"Фантастика 2025-94". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)

Взяв в руки оружие, я встал в стойку, сделал резкий выпад, закрылся щитом, отступил в сторону и снова атаковал. Переходя из стойки в стойку, оценивал новые возможности, учась использовать ранее недоступную свободу действий. Чтобы полностью привыкнуть к новой броне требовалось много времени. Увы, сейчас в моем распоряжении имелось лишь пару минут и по их истечении пришлось отложить оружие, подозвав того гнома, что держал в руках маленький мешочек. Настала пора разобраться с остальными трофеями.
  
Содержимое мешка было незатейливо высыпано на ткань, разложенную прямо на камнях. Пред глазами предстали артефакты, собранные с мертвого тела князя Инферно — восемь колец и медальон. Я уселся прямо на каменную мостовую и задумчиво оценил представленные сокровища, решая какие из них взять себе. Забирать все было бы в корне неправильно. В конце концов, даже с новой броней язык не поворачивался назвать меня магом. Разве что очень скверным. Так что куда вернее было усиливать своих чародеев, отобрав себе лишь несколько артефактов. А вот каких именно, стоило подумать.
Для этого лучше всего было воспользоваться метод исключения. Вначале я отказался от всех артефактов, усиливавших магию материи — в моем войске существовало достаточно чародеев, владеющих этой школой. Затем я передал усевшейся рядом Кацуми простенькое на вид кольцо, с синим ободком. Оно, помимо прибавки к стойкости к откату, на пятнадцать процентов усиливало заклинания магии Разума, а потому подходило кицунэ как никому другому. Также был отложен в сторону и амулет на цепочке. Имеющийся «медальон жизни», усиливающий лечебные заклинания, все еще оставался вне конкуренции. В итоге мой выбор остановился на трех идентичных артефактах.
Кольцо ярости. +4 к силе магии, +4 к ментальной выносливости. На 15% увеличивает эффективность заклинаний магии Хаоса. 
Последний эффект являлся для меня совершенно бесполезным, однако и подчиненные также не могли бы им воспользоваться. Не было в моей армии тех, кто владел магией Хаоса. Однако эти кольца давали достаточно значительную прибавку к характеристикам, а насчет побочных эффектов… Я рассчитывал в будущем найти прелата достаточно высокого ранга, способного очистить эти артефакты, придав им лучшие свойства. Определившись с выбором, поменял наименее ценные из своих колец на найденные, а затем сложил все отвергнутые артефакты назад в мешочек. Он был передан в руки Тельдрена — в ходе нескольких проверок я убедился в том, что трофеи мой генерал распределяет честно, не выделяя любимчиков и не потворствуя своей расе.
Из всех вещей, что были принесены моркхазад, остались лишь несколько мотков веревки, что с первого, что со второго взгляда выглядевших весьма непрезентабельно. Так и казалось, что стоит приложить усилие, и они даже не разорвутся, а просто распадутся на части. И пусть я доверял своим подчиненным, от скептического вопроса не удержался:
— Вы уверены, что они выдержат нагрузку?
— Пусть эти веревки хрупки на вид, не стоит в них сомневаться. Это изделия демонов. А потому они крепки и стойки к жару. Почти невозможно разорвать их или сжечь. Лишь перерубить, — ответил Тельдрен.
— Превосходно. В таком случае я ими воспользуюсь. На тебе остается руководство армией. Твоей первой целью будет привести армию в Мирсток. Дальнейшие инструкции получишь, после того как доберешься до крепости. В Делене оставь лишь малый гарнизон. Окрестные земли все равно еще не скоро смогут стать для нас полезными.
— Должен ли я идти ускоренным маршем?
— Не торопись. Так или иначе, но армия не успеет к войне с чернокнижником. Так что нет смысла утомлять воинов.
Сказав это, я со вздохом поднялся на ноги и всмотрелся в небо. Нужно было выдвигаться в путь. Притом неудобства будущего перемещения заранее приводили меня в уныние.
— Удачи в битве, тан.
— Ты ведь знаешь, Тельдрен, удача мне не нужна, — задумчиво произнес я, одновременно отдавая приказ через ментальную связь. Ответ пришел мгновенно, транспорт обещал вскоре прибыть.
— Далин, ты ни о чем не забыл? Может быть, думаешь отправиться без меня? — наконец подала голос Кацуми.
— И в мыслях не было. Вот, даже веревку для тебя припас.
— И зачем же она нужна? — подозрительно спросила лиса.
— Сейчас узнаешь.
Окончание моего ответа потонула в реве ветра и пламени, раздавшихся над нашими головами. Невольно вздрогнув, я вскинул голову, рассмотрев феникса, спускавшегося на площадь перед донжоном.
Птица была хороша. Гигантская, больше трех метров высотой, десяти в обхвате крыльев. С бледно красным оперением, по которому пробегали язычки пламени. Этот огонь был главным оружием феникса, позволяя заживо сжигать врагов, имевших глупость подойти слишком близко. И даже сейчас, в мирное время, жар от птицы исходил вполне ощутимый.
— А вот и транспорт, на котором мы полетим, — мрачно сообщил я кицунэ.
Кацуми открыла рот, пытаясь то ли задать вопрос, то ли возразить, но затем замерла, явно обдумывая мои слова. Ее взгляд окинул спину феникса, на которой явственно плясали язычки пламени, коснулся крыльев, перешел к мощным ногам, без труда удерживавшим массивное тело. Несколько долгих секунд девушка всматривалась в птицу, а затем сглотнула и явственно побледнела. Во взгляде, брошенном на меня, промелькнула обреченность.
— Ты можешь отказаться.
В этот раз на меня посмотрели с раздражением. Действительно, было глупо предлагать подобное Кацуми. А раз она согласна составить мне компанию в пути, задерживаться не стоит.
  
Глава 2. Навстречу врагу.
 
Подхватив моток демонической веревки, я подошел к девушке и обвязал ее вокруг пояса и подмышек, тщательно проверяя крепость всех узлов. Затем проделал такую же процедуру с собой. Феникс сопроводил это действие пристальным взглядом. Возможно мне только казалось, но смотрел он иронично, предвкушая будущий полет.
«Подай лапу» — приказал я. Феникс немедленно исполнил требуемое. И уже через несколько минут концы обеих веревок оказались закреплены на толстых, будто древесные стволы, конечностях птицы. В этот момент вновь послышался шум ветра, а затем на мостовую опустились четыре валькирии. Крепкие, сурового вида воительницы, облаченные в серебряные доспехи. За их спинами крепились круглые щиты, в руках поколись копья, наконечники которых сверкали на солнце.
— Тан, мы готовы вас сопровождать, — провозгласила одна из дев битвы.
Приглядевшись, я понял, что уже видел эту валькирию, и даже воскресил ее в битве с демонами. Сейчас она выступала старшей среди своих соратниц, возможно ее статусу помог опыт, приобретенный в том сражении? Не важно.
— В таком случае, выступаем, — приказал я, обнимая Кацуми, а затем продублировал распоряжение по ментальной связи.
Феникс распахнул крылья. Сильнее повеяло жаром. На моем лице выступил пот, а кицунэ прикрыла глаза рукой. Затем исполинская птица оттолкнулась от земли и взмыла в небо. Тут же я почувствовал мощный толчок, ноги оторвались от земли, и тело оказалось в воздухе, болтающееся, будто воздушный змей. Ощущения от такого передвижения были не самыми лучшими и это еще мягко говоря. Я не чувствовал никакой опоры, дергался из стороны в стороны, ощущая каждый взмах крыльев. Рядом, плотно зажмурив глаза, летела Кацуми. В меня она вцепилась с такой силой, что вряд ли было возможно оторвать. Да и мои руки обхватывали ее очень крепко, инстинктивно боясь потерять в вихре ветра. Ко всем перечисленным невзгодам с каждой следующей секундой меня все больше мутило. Я дал себе твердый зарок никогда более не пользоваться подобным средством передвижения! А возможно и вовсе более не подниматься в небо. Успел проклясть себя за глупую идею и даже мимолетно обдумать вариант добраться до замка иным, намного более простым, хоть и болезненным способом. А затем в чувствах пришло облегчение. Феникс набрал нужную высоту и перешел в парение. Полет выровнялся. От него даже стало возможным получать удовольствие. В теории.