Неписанная любовь (ЛП)

Она оттаскивает меня подальше от сцены, глубже в тень.
— Я не стыжусь нас. Просто… — слова с трудом слетают с ее губ, и она отвлекается на первые несколько нот песни Нико.
Я беру ее за подбородок и заставляю посмотреть на меня.
— Что?
Ее рука проводит по центру моей груди.
— Я просто хочу еще немного побыть с тобой. Когда все узнают, они никогда не оставят нас в покое
— Раз уж ты заговорила об этом… может, нам стоит навсегда сохранить это в секрете? Так мы сможем избежать попыток моей семьи украсть тебя у меня.
Она смеется, толкая меня в плечо.
— Я имела в виду несколько недель, не больше.
— Хорошо. Я справлюсь с этим, — я тяну ее в тень, а затем снова обхватываю ее за талию.
Она прижимается ко мне, пока Нико играет песню, которую они репетировали бесчисленное количество раз. У меня по рукам бегут мурашки от мелодии, плывущей по воздуху, а глаза затуманиваются, когда я смотрю на него.
Мой сын рожден, чтобы блистать, и я так горжусь тем, что являюсь его отцом.
— Он действительно удивительный, — шепчет Элли.
— Я знаю.
— Нет, серьезно. Однажды он станет знаменитым. Запомни мои слова и сегодняшнюю дату.
— К счастью, у него есть ты, которая поможет ему пройти через этот процесс после окончания школы.
Она наклоняет голову и целует мою линию челюсти.
— Ты думаешь так далеко вперед?
— Да, думаю.
Улыбку на лице Элли я никогда не забуду в этой жизни.
Глава 55
Элли
Рафаэль прижимается ртом к моему уху и шепчет:
— То, как я пытаюсь контролировать себя, сводит меня с ума.
Дрожь пробегает по моему позвоночнику, вызывая легкую ухмылку у Далии, которая сидит за коктейльным столиком, обняв Джулиана.
У меня было ощущение, что отправляться в «Last Call» после фестиваля — плохая идея, в основном потому, что здесь будут все наши знакомые, но сестры Муньос настояли на том, чтобы мы пошли гулять, пока Жозефина и Роза присмотрят за Нико. Большинство молодых жителей города переместились в бар, как только фестиваль закончился, превратив его во встречу выпускников.
Лили, которая была главным зачинщиком сегодняшних планов, исчезла сразу же, как только мы пришли, оставив Далию, Джулиана, Рафаэля и меня на импровизированное двойное свидание за одним из высоких столиков рядом с барменами, неустанно работающими над тем, чтобы не отстать от требовательных посетителей.
До сих пор нам с Рафаэлем удавалось сохранять дистанцию, но с каждым украденным взглядом и случайным прикосновением, когда никто не смотрит, задача усложняется. Я думала, что буду счастлива, сохраняя наши отношения в тайне, но с каждой минутой я чувствую не облегчение, а мучение.
Это была твоя идея, говорю я себе, когда Рафаэль тянется под стол и берет меня за руку, пока Далия рассказывает историю о том, как она столкнулась с поклонником ее шоу о дизайне интерьера. Джулиан слишком сосредоточен на своей девушке, чтобы обращать на нас внимание, хотя Далия знающе улыбается мне, когда замечает, как я предупреждающе сжимаю бицепс Рафаэля.
На протяжении всего рассказа пальцы Рафаэля касаются моих бедер. Каждое мягкое движение его мозолистой руки вызывает волны тепла в моем животе, и к тому времени, когда Далия заканчивает свой рассказ, я уже осушила свою порцию водки Seltzer.
— Хочешь пить? — несносная ухмылка Рафаэля привлекает мой взгляд.
Далия подавилась смехом, а Джулиан наконец-то вышел из оцепенения, вызванного Далией.
— Я бы не отказался от еще одной порции, — он смотрит на Далию с мягкой улыбкой, которую приберегает исключительно для нее.
— Я тоже, — отвечает она с ухмылкой.
Большой палец Рафаэля проводит по моему позвоночнику, прежде чем он обхватывает рукой спинку моего стула.
— А ты?
Мой ответ застревает в горле, поэтому я только киваю. Губы Рафаэля изгибаются по краям, и он еще раз мимолетно касается моего затылка, прежде чем отстраниться.
 
— Мы скоро вернемся, — Джулиан опускает поцелуй на макушку Далии.
Прищуренные глаза Рафаэля мечутся между ними и мной, и что-то в моей груди перекатывается от выражения его лица.
Это ты хотела сохранить ваши отношения — нет, скорее недоотношения — в тайне.
Чем больше времени проходит, тем меньше мне это нравится. Когда я это предложила, я думала, что это даст нам время пережить эту новую главу без сотен людей, которые будут обсуждать и сплетничать о нас, но после сегодняшнего дня я уже не уверена.
Скрывать нашу связь как-то неправильно.
Далия опирается на локти и шепчет:
— Ты и Рафаэль, да?
— А что насчет нас?
Она ухмыляется.
— Все еще держишь все в секрете?
Мое лицо краснеет.
— Я не понимаю, о чем ты говоришь.
— Не волнуйся. Я тоже как-то была на твоем месте.
— Э-э…
Ее улыбка расширяется.
— Если ты когда-нибудь планируешь выиграть семейный вечер игры в покер, нам нужно поработать над твоим выражением лица.
— Я… — слова ускользают от меня.
Она протягивает руку и слегка сжимает мою ладонь.
— Я просто дразню тебя. Приятно наконец-то видеть Рафаэля счастливым, так что спасибо тебе. За все.
У меня начинают гореть глаза.
— Ты благодаришь меня? За что?
— За то, что вернула его нам.
Мое горло раздувается от сдерживаемых эмоций.
— Я ничего не сделала.
— Ты еще и скромная. Неудивительно, что он одержим тобой.
Одержим? Мной?
Покалывание пробегает по моей груди, а затем проделывает дыру в сердце.
— Да, одержим. Во время воскресного обеда, на который мы постоянно умоляем его привести тебя, он трижды упоминал твое имя, — глаза Далии сверкают, а затем сужаются, когда она рассматривает что-то позади меня.
— Что? — я поворачиваюсь и смотрю в направлении ее взгляда. Мне не требуется много времени, чтобы найти причину того, что прервало наш разговор.
Джулиан занят разговором с барменом, а Рафаэль, прислонившись к столешнице, хмурится на брюнетку, в которой я узнала его одноклассницу из выпускного класса. Она обхватила рукой его бицепс, предъявляя права, которые ей не принадлежат.
Всплеск горячей ревности пронзает центр моей груди, когда она откидывает голову назад и смеется. Я сжимаю руки под столом, и мое неглубокое дыхание, скорее всего, слышит Далия.
Я знаю, что Рафаэль не заинтересован в этой женщине. Это очевидно по тому, как он кривит губы и напрягает плечи, но я не могу контролировать ревность, бушующую внутри, и это пугает меня.
В прошлых отношениях я никогда не испытывала подобных чувств. У меня не было для этого серьезных причин, потому что я никогда не заботилась о ком-то так, как о Рафаэле.
Я хочу быть его, так же как и он моим, и хочу, чтобы все, включая секс-бомбу с идеально накрашенными красными губами и венерологической улыбкой, знали об этом.
— Элли? — спрашивает Далия, когда я поднимаюсь на ноги.
— Вернусь через секунду.
— Она ему не интересна, — говорит она с нотками паники.
— Я знаю.
Она пытается встать на ноги.
— Я могу пойти туда и…
Я ободряюще улыбаюсь ей через плечо.
— Не нужно. Я сама разберусь.
Может, я и не очень хорошо знаю эту женщину, но она вот-вот поймет, кто я такая.
Глаза Рафаэля находят меня, как только я начинаю проталкиваться сквозь толпу, и мои щеки разгораются, когда я следую за тянущим чувством в груди прямо к мужчине, который держит другой конец моей сердечной струны.
Его глаза сверкают плохо скрываемым весельем, когда он поворачивается ко мне лицом.
— Привет.
— Привет, — повторяю я в ответ.
Женщина смотрит на меня.
— Могу я вам чем-то помочь?
— Нет, но у меня такое чувство, что это я могу тебе помочь.
Маленькая ухмылка Рафаэля превращается в полноценную улыбку.
Ублюдок.
По центру ее лба проходит складка.