Звёздотрясение (ЛП)
– Прощайте, – сказал опустевшему экрану Пьер.
Он повернулся к Амалите. – Я уберу кристалл голопамяти, а ты пока займись проверкой противогравитационных резервуаров, – произнес он. – Пора возвращаться домой!
Вторник, 21 июня 2050 г., 06:40:10 GMT
Закрыв консоль, Амалита подплыла к люку в смежной стене. Сквозь толстое стекло крошечного иллюминатора она заглянула внутрь антигравитационного резервуара. Небольшая сфера, метр в поперечнике, была пуста, если не считать встроенной в стенку миниатюрной видеоконсоли с мультиэкраном. Внутри стенок емкости располагались батареи звуковых генераторов, создававших волны давления; те, в свою очередь, служили противодействием приливно-гравитационным силам, которые предстояло испытать экипажу, как только их корабль покинет безопасное убежище в центре крутящегося кольца из шести сверхплотных астероидов. Амалита нажала кнопки, которые вытравили из емкости воздух и заполнили ее несжимаемой водой. Еще одно касание органов управления, и генераторы звука окружили камеру своей защитной мантией. Точно в центре резервуара располагалась крошечная контрольная сфера, которая удерживалась на месте силой звукового давления. Амалита увеличила мощность аудиоимпульсов, а затем дождалась, пока шарик не вспыхнет ярко-зеленым светом. Удовлетворенная нормальной работой резервуара, она ударила по кнопкам, отвечавшим за очистку и перезапуск, а затем обошла центральную колонну, чтобы проверить очередную емкость.
Когда Амалита ушла, Сейко остановилась перед сферическим резервуаром и начала снимать с себя одежду. Раздевшись до бюстгалтера и трусиков, она надела гидрокостюм, предварительно достав его из шкафчика под люком, и ловко облачила в него свое бледное тело; тем временем у нее над головой в слабой гравитации корабля парила маска для подводного дыхания. Амалита прервала осмотр соседнего резервуара, опустила взгляд на свою блузку и, покраснев, нырнула вниз по туннелю к своему личному шкафчику с вещами. Вскоре она вернулась, и на этот раз движения ее верхнего туловища казались чуть более сдержанными.
К тому моменту, когда Амалита вернулась к открывавшемуся вниз люку, который был встроен в потолок комнаты отдыха, там уже был Абдул. Он успел раздеться до нижнего белья. Это были куцые европейские трусы в стиле «бикини». Белый атлас прекрасно контрастировал с мускулистой эбонитово-черной кожей. Подплыв к Абдулу снизу, Амалита крепко обхватила его за обнаженную талию.
– Дай-ка я помогу тебе с костюмом, – сказала она, уверенно зажав поручни у входа в комнату отдыха своими длинными, вышколенными балетом ногами.
– Эй! А ну прекрати! – завопил Абдул.
– Я просто пытаюсь помочь, – умильным голосом ответила Амалита.
– Даже не сомневаюсь. Знаю я вашу озабоченную гарвардскую породу. Только и ищете повод облапать инженера из MIT. Ну-ка, пусти. Я достаточно взрослый, чтобы одеться без посторонней помощи.
Несмотря на возражения Абдула, Амалита не отпускала его мускулистую талию, пока тот не продел обе ноги в штанины гидрокостюма. Затем, протолкнув его руки в рукава, будто одевая ребенка, она помогла его натянуть костюм до конца. Ее внимание слегка уязвило гордость Абдула, но Амалиту это не заботило; они возвращались домой, и сейчас было самое время для маленькой шалости. Широко улыбаясь, она взмыла вверх по туннелю, чтобы проверить верхний резервуар. Его люк располагался под проекционным столом звездного телескопа.
Амалита подплыла к столу и на мгновение опустила взгляд на матовую белую поверхность с изображенным на ней Яйцом Дракона. Теперь, когда технологии чила позволяли строить сооружения, видимые из космоса, на поверхности звезды появилось куда больше интересного. Внизу можно было разглядеть трамплинное кольцо Рая Светила. Оно уже использовалось, чтобы закидывать грузы на орбиту. В течение десяти минут с вершин восточнополярных гор прямиком в космос должна была устремиться игла космического фонтана. За мгновение до того, как она отключила проектор, внизу, будто раскаленная добела трассирующая пуля, пронеслась полярная орбитальная станция чила.
Вторник, 21 июня 2050 г., 06:45:10 GMT
Капитан Скользящий-среди-Звезд поднял три глаза к светящимся астероидам, составлявшим шестерку медленно плывущих в небе Очей Светила. Полярная орбита его космической станции проходила так близко от гигантской формации, что он даже мог разглядеть цилиндрическую наблюдательную башню, выдававшуюся с края сферического корпуса Драконоборца. Человеческий корабль выглядел холодно-черным, как глаз проститутки, и увидеть его можно было, лишь благодаря красным отражениям Очей Светила и желто-белого сияния самого Яйца. Он содрогнулся при одной мысли о жизни в таком ледяном месте и благодарно расправил подошву на теплой, горящей желто-белым светом палубе. Потребовался почти целый клособорот, прежде чем исполинское кольцо из сияющих планетоидов достаточно отдалилось от вертикали, чтобы перестать нависать «над» Скользящим. Тройка тревожно поднятых глаз оставили свою неутомимую вахту и примкнули к оставшимся девяти в привычном для всех чила волнообразном движении стебельков.
Движение глаз ускорилось, когда капитан прочувствовал вкусовое сообщение, бегущее по встроенному в палубу коммуникационному экрану. Через несколько оборотов должен был состояться запуск исследовательского ковчега, и команду изыскателей приглашали на финальную летучку. До собрания оставалось два дотоборота, а местом его проведения была выбрана конференц-зона, расположенная в противоположной части станции. За последний оборот трамплинное кольцо в Рае Светила без устали запускало в космос пилотируемые корабли, а гравитационные катапульты на восточном и западном полюсах тем временем вышвыривали на орбиту груз и оборудование. Катапульты были построены в глубокой древности, больше восьми человеческих часов тому назад. Крайне неэффективные, даже в сочетании с инерционными двигателями на грузовых шаттлах, они постепенно заменялись более современными аналогами. Сейчас для транспортировки чила по большей части использовались трамплинные кольца, но вскоре прежние способы почти целиком уступят место космическому фонтану.
Скользящий-среди-Звезд решил посетить собрание, хотя лично его это в общем-то не касалось. Но отправка ковчега к далекой звезде – отнюдь не рядовое событие. К тому же новых в обозримом будущем уже не предвидится. В силу бюджетных соображений Совет по Исследованию Глубокого Космоса принял решение ограничить флот исследовательских ковчегов до шести судов. Кораблям предстояло курсировать между интересующими их звездами, проводя рядом с каждой по несколько колоссов оборотов. Остаток флота, предназначенного для изысканий в глубоком космосе, включал в себя небольшую эскадрилью разведывательных судов и дюжину грузовых кораблей, отвечавших за пополнение припасов на кораблях-ковчегах и ротацию экипажа.
За первый этап изыскательных работ отвечали высокоскоростные разведывательные корабли, которые посещали потенциальные кандидаты среди нейтронных звезд, пытаясь отыскать объекты с интересной динамикой или признаками жизни. Один из недавно вернувшихся кораблей сообщил об инозвездных организмах, обнаруженных в двенадцати тысячах световых лет от Яйца. Это был уже шестой отчет о признаках альтернативной жизни, и первый, в котором речь шла о существах, обладающих разумом.
Скользящий-среди-Звезд уже видел снимки инозвездцев, когда тех впервые показали по головидению. Они были самыми уродливыми созданиями, которых чила доводилось лицезреть после людей. Новость, впрочем, быстро приелась. С тех пор Скользящий-среди-Звезд почти ничего не слышал об этих существах и надеялся узнать больше во время собрания. Передав командование станцией своему старшему помощнику, Датчику Горизонта, он направился по многосантиметровому коридору в конференц-зал, расположенный на противоположной стороне сферического флагмана.
Когда он вполз в просторную, чашеобразную комнату, то обнаружил, что там собралась целая толпа. Удерживаясь при помощи подошвы на установленных по всему скату упорах, не дававших чила соскальзывать вниз, он спустился ближе к центру зала, где создавалась более сильная гравитация. Он был почти на сантиметр ближе к миниатюрной черной дыре в центре станции и был рад хоть немного почувствовать себя под прессом силы тяготения, пусть даже она и не шла ни в какое сравнение с 67 миллиардами g самого Яйца.