить Айлалэ, или как там его…
И Дашиной привлекательности тоже не умаляет.
Господи, как же приятно было увидеть её!
Оставаться одному не хотелось категорически. Но и звонить очередной подружке тоже.
Хотелось другого рода близости. Той, которую я по собственной тупости навсегда потерял. Но нечто похожее, кажется, обрёл снова.
Поэтому несмотря на позднее время я поехал в офис в надежде ещё застать Полину и отдать ей фотографии.
Татьяна Георгиевна так и не прислала мне ни фоток, ни видео с Ванькой сегодня, и не ответила на звонок.
Интересно, Даша притащила их в город с собой, или всё же оставила в доме?
— Ну, тебе здесь явно нравится. И кабинет отдельный Макс предоставил, очень прилично устроилась, хотя и года ещё тут не проработала.
Я слышу Катин голос по ту сторону двери, и моё желание зайти к Полине улетучивается.
Нехорошо мы расстались. Она была рядом постоянно после того, как произошла авария, а Даша улетела со своим Серёжей в Перу. Но когда Соболева вернулась, уже одна, я оголтелым идиотом бросился её искать.
Катя буквально стала пустым местом. И я даже не заметил, когда она исчезла.
Будто почувствовала, что я рядом. Слышу, как Полина говорит:
— Ты чего замерла?
— Кажется, за дверью кто-то.
Открываю дверь прежде, чем она сама это сделает.
— Катя, вот так сюрприз!
Обнимаю её. Она крепко ко мне прижимается. И выдох её сбивчивый на стон похож.
— Привет, Макс.
— Где была? Давно тебя не видел.
— Япония, Корея.
— Чего это тебя вдруг в Азию потянуло?
— Не думай, что мои вкусы поменялись, — хитро улыбается и проводит ладонью по моей грудной клетке. — Это по работе.
— Молодец. Совершенствуешься.
— В моём деле без этого никак. Технологии быстро развиваются.
— Ты по-прежнему видеонаблюдением занимаешься?
— Да. Некоторым людям нравится продолжать дело семейной династии. Я рада, что мой отец смог меня этим заинтересовать.
Мой отец не виноват, что я не заинтересовался делом нашей семейной династии, которая уже три поколения занимается мебельным производством. Но почему-то все думают, что либо он был недостаточно настойчив, либо я назло ему занялся совсем другой сферой. А на самом деле он пусть и без особой радости, но принял моё решение стать айтишником, и поддерживал как финансово, так и морально. Никакого конфликта у нас с ним никогда не было, и ненависти у меня к нему тоже. До тех пор, пока он не погиб…
— Как твоя мама, кстати? Слышала, она взяла бразды правления вашими фабриками на себя. Даже новую коллекцию спальной мебели весной в Чехии выставляла.
— Она в порядке, спасибо, болезнь пока отступила. Может, кстати, и потому, что теперь она единственная хозяйка, на ней слишком большая ответственность, болеть некогда.
— Ну я рада. А как Даша?
— Отлично, много проектов, раскрутила аккаунт, хорошо зарабатывает на рекламе.
— Да, я видела. Поражаюсь, когда она всё успевает? Материнство явно отошло на второй план. Делать деньги ведь интереснее.
— Не знаю, что ты видела, но из её контента и ежу понятно, что они с Ванькой проводят до фига времени.
— Да? Ну, значит, в глаза не бросилось, дети меня мало интересуют, особенно чужие, — она как-то искусственно улыбается. — То ли дело украшения, кафешки, шмотки. А её аккаунт буквально пестрит всем этим. Как витрина в мечтах провинциальной нищебродки. Кто бы нам сказал, Макс, год назад, например, что Соболева станет постить фотки в шубах, а? Развратил девчонку, — она легонько толкает меня кулаком в плечо. — Слышала, она хочет инвестировать в открытие экологического института.
 
— Ты давно вернулась? Кажется, лучше меня в курсе, что происходит в моей семье.
— Да буквально вчера прилетела. Но ты прав, я та ещё всезнайка. И фокусы умею показывать. Например, — она жеманничает, причмокивает, артистично отводит глаза в сторону, снова в меня стреляет взглядом. Блеск в нём нездоровый. — Например, могу что угодно откуда угодно достать. Или кого угодно. Хоть мёртвого из-под земли. Хотите — покажу?
Не дождавшись ответа, Катя подходит к столу, где сидит Полина. Достаёт ноут. Подключает к нему телефон.
— Давайте что-нибудь из прошлого, поностальгируем по лучшим временам, — и Катя открывает проигрыватель с картинкой.
Ещё прежде, чем она нажала на воспроизведение видео, я догадался.
Догадка быстрее логики, по короткому пути инстинктов, упала, процвела и разбухла в моём мозгу как харчок плесени на куске хлеба. Выманивая наружу своим гнилым запахом мой самый уродливый страх.
9. Макс
Это Новый год на Байкале, 2018. Снимает Илья.
— Ребята! У нас беда! — Лёша вваливается в гостиную, идёт в центр, оставляя за собой снежные следы и тряся пустым красным мешком. — Кто-то похитил Дедушку Мороза!
— О боже, только не это, — Дина закатывает глаза и отворачивается.
— Да и хрен с ним! Мне бы всё равно ничего не подарили. Ведь я очень, очень плохая девочка, — Юля обворожительно улыбается и подмигивает Антону.
— Так ведь не только деда забрали, — Лёша не теряется. — Всё бухло вместе с ним тоже! — в сердцах бросает мешок на пол.
Ребята возмущённо загоготали.
— Но злодей, как и положено всем маньякам, жаждет, чтобы его ловили…
— Поймали и надавали пиздюлей!
— И посадили в клетку! — Юля кивает в сторону танцпола за стеной, где на втором ярусе установлена клетка для танцовщиц гоу-гоу. — Вот же старый извращенец!
— Слушайте внимательно! — Лёша разворачивает бумажный свёрток. — Он оставил нам послание.
Декламирует задание по поиску Деда Мороза, сочинённое в стихотворной форме самим Лёшей.
Его перебивают, переспрашивают, подкалывают. И когда ему приходится в третий раз зачитывать заново ту же строчку, он не сдерживается и рявкает так, что тонкие стёкла в протяжённом книжном шкафу вздрагивают.
На какое-то время гогот прекращается, но…это же наша компания. Они как дети.
— Коля!
— Да, чего?
— Ты помнишь, чем кончилась история с машиной, когда ты собирался ехать пьяным?
— Конечно помню. Этот еблан, — камера крупным планом снимает Лёшу.
— Чё сразу еблан? — обиженно выпячивает губу.
— Столкнул мою тачку в овраг своим сраным джипом. Столкнул, когда в тачке сидел я. Думаешь, самое время отомстить? Лёха вон и мешок сам принёс. Как раз с его росточком целиком туда влезет.
— Протестую! — вмешалась Динка. Любимое её словечко, хотя она только на первом курсе юридического. — Нерационально избавляться от единственного человека, который знает, где наше бухло.
— Нет, ну почему никого не интересует судьба Деда Мороза? — возмущается Антон.
— Я к вопросу о Лёшином упрямстве. До Нового года осталось…полтора часа. И пока мы не выполним задание, бухло нам Лёха не отдаст. Предлагаю послушать нашего друга.
— А я настаиваю на том, чтобы засунуть его в мешок, и пытать, пока он не расскажет, где бухло.
— Это противозаконно!
— Ну тогда, — Коля лениво потягивается в кресле. — Шантаж. Самое действенное средство, чтобы добиться результата.
— Я вас сам всех в мешок запихаю, если не дадите мне дочитать задание! — Лёха достаёт из кармана ножницы и с деловым видом подходит к полке с роутером.
— Нет! Нет! Нет! — орут все, когда лезвия хладнокровно сжимаются над интернет-кабелем.