"Фантастика 2025-94". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)

— Тебе чего, жить надоело, к своей Богине собрался? — не выдержав, спросил ярл. — Чего ты со своим луком вперед вылез? Затопчут же!
— Надеюсь, барон думает также, — холодно ответил Тельдрен. — В этом случае его будет ждать горькое разочарование.
Ярл спорить не стал. В конце концов, его бы ничуть не расстроило усекновение одной ушастой головы. Скорее обрадовало, ведь политика викингов была непостоянной. При новых обстоятельствах друг мог обернуться врагом. А противостоять Тельдрену Хедрик действительно опасался.
  
Между тем сам следопыт сохранял внешнюю невозмутимость, через ментальную связь отслеживая расположение сил своих подчиненных и солдат неприятеля. Дождавшись момента, когда воины займут отведенные им позиции, Тельдрен отдал короткий приказ и первым двинулся навстречу врагам. Надо сказать, вид эльфийского генерала, на два десятка шагов опередившего подчиненных, оказался в высшей степени провокационным. Следопыт словно бы выпрашивал смерть, умолял пустить в него стрелу. Возможно именно это в первые мгновения останавливало имперцев. Тельдрен, однако, вовсе не терзался сомнениями.
Выслушав указания духа гранита, двигавшегося чуть впереди, под землей, эльф вскинул лук и, почти не целясь, пустил стрелу. За первой ударила вторая, уже в другое место. Из кустов слева послышался крик, а затем захлебывающееся бульканье и глухой стук упавшего тела. Тельдрен спокойно двинулся дальше, держа на тетиве новую стрелу.
Впереди послышались неясные шорохи, шелест листвы и звуки мягко ступающих подошв. На губах следопыта проскользнула улыбка, он мгновенно опознал будущих противников. Остановившись, эльф глубоко вздохнул, разгоняя сознание, а затем чуть качнулся влево, уходя от стрелы. Тут же сделал шаг вперед, пригнулся, отступил вправо, повернув корпус. Еще пять стрел промахнулись мимо цели, в то время как сам Тельдрен своим единственным выстрелом оказался отменно точен. Удивляться этому, однако, не стоило. На службе у тана Далина следопыт отточил навыки, приобрел превосходную гибкость и координацию движений. А также остроту восприятия, позволявшую уклоняться от всех вражеских стрел. У простых егерей не было и шанса попасть по Тельдрену, в то время как он сам использовал даже тень возможности, один за другим сокращая число противников. Имперцам потребовалось еще десять секунд и два убитых товарища, чтобы осознать свою слабость. И тогда они сделали следующий ход.
На губах Тельдрена вновь проступила улыбка, когда он услышал дробный стук копыт. Не останавливая начатого движения, позволяющего ему уклониться от двух вражеских стрел, следопыт приказал войскам на флангах бросить все силы в атаку. Сам же он приготовился к самой опасной части плана, ради которой и изображал подвижную мишень.
Главные силы противника, два десятка рыцарей в потускневшей броне, показались всего спустя пару мгновений. Взяв быстрый разбег, шпорами подгоняя разгоряченных коней, они проскакали меж сосен, нацелившись точно на Тельдрена. И будто бы этого являлось мало, за их спинами показалась сияющая фигура ангела.
Ударный кулак из латной и легкой конницы почти настиг Тельдрена, когда на пути движения всадников выросли каменные пики. Следом на врагов обрушилась ледяная стужа, россыпь бритвенно-острых листьев, град. И, как довершение разгрома, с неба предателей атаковали фениксы.
Тельдрен воспринял разверзнувшийся рядом с ним ад с непоколебимым спокойствием. С той же холодной сосредоточенностью он выпустил несколько стрел, а затем кувырком ушел вправо, увернувшись от атаки всадника, которым оказался никто иной, как сам барон Кальяди. Взбешенный противник не отступил после первой неудачи, развернулся и вновь разогнал коня, выставив копье в сторону эльфийского генерала. В ответ следопыт выпустил стрелу в правое колено лошади и с холодным спокойствием отметил, как боевой скакун упал на пожухлый мох, придавив собой седока.
— Бесчестный ублюдок, — прорычал барон, пытающийся высвободить ногу из стремени.
Конь ему в том совершенно не помогал. Животное жалобно ржало, пыталось подняться и тут же опрокидывалось назад, стоило опереться на поврежденную ногу. Тельдрен пообещал себе, что вылечит зверя по завершению битвы. В конце концов, конь был совершенно не виноват в том, что носил на своей спине никчемного подонка.
— Ты говоришь о чести, предатель? После того как сам восстал против сюзерена? После сожжения предместий Мирстока, ни в чем не повинной эльфийской деревни, после разрушения Деелена? Ты хоть помнишь, что значила для нас та крепость? Сколько крови пролили люди, эльфы и гномы, сначала защищая, а затем выжигая в ней гнездо демонов? Хотя откуда тебе помнить о подобном. Ведь прислужник Инферно думает лишь о собственном благополучии, — с этими словами Тельдрен опустил тетиву.
Барон взвыл от боли, упал на землю. Стрела пробила его правый локоть и осталась в ране, делая каждое движение мучительным. Впрочем, куда сильнее барона ранило то, что никто не мог ему помочь. Вокруг не осталось живых имперцев. Большинство из них погибли еще тогда, в первые секунды атаки. Когда столкнулись с объединенной мощью чародеев и трех существ седьмого ранга. Именно по этой причине Тельдрен мог не отвлекаться от разговора с Кальяди.
— Что же ты молчишь, предатель? Неужели тебе нечего сказать перед смертью?
— Мой сын. Вы убили моего сына, — прохрипел барон.
— Нет, это ты убил его ровно в тот момент, когда поднял восстание. Помнишь, как к тебе обратился наш тан? Помнишь, он просил тебя остановиться? Тогда ты ответил отказом, свои амбиции поставив выше долга, чести и семьи. И теперь сын и дочь заплатят за грехи своего отца.
— Я предупредил Мейлин. Сейчас она уже в трех днях пути от Гнесина. Вам ее не догнать!
— Ты так думаешь? — новый звон тетивы. — А мне сегодня сообщили, что настоятельница церкви в Гнесине до сих пор проводит службы и даже молится за благополучие своего отца. Кстати, ты ощущаешь помощь Владыки Света или все же он от тебя отвернулся? — с интересом спросил Тельдрен.
— Ты врешь! Ты врешь!
Страх придал силы барону. Он, наконец, освободился от стремени, вскочил на ноги… и тут же упал на землю, на сей раз получив стрелу в правое колено.
— Я говорю правду и клянусь в том именем Богини, — ответил Тельдрен и, насладившись ужасом в глазах предателя, добавил. — А теперь мы закончим разговор.
— Постой. Не убивай мою дочь, прошу тебя, не делай этого!!! — ненависть, гордость, высокомерие, барон отбросил все. В его голосе слышалась лишь мольба.
— Разве того, что в ней течет твоя кровь, не достаточно для вынесения приговора? — спросил Тельдрен и спустил тетиву.
Этот выстрел оказался смертельным. Спустя несколько секунд агонии мучения барона окончились. Тельдрен же спокойно повернулся к стоявшему невдалеке беорлингу.
— Потери?
— Потерь нет, генерал! Всю падаль вырезали, а сами не потеряли ни одного. У викингов, кажется, тоже убитых нет, только раненые, однако и они такими не долго останутся. Подлечат их девки!
— Превосходно. В таком случае организуйте охранение и соберите трофеи. Мы устроим здесь короткий привал, а затем направимся домой. Первой нашей целью станет Деелен.
— Слушаюсь! — бодро рявкнул гном.
— И еще, — жестом остановив бросившегося было исполнять приказ подчиненного, продолжил эльф. — Мне нужны твоя сила и секира.
— Что надо сделать?
В ответ Тельдрен молча указал на мертвое тело барона.
  
Глава 16. Глотка мира.
 
В первое мгновение я откровенно растерялся. Представьте себе, что вы ведете яростный, отчаянный бой, цепляетесь за безумную надежду, наконец находите путь к спасению и… оказываетесь в кромешном мраке. Признаюсь честно, первой моей реакцией была подступающая паника, которая не без труда, но была задавлена разумом. Отчасти успокоиться помогли шум множества людей, гномов и эльфов, находившихся невдалеке. Я даже мог сказать где именно, благодаря «чувству земли». Впрочем, в первую очередь меня интересовало местонахождение одной конкретной девушки и не без страха, я произнес ее имя в пустоту: