"Фантастика 2025-94". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)

Для проведения обряда вокруг алтаря был вычерчен круг, внутрь которого вошли я и Кацуми. Девушка тут же разожгла огонь на жертвеннике, кинув в пламя пучок засушенных трав. Пространство сразу наполнилось дымом, однако он не вызвал дискомфорт, скорее наоборот, показалось приятным. Дым пах чем-то терпким и сладким и чуть кружил голову. Вслед за первой охапкой пришел черед других. И в это же время кицунэ затеяли хоровод, периодически кидая в огонь растения. За круг они не заходили, добиваясь точности попаданий с помощью телекинеза.
  
Постепенно дым стал плотнее и в то же время посветлел. Кицунэ вокруг превратились в смазанные силуэты, но и они вскоре скрылись из виду. А затем послышалась песнь, исполняемая двумя десятками голосов. В ней говорилось об Инари, ее милости и доброте, великом небесном саде, где живет богиня, пути к нему, достойному только лучших. Дым будто бы откликнулся на слова песни, и принялся складываться во множество фигур. В бурном танце вокруг нас с Кацуми закружили диковинные звери, силуэты растений, лисиц и людей с лисьими чертами. Бег дыма с каждым мгновением все ускорялся вслед за темпом песни. Голова стала кружиться сильнее, и, чтобы не упасть и не потеряться в этом калейдоскопе, я ухватился за руку Кацуми, тут же почувствовав, как ответно сжались ее пальцы. А затем все резко прекратилось. Дым остановился, замерев на месте. Вернее, так показалось вначале, и лишь спустя несколько мгновений я осознал, что вижу уже не туманные силуэты, а самые настоящие растения.
Мы оказались посреди прекрасного светлого сада. У ног, везде, куда устремлялся взор, вился ковер из цветов. Запах от растений исходил воистину чарующий, он будто проникал в самое сердце, наполняя его радостью. Цветы также распускались на деревьях, удивительным образом соседствуя с созревшими плодами. При этом на ветвях царило удивительное разнообразие. Я видел яблоки, сливы, вишни, груши и еще множество фруктов, которые в обычных условиях никогда не созревали в одно и то же время. Здесь же они полнились соком и здоровьем, так что одного взгляда хватало для того, чтобы возбудить голод.
— Что будем делать дальше? — спросил я Кацуми, стараясь игнорировать собственные желания. Брать фрукты без спроса хозяйки явно стало бы большой ошибкой.
Девушка задумчиво повернулась вокруг оси, оценив окружающий вид, затем глубоко вздохнула и радостно улыбнулась.
— Нам в ту сторону, — произнесла кицунэ, ткнув пальчиком в направлении раскидистой яблони.
— И что же там? — спросил я, послушно последовав за Кацуми.
— Сложно сказать. Я будто почувствовала запах огня. Нет, скорее солнца. Горячий, но не обжигающий. Теплый, ласковый. Это сложно передать словами.
— Неужели так пахнет богиня?
— Далин, ты можешь быть хоть чуть-чуть почтительней! — возмущенно прошипела Кацуми.
Я на это лишь улыбнулся. Не знаю почему, но сейчас в моей душе бушевала настоящая эйфория. Каждый глоток воздуха будто бы прибавлял сил. Хотелось бежать по лесу, схватить девушку и закружить, просто рассмеяться в голос. Являлось ли это нормальным? В тот момент такие мысли в голову не приходили. И хорошо было уже то, что я контролировал свои порывы.
Не знаю, сколько мы шли по казавшемуся бесконечным саду, но с течением времени вокруг стали происходить изменения. Первым из них стало появление сопровождения. Вокруг нас принялись собираться лисы всех возможных размеров и окраса. От маленьких лисят до существ, размером с лошадь. Одни красовались ярко рыжей шерстью, другие бурой, третьи сверкали благородным серебром. Звери, хотя вряд ли их можно было так называть, не приближались близко, следуя на почтительном расстоянии, но в то же время не теряли нас из виду.
Вторым изменением стало ощущение влажности, разлитой в воздухе. Мы приближались к водоему, о чем так же свидетельствовал звук тихо журчащего ручья. Кацуми подтвердила, что «солнце» также становилось ближе.
Цель нашего пути открылась уже спустя несколько минут. Ей стала беседка, исполненная в японском стиле. Крыша ее была двухскатной, сделанной из светлого, почти белого дерева. Столбы, ее поддерживавшие, были окрашены в красный. А по периметру беседку окружали резные белые бортики. Вся конструкция казалась воздушной и легкой, прекрасно сочетаясь с водами чистого озера, у которого она стояла. А внутри нее, за столом, сидела большая лиса. Именно лиса и именно сидела за столом, как бы странно это не звучало.
Стоило нам приблизиться к беседке, как животное повернуло свою морду, блеснув золотистым зрачком. Затем оно прямо со своего места прыгнуло в окно беседки, приземлившись уже рядом с нами. При этом движение зверя показалось мне одновременно плавным, медленным и элегантным и в то же время стремительным. Просто в один момент я мог наблюдать начало прыжка, а в следующий уже увидел двухметровую лисицу, оказавшуюся всего в паре метров от нас.
— Кацуми, это ведь та, о ком я думаю?
Вместо ответа девушка совершила глубокий поклон, и я также поспешил последовать ее примеру, склонив голову перед той, кто предстала в облике лисы. Постойте, лисы?!
Там, где мгновение назад находился зверь, теперь стояла высокая женщина, облаченная в белое, с красной каймой, одеяние. Темно-красные волосы спускались по ее спине до самой поясницы. На белой, лишенная даже тени загара коже, очень отчетливо выделялись алые губы и золотистые глаза. Очи богини вовсе были чарующими. Лишь взглянув в них, я тут же прикипел взглядом, чувствуя, как будто тону в глубоком омуте. Попытка вырваться не увенчалось успехом. Меня продолжала затягивать бездна, а к горлу стало подступать удушье. Лишь когда Инари опустила веки, я смог набрать в грудь воздух и тут же поспешил отвести взгляд.
— Вы нашли путь в мою обитель, — заговорила богиня тихим, отчетливым и глубоким голосом. — Лишь самые достойные способны на подобное. И, как правило, они относятся к кицунэ.
В этот момент ее взгляд остановился на мне.
— Кхм…, так я и есть кицунэ. Просто хвост у меня недавно отвалился, по весне, наверное.
Дальнейший мой монолог оказался прерван острым каблуком, вонзившимся в ступню. А затем послушалось рассерженное и обеспокоенное шипение Кацуми. Видно, дразнить богиню ей не казалось разумной идеей. На некоторое время между нами повисла тишина, которая оказалась разрезана звонким и мелодичным смехом. Смеялась Инари, прикрыв уста широким рукавом своего одеяния.
— Я учту это, Далин Гром, — пообещала богиня.
— Вы знаете мое имя?
— Конечно. Я всегда слежу за самыми талантливыми своими детьми, а также их окружением, — на этих словах Инари обратила взгляд на Кацуми, а в ее словах послышалась неподдельная доброта и гордость. Будто говорившая действительно являлась заботливой матерью, радующейся успехам своей дочери.
Кацуми от подобного внимания совершенно растерялась и потупила взор, я также не представлял, что сказать и надо ли вообще открывать рот. К счастью, богиня сама разрешила эту неловкую ситуацию.
— Любая дорога хороша, когда оканчивается у накрытого стола. Дорогие гости, пройдемте за мной.
Инари шагнула в сторону недавно покинутой беседки, и мы молча последовали за ней, завороженно глядя на фигуру богини. Та словно бы плыла над землей, ступая беззвучно и плавно. И в то же время стоило на миг потерять бдительность, как я уже обнаружил Инари во главе низкого столика беседки.
— Прошу, присаживайтесь, — произнесла богиня, указывая на места напротив себя.
Мы приняли приглашение, устроившись на двух подушках. А вскоре за нашими спинами послышались тихие шаги. Мужчина-кицунэ, отличавшийся стальным цветом волос, молча поставил на столик кувшин и кубки, а затем разлил ароматный напиток по трем сосудам.
  
— Это сок, созданный из фруктов моего сада. Некоторые называют его божественным нектаром.
Должен признать, эти «некоторые» нисколько не преувеличивали. Сок действительно был божественным. Прекрасно освежал и утолял голод, о вкусе вовсе говорить не стоило. Ничего подобного я в своей жизни не пробовал, и описать был не способен. Несколько минут я и Кацуми просто наслаждались вкусом напитка, однако затем стало очевидна необходимость начать разговор. Ведь не просто ради застолья мы пришли в этот мир? Оглянувшись на Кацуми и осознав, что девушка слишком подавлена величием Инари, я решил заговорить первым.