Серебро и тайны (ЛП)

Страх, который я до конца не осознавала, пробежал по моей спине.
— Я… я не знаю, что…
Я не успела произнести внятную фразу, задняя дверь дома распахнулась, и матушка Улла вырвалась бурей выцветших юбок и растрепанных седых волос. Она сжимала свой посох, ее глаза в этот миг были яркими, сверкали. Они посмотрели на меня, моргнули и посмотрели с силой на фейри в ее саду. Двигаясь с ловкостью, какой я не ожидала от старой наставницы, она встала между мной и странным существом, подняла посох и указала им на фейри, словно могла бросить его в сердце существа, как копье.
— Уходи! — завопила она. — Еще не ночь Глорандаль, не Зимнее солнцестояние. Ты ничего не получишь от меня и моих.
Странно красивое лицо фейри склонилось в другую сторону, он лениво посмотрел на старушку.
— Эта смертная нарушила Клятву, — спокойно сказал он.
— Что? — охнула я.
— Бред! — матушка Улла зарычала и агрессивно шагнула к высокому мужчине. Она казалась маленькой и уродливой рядом с ним, но я ощущала силу, ощетинившуюся в ней. Она не могла сравниться с лордом Эледрии, но если дойдет до боя, она будет царапаться и рычать все время. — Тут никто Клятву не нарушал. Ты просто хочешь устроить проблемы. Я знаю тебя, хитрец Игендорн!
— Да? — голос фейри стал чуть напряженным, и его улыбка стала опасной. — Тогда, может, ты мне объяснишь, как и почему в мой разум проникла смертная не больше дня назад? Смертное присутствие, в котором я узнал юное существо, стоящее за тобой.
И тут я его узнала. Маленькое лицо, выглядывающее из-за ствола дерева, повзрослело, стало строже, красивее, величественнее. Но глаза были теми же. Золотыми, опасными. И неожиданно испуганными.
Это был сновидец. Разум с золотым лесом.
Я смотрела, как спина и плечи матушки Уллы напряглись, все ее тело будто завязалось в узел. Она указывала посохом на фейри, но повернула голову и оглянулась на меня.
— Скажи правду, девица, — сказала она, голос дрожал сильнее, чем до этого. — Ты ходила по снам без моего разрешения?
Во рту пересохло. Я не смогла бы говорить, если бы хотела. Я смогла лишь кивнуть.
— И ты прошла в сон, который не знала?
Был ли смысл оправдываться? Пытаться описать красоту мнящего сна? Извиняться и обещать больше так не ошибаться? Я перевела взгляд с потрясенного лица матушки Уллы на чересчур спокойного фейри. Я знала ответ. Я сжала посох, костяшки побелели.
Матушка Улла прочла ответ в моем молчании.
— О, — выдохнула она и закрыла глаза. — О, глупая девица.
Фейри сделал шаг, длинные ноги пересекли большой участок сада, сократили расстояние между ним и ведьмой округа. Улла повернулась к нему, но теперь ее ладони дрожали, как и посох.
— Ты знаешь закон, — фейри жутко нависал над старушкой. Против его яркой красоты она казалась маленькой и простой. — Ты откажешь мне в моих правах?
Она уже не боролась. Улла опустила посох и голову. Ее напряженное тело будто сдулось. Она шагнула в сторону и взмахнула рукой, признавая поражение.
— Делай, как должен, — сказала она и добавила с последней вспышкой возмущения. — Но помни, я сделаю все, чтобы вернуть ее!
Фейри посмотрел на нее свысока. Он снова сверкнул улыбкой.
— Я меньшего и не ожидал, леди Уллавита.
Он вдруг оказался передо мной, между нами не было барьера. Вблизи яркость его облика поражала. Казалось, воздух вокруг него источал жар, энергию. Я подняла голову и посмотрела на его чересчур идеальное лицо, обрамленное странными темно-зелеными волосами.
— Приветствую, смертная девица, — сказал он, скользнул взглядом по моей фигуре, медленно изучая меня, пока не дошел до моего лица. — Очаровательно, — произнес он, звуча удовлетворённо. — Скажи, как тебя зовут?
— Я… эм… — предупреждение звенело в голове, сотрясая пострадавшие ощущения. В последний миг я выдавила. — Не твое дело!
Его улыбка стала шире, стало видно белые острые зубы.
— Котенок шипит. Но ты боевая. Это хорошо. Тебе понадобятся пыл и дух для того, что я задумал.
Кровь гремела в моей голове. Я попыталась выглянуть из-за фейри, поймать взгляд наставницы.
 
— Матушка Улла! — закричала я.
Но фейри склонил голову, чтобы быть на уровне моих глаз.
— Нет, — сказал он. — Не смотри на нее. Ты теперь моя.
Я не успела отреагировать, еще раз вдохнуть, он коснулся длинным пальцем между моих глаз. Тьма быстро сомкнулась. Мои ноги подкосились, тело рухнуло. Я потеряла сознание, не долетев до земли.
9
Келлам
— У вас есть предпочтения, господин маг?
Я нахмурился от слов, плавающих перед уставшими глазами, с трудом поднял голову. В комнате сгустились тени. Когда стемнело? День пролетел, а я и не заметил, и окна, выходящие на восток, уже не впускали толком свет солнца. Я еще не зажег свечи, так увлекся работой.
Меня окружали высокие стопки книг на столе. Я сдвинул одну, чтобы увидеть, кто говорил. Знакомая кривоногая фигура стояла на пороге моего кабинета.
— О, Хэмир, — я отклонился на стуле и зажал переносицу. — Прости, ты задал вопрос?
— Я спросил, предпочитает господин маг чай на крыльце, чтобы насладиться остатками хорошего дня, или лучше принести его сюда?
— Чай? — глупо моргнул я. Мой разум был занят чтением, он не был готов для других мыслей. Чай. Еда. Точно. Я кивнул и быстро сказал. — Да, спасибо, Хэмир, — поняв, что я не ответил на вопрос дворецкого, я добавил. — Сюда. Пожалуйста.
Хэмир приподнял бровь, вышел из комнаты. Он не был рад новому господину, не скрывал этого. Он служил в Башнях Рорис, сколько я помнил, всегда слушался Висаменора. Мой предшественник вредничал с едой, одеждой, манерами и протоколом, и Хэмир жил, чтобы выполнять прихоти господина. Я глупо думал, что старый дворецкий будет рад менее требовательному господину, но первые дни в Рорисе быстро переубедили меня.
Хэмир оставил дверь приоткрытой, и я слушал его шаги, удаляющиеся по коридору. Тяжко вздохнув, я провел пальцами по своим волосам, пытаясь убрать пряди в аккуратную косичку на спине. Мои уставшие глаза пытались сосредоточиться на работе передо мной. Маг Висаменор собрал впечатляющую библиотеку для мага далекого округа. Это нельзя было сравнить с простором библиотеки университета мифато, конечно, но я не мог жаловаться. Висаменор годами старался собрать тут книги.
Но там не было ничего о рунах.
Я не был удивлен. Я не встречал мага, которого интересовали бы древние формы записи заклинаний. Мифато были сосредоточены на новом и современном. Но Башни Рорис были близко к Шепчущему лесу, в округе ведьмы, и можно было подумать, что Висаменора интересовали старые практики.
— Ну, — прошептал я, закрыл книгу перед собой, склонился и уперся локтями в стол, — эту брешь в понимании я хочу заполнить.
Хоть я устал, голова болела, и я ощущал тревоги из-за нового и еще неудобного положения, мои губы дрогнули в улыбке. Я не мог остановить эти улыбки весь день, несмотря на мои старания. Как было лучше изучить руны и их работу, если не попросить ведьму округа объяснить это? Тогда мне придётся быть близко к ученице ведьмы. Фэррин не сможет постоянно избегать разговоров со мной. Может, я смогу…
Вдруг за дверью появился шум. Шаги и рычание голосов. Я поднял голову, приподнял удивленно брови.
— Хэмир? — позвал я.
Голос дворецкого ответил, обычное спокойствие в нем граничило с паникой:
— Минутку, господин маг! Я скоро буду! — голос стал тише, и я прислушался. — Мадам, настаиваю, чтобы вы остались на кухне! Я вас представлю вашу просьбу магу Леокану.
— Представишь мою просьбу? Смешно, ведь я ничего не прошу! Отойди, жаба-пугало, или святым амулетом Элавинн я обеспечу тебе облик жабы и брошу тебя в ближайшем пруду по пути домой!
— Мадам, такой язык не приветствуется, особенно в доме…
— О, не приветствуется? Хочешь увидеть, что не приветствуется?
Я встал, отодвинул стул и поспешил к двери кабинета, выглянул в коридор и увидел две фигуры. Хэмир выглядел не так безупречно, как обычно, его камзол дворецкого был потрепан, и тонкие пряди рыжих волос торчали над его сияющим скальпом. Другой фигурой была старушка, низкая, узловатая, в платье в лоскутах тусклых цветов. Она держала посох ведьмы, и я узнал, кем она была.