Неписанная любовь (ЛП)

Я могла бы легко выскользнуть из-под него, но взгляд Нико на отца останавливает меня.
— ¡Papi! ¡Ayúdame! (Папа! Помоги мне!).
Рафаэль опускается на колени рядом с моими ногами и тянется к моей правой ступне. Его пальцы касаются задней поверхности моей икры, заставляя меня замереть, пока не сработали инстинкты.
— Нет! — я пытаюсь выдернуть ногу из его рук, но его хватка становится все крепче. Невидимое пламя пробегает по моей ноге, направляясь прямо к месту, которое не должно пульсировать.
Я подумываю отпихнуть Рафаэля, но мое тело замирает, когда его рука обхватывает мою лодыжку, словно кандалы. Он проводит кончиками пальцев по стопе моей ноги, и внутри меня начинается ад.
Рафаэль прикасается ко мне, и вместо того, чтобы убежать, я практически приглашаю его продолжить.
Я визжу, когда он щекочет мою ногу, не обращая внимания на тяжесть в животе, которая не имеет ничего общего с тем, что меня щекочут.
— Я же говорил, что она боится щекотки! — неистовый смех Нико подстегивает Рафаэля.
Я смотрю на мужчину, держащего мои ноги в заложниках.
— Я тебя ненавижу.
— Хорошо, — он ухмыляется, и вся надежда потеряна. Я сдаюсь после каждой из редких улыбок Рафаэля, их нехватка вызывает эмоциональный спрос и предложение.
То, что я боюсь щекотки, волнует меня меньше всего, потому что это странное покалывание в груди? Которое не прекращается даже после того, как Нико теряет ко мне интерес и Рафаэль освобождает меня от своей хватки?
Оно говорит мне, что я в полной заднице.
Глава 27
Рафаэль
Когда мы едем за гавайским мороженым после дня, проведенного на пляже, я получаю новое сообщение от Далии.
Далия: Как и просил, вот твой еженедельный фотоотчет, что все живы.
Она прикрепляет фото Джимми Би и Джонни Ви, потерявших сознание в своем стойле, с миниатюрными бутылочками виски, разбросанными вокруг них, фото Пенелопы с набором фиолетовых и розовых бантиков в гриве и размытое изображение Бакарди, как всегда, болтающейся в углу ее загона.
Рафаэль: Что случилось с гривой Бакарди?
Далия: Лили и Жозефина вчера пытались сделать ей стрижку, но она не поддалась.
Рафаэль: Она боится звука ножниц.
Далия: Мы поняли это после того, как Лили пнули по лицу.
Я знал, что это плохая идея — поручать заботу о животных моей семье, но они уверяли меня, что все будет хорошо.
Чувство вины сковывает мое сердце, когда я набираю следующее сообщение.
Рафаэль: Фред может заменить вас.
Далия: Я знала, что ты так отреагируешь.
Рафаэль: Это называется заботой.
Лили и Далия — мои младшие сестры, которых у меня никогда не было, поэтому иногда я не могу сдержать свою реакцию, особенно если виноват в этом я сам.
Далия: Я знаю, и мы любим тебя за это, но расслабься. Серьезно.
Далия: Бакарди в порядке. Лили в порядке. Все в порядке.
Рафаэль: Как лицо Лили?
Далия: Если не считать небольшого синяка на щеке, то все нормально.
Я тяжело вздыхаю и начинаю набирать сообщение Фреду, фермеру и моему ближайшему соседу, но следующее сообщение Далии заставляет меня остановиться.
Далия: НО, возможно, тебе стоит перестать заводить столько животных.
Я смеюсь себе под нос.
Рафаэль: Слишком поздно.
Один из фермеров в соседнем городе с трудом справляется со своими животными после смерти жены, и я уже согласился взять их на содержание, пока буду искать им более постоянный дом. Джулиан начал работать над планами по расширению амбара, потому что он считает, что к следующему году мне уже будет мало имеющегося помещения.
Далия: …
Далия: Мне жаль Элли. Не могу поверить, что она добровольно терпит девять животных.
 
Рафаэль: У меня только восемь.
Далия: Ты забыл посчитать себя.
Я посылаю эмодзи со средним пальцем, сдерживая улыбку.
Теперь, когда я думаю об этом, Элли ни разу не жаловалась на заботу о животных. Если уж на то пошло, она добровольно заботилась о них, даже давала им имена.
Я никогда не задумывался об этом, но теперь, после того как услышал, как Далия и Лили пытаются ухаживать за ними, мне стыдно признать, что я неосознанно воспользовался ее преимуществами. Я даже сказал, что она недостаточно квалифицирована для своей работы, хотя это было не так уж далеко от истины.
Элли могла бы сделать в своей жизни гораздо больше. Это стало очевидно после того, как Коул Гриффин проявил интерес к ее песне, но вместо этого она предпочла заботиться о Нико.
Она выбрала нас.
Не нас. А Нико, поправляю я себя.
Разочарование терзает мою грудь, его невозможно игнорировать, потому что на какую-то мимолетную секунду мне захотелось, чтобы это было правдой. Я хотел, чтобы она выбрала и меня.
Когда до отъезда на Кауаи оставалось всего несколько ночей в Гонолулу, я подумал, что неплохо было бы наконец воспользоваться джакузи после того, как Нико уснул, но обнаружил, что оно уже занято его няней.
Физическая реакция на вид Элли в бикини — это нормально, но чтобы из-за этого у меня встал?
Стыдно и, мягко говоря, неудобно.
К сожалению, пена и пузырьки, образующиеся под струями, мешают мне полностью рассмотреть ее тело, но одного вида ее груди достаточно, чтобы вызвать прилив тепла к моему паху.
Я думал, что сегодня она будет прятаться в своей комнате, играя на гитаре, поэтому удивлен, обнаружив ее на балконе, смотрящей на звезды с глубокой тоской.
К счастью, она так увлечена видом, что сначала не замечает меня, и это благословение, поскольку я слишком отвлекся на ее грудь. Грудь у нее небольшая и упругая, и я представляю, как она идеально ложится в мои ладони.
Судя по скромному выбору одежды Элли, я не думал, что у нее есть такой купальник, но бикини цвета лайма вполне может быть зеленым светом, учитывая то, как ведет себя мой член.
Я прикрываю свой увеличивающийся в размерах член полотенцем, когда она поворачивается и видит, что я смотрю на нее.
— Когда закончишь пялиться на меня, не мог бы ты повернуть рычажок? — она указывает на тот, который управляет струями.
Я игнорирую первую часть ее предложения и делаю то, что она просит, продлевая таймер на пятнадцать минут.
Отлично сыграно, Элли. Чертовски хорошо сыграно.
Она возвращается к созерцанию луны, незаинтересованно наблюдая за тем, как я возился, забираясь в джакузи и не замечая моего вставшего члена. Горячая вода сначала попадает на мои больные мышцы ног, и я вздыхаю.
— Отличные ощущения, правда?
— Нужно поставить такое же дома.
— Я бы не отказалась.
Мой член, кажется, согласен.
Несколько минут мы сидим в комфортной тишине, пока Элли не нарушает ее вопросом.
— Ты когда-нибудь задумывался о том, что там, далеко? — она со вздохом смотрит на небо.
— Неужели мы официально достигли того момента в наших отношениях, когда обсуждаем теории заговора?
Звук, который она издает, заставляет меня улыбнуться.
— На самом деле у нас нет отношений. По крайней мере, нормальных.
— С этим мы оба можем согласиться, — чувства, которые она медленно вытягивает из меня, не кажутся нормальными. На самом деле, они чертовски пугающие.
Ее тяжелый выдох снова переводит мой взгляд на ее грудь.
Она прочищает горло, и я поднимаю глаза, не испытывая ни малейшего стыда. Притворяться, что я не нахожу ее привлекательной, бесполезно, так зачем скрывать это?
— У нас будут проблемы? — спрашивает она с ноткой ехидства.
— А ты хочешь, чтобы они были?