Самая лучшая месть

Расстояние сократилось до нескольких футов, когда она налегла на руль, выворачивая «бьюик» влево, и одновременно ослабила давление на тормоз. Автомобиль вынырнул из-за автобуса на запрещенную полосу, разминувшись с задним бампером на считанные дюймы, и под острым углом устремился поперек шоссе.
Навстречу пулей летел новенький «фольксваген-жук», раскрашенный в тот бледно-желтый цвет, который природа приберегает обычно для бананов, птичек и тропических рыбок. Появление Кельды стало для сидевшей за рулем «фольксвагена» молодой женщины полнейшей неожиданностью. Она даже не успела оценить опасность и испугаться — лицо выразило только шок.
В следующий момент периферийное зрение зафиксировало промелькнувшее желтое пятно, но Кельда даже не поняла, было ли оно горчично-желтым, то есть автобусом, или неоново-желтым, то есть «жуком». Она даже не поняла, зацепила ли кого-то, потому что пришла в себя, только когда левые колеса «бьюика» прошуршали по усыпанной гравием обочине на противоположной стороне Арапахо-роуд.
— Черт!..
Машина остановилась. Два колеса на щебне, два — на асфальте. Автомобили проносились мимо в обоих направлениях, как будто ничего не произошло. Транспортный поток вернулся в норму гораздо раньше, чем ее дыхание.
Кельда подняла свалившийся на пол «ЗИГ-зауэр» и вернула его в кобуру. А потом еще целую вечность ждала, пока вереница машин прервется и можно будет выехать на свою полосу.
Выполнив поворот на Сто одиннадцатую улицу, Кельда осмотрелась. Красного пикапа видно не было. Она до предела выжала педаль газа, стрелка спидометра задрожала у отметки верхнего предела разрешенной скорости. На горизонте слева потянулись горы, укрытые розово-серыми шапками дождевых облаков. Солнце спряталось, небо быстро темнело, и на нем одна за другой выскакивали серебряные пятнышки звезд.
И никаких признаков приближения муссонов.
В отличие от Арапахо Сто одиннадцатая — улица почти пустынная. В тот вечер движение на ней было даже ниже обычного уровня. На протяжении последней мили навстречу Кельде попалось всего лишь несколько автомобилей. Позади, сколько она ни смотрела в зеркало, так никто и не появился. Тем не менее Кельда проверялась через каждую сотню ярдов. На всякий случай.
Она притормозила перед тем, как повернуть к дому. С севера навстречу двигался автомобиль, и Кельда решила пропустить его, а уж потом выполнить поворот. Автомобиль — мощный полноприводный внедорожник — проследовал своим путем, а Кельда доехала до конца улицы, где стояли почтовые ящики. Поставив «бьюик» на ручной тормоз, она вышла из машины, намереваясь забрать почту. Действие адреналина быстро заканчивалось, а боль в ногах так же быстро возвращалась, пульсируя в бедрах и икрах. Кельда все же добрела до столбика с оцинкованным ящиком…
Громкий сухой треск словно проткнул тишину ночи.
Кельда замерла.
Подняла руку. Нащупала кобуру. В следующий момент позади взвыл мотор, и ее оглушил рев двигателя, заработавшего вопреки рекомендациям производителя сразу на полных оборотах. Кельда повернулась, бросила взгляд на свою улицу, потом на Сто десятую, но так и не поняла, где же преследователь.
Свет фар ударил по глазам, но рев мотора уже начал стихать. Кельда услышала хруст гравия. Автомобиль приближался, но на довольно умеренной скорости. Кельда отступила за «бьюик» и опустилась на корточки. Действиями ее руководил отточенный многочасовыми упражнениями инстинкт, так что Кельда машинально расположилась за самым надежным барьером, который составили колесо и двигатель.
Из пелены повисшей над пустынной улицей пыли вырвался красный капот «тойоты». Солнцезащитный козырек по-прежнему не позволял рассмотреть водителя, да и тонированное стекло не стало прозрачнее. Поравнявшись с «бьюиком», пикап остановился. Кельда пригнулась, держа «ЗИГ-зауэр» в вытянутой руке.
Прошло десять секунд. Пятнадцать. Стекло опустилось на пару дюймов.
Кельде показалось, что из кабины потянуло дымом сигареты.
Затем мужской голос произнес:
 
— Добрый вечер, дорогуша.
«Прехост?»
Стекло поднялось, и автомобиль покатил на юг, в сторону Арапахо-роуд. Кельда провожала его взглядом, пока два красных хвостовых огня не слились в единую точку.
Взяв из машины большой фонарик и несколько полиэтиленовых пакетиков, Кельда прошла по улице к тому месту, где стояла «тойота». Фонарик она держала в левой руке, пистолет в правой. Луч света пробежал по дороге, однако определить точное место ей не удалось. Дважды Кельда останавливалась и приседала, чтобы осмотреть валявшиеся в придорожных кустах окурки. В обоих случаях они оказались несвежие.
В дальнем конце улицы вспыхнула еще одна пара фар. Заворчал мотор. Кельда отпрыгнула с проезжей части и перескочила через невысокий заборчик, ограждавший ее владения.
Машина приближалась. Кельда увидела, что водитель высунул из окна голову, и, не высовываясь, подняла руку с пистолетом. Ставший невесомым «ЗИГ-зауэр» повис в воздухе, как будто рука была подвешена к невидимому, наполненному гелием шару.
— Это я, детка. Айра.
— Черт бы тебя побрал, Айра. У меня чуть сердце от страха не лопнуло. Еще немного, и я бы тебя пристрелила.
Машина остановилась напротив нее. Двигатель умолк.
— Какого черта ты здесь делаешь? — раздраженно спросила Кельда.
Он покачал головой.
— Хотел заглянуть к тебе. Подъехал. Смотрю, твоей машины нет, а стоит какая-то чужая. Пикап. Парень за рулем, как мне показалось, наблюдал за домом. Я решил посмотреть, что он задумал, и проехал дальше по улице. Припарковался у заведения Лукаса и сделал вид, что иду в магазин. Оттуда и наблюдал. Ты его знаешь?
— Нет. Я ездила в Боулдер, к психотерапевту. «Тойоту» заметила на обратном пути и подумала, что за мной следят. Но потом он вроде бы отстал. Оказалось, что нет. Ты рассмотрел номера или парня за рулем?
— Нет и нет. Судя по всему, он в курсе, где ты живешь. Это плохо.
— Без тебя знаю.
— Что ему было нужно?
— Он проехал мимо очень медленно и сказал: «Привет, дорогуша».
— И все?
— И все. Похоже, ему важно было дать мне понять, что он знает, как меня найти.
— Но почему? Может это иметь какое-то отношение к Тому Клуну?
Она пожала плечами:
— Не знаю. Возможно. Может быть. В данный момент предполагать можно все, что угодно.
— А это не был один из тех парней, которые пытались запугать вас с Клуном по дороге из тюрьмы?
— Не думаю. Может быть, один из них. Но мне так не кажется. Голос другой.
— Я могу составить тебе компанию на сегодня.
— Не очень хорошая идея, Айра. Я устала и хочу только одного: лечь и постараться уснуть.
— Тогда уж позволь мне хотя бы зайти в дом и все там проверить.
— Айра, что ты собираешься делать? Ты же упадешь в обморок, если увидишь чужого в доме. Лучше уж я займусь этим сама. И не беспокойся, все будет в порядке. Позвони мне завтра, хорошо?
Он ответил не сразу.
— Ладно, пусть будет по-твоему.
Подождав, пока Айра уедет, Кельда продолжила поиски. Пройдя футов сто по дороге, она обнаружила еще два окурка. Один валялся в пыли, другой лежал на сухой травинке, будто мяч для гольфа на метке. Оба от сигарет одной марки. Эти два окурка — один сгоревший почти до фильтра — отличались от ранее найденных тем, что были свежие. Пользуясь одним полиэтиленовым пакетом как перчаткой, Кельда подняла оба и осторожно опустила их в другой пакет.
Потом, сужая круги, прошла по периметру вокруг того места, где предположительно стояла «тойота», но так и не нашла ничего такого, что могло дать подсказку относительно личности сидевшего за рулем мужчины. Ничего, кроме отпечатков шин.
Следующим объектом ее внимания стал дом, который Кельда тоже обошла вокруг, проверяя окна и двери. Внимательно осмотрела электрический провод, идущий к дому от столба. Проверила телефонную линию. Посветила на газовую трубу. Ничто не указывало на то, что кто-либо приближался к дому, пытался проникнуть внутрь или приготовил ей неприятный сюрприз.