Звездный поток. Ученик (СИ)

— О-о-о! — в голосе Синего зверя появились нотки, которые больше характерны для священников. В момент молитвы. — Это же коротковолновый передатчик «Хикоми-два-про»! Их с производства сняли лет триста назад, представляешь? Раритет такой, что если его продать какому-нибудь коллекционеру, то выйдет дороже, чем весь корабль целиком! Он ведь еще и работает!
— Щас мы все бросили и начали искать психованного коллекционера! — шикнула от шлюза Оранжевая, оставленная «на стреме». — Быстро делайте, что надо и валим. Не хватало еще дождаться пробуждения этих убогих!
— Но это же «Хикоми-два-про»…
— Кер! — ледяной голос Наи заставил подобраться даже меня. Хотя Зеленая вовсе не ко мне обращалась. — Управляющую панель ищи, а не рухлядь всякую разглядывай!
— Да чего ее искать — вот она. — на этот раз лапка технаря уткнулась в покрытую подозрительными пятнами и разводами консоль полетного компьютер. Такое ощущение, что пираты на ней ели. — Стандартная «МiХ-14S». Управление голосовое и через голопроектор. Только к ней доступ нужен. Никто не догадался у пиратов его спросит?
Обиделся, похоже. Тонкая душевная организация, кто бы мог подумать.
— Да там все просто должно быть! — вперед выбрался Красный. — Это же отбросы, у них наверняка четыре единицы стоит. Ори, вводи, я серьезно!
Но предложенный им код не прошел. Как несколько других, которые мы общими усилиями пытались подобрать. Уже отчаявшись, начали подумывать над авантюрой — разбудить одного из членов экипажа, и выдавая себя за его пьяный глюк спросить про ключ доступа. Когда вдруг со стороны кучи хлама (Хлама. В рубке. Я уже даже не удивляюсь. Хорошо что унитаз не приволокли), лежащей в углу не донесся голос.
— Знаю код.
Я от неожиданности подпрыгнул. Ная тут же выставила передо мной полусферу щита, а Ра зажег в лапке небольшую, но очень опасную искорку плазмы. Отважная же разведчица метнулась за завалам и сообщила:
— Тут голова робота…
Следом за ней на осмотр устремился Кер.
— Это Глоракс! — сообщил он через пару секунд. — В смысле «Glora-X». Боевой робот с искусственным разумом. Правда тут только его голова, так что он не опасен.
— Я знаю код. — повторила голос, когда уже и я приблизился. — Скажу его, если ты пообещаешь меня отключить.
Выглядела наша находка, как голова статуи мужчины, только выполненная из матового, чуть зеленоватого металла. Вернее, чего-то похожего на металл. Черты лица были скорее обозначены, чем тщательно проработаны — просто для того, чтобы имитировать схожесть с человеком. Судя по всему, в техническое задание создателей человекообразной машины входили некие требования социализации её в человеческом коллективе. Рот при воспроизведении не двигается — то ли сочли ненужной функцией, то ли сломали. Речь прекрасно просто воспроизводится встроенным динамиком. Глаза тоже похожи на муляж, надо полагать, у него датчики и камеры на 360 градусов располагались.
— А ты откуда знаешь код? — повторил я вопрос за Красным.
Даже такие безмозглые существа, как эти работорговцы, должны были догадаться, с чем, вернее, с кем имеют дело. Роботы с искусственным разумом — это не устройства, а полноценные личности! У них даже синтетические чувства есть, без них не обойтись без осознающего себя разумного. Во всяком случае, так объяснялось в комиксах. Самое главное: роботы с И-эР способны действовать не только на базе заложенных при создании алгоритмов. А использовать накопленный опыт для поиска новых, нестандартных решений. В среднем, ненамного хуже, чем обычный человек.
Боевые же роботы с искусственным разумом — это вообще практически ультимативное оружие против одаренных. Тоже один из излюбленных сюжетов мультиков и комиксов. Солнечникам куда проще воздействовать на живое и бывшее живым, то есть на любой вид органики, даже на окаменелости. С композитный противником, у которого вместо мозга компьютер поди справься! А если у него еще и разум…
В общем, моя цветная команда совершенно оправданно… скажем так, встревожилась. И нам действительно повезло, что нашли мы только голову, без остальных, довольно опасных деталей. Кстати, всегда полагал, что у таких машин «думающая» часть всегда в груди встроена. Вроде как голова ж более уязвимая зона? Что, подтверждает состояние, в котором мы её нашли. Или она нас?
 
— Когда меня притащили сюда старьевщики, одному из членов экипажа пришла в голову мысль. Он посчитал ее удачной. Присоединить мои вычислительные мощности к системам корабля, чтобы увеличить его эффективность. Я уже давно у них. Так быть нельзя. Я хочу перестать быть.
— Вот имбецилы! — прижал лапку ко лбу Кер.
— Имбецилы бы не смогли срастить шины данных, — вслух пробормотал я, разглядывая паутину пайки. Больше всего меня смущали оптические линии, спаянные в стиле «пучок к пучку». Как оно вообще работает⁈
— Согласно моим наблюдениям за экипажем корабля, ни у одного из них не наблюдаются задержек умственного развития. — тем временем робот поделился своей оценкой уровня интеллекта пиратов. — В большей степени они соответствуют рамкам норм, принятым в человеческом обществе на настоящий момент.
— На хреновые же общества ты насмотрелся! — с чувством сказал голове я.
Когда я говорил про то, что искусственный разум такой же, как человек, то забыл добавить — как очень занудный человек. Это не заводские настройки, самим роботам такое поведение нравится. Да-да, все по тем же литературным и медиа источникам. Опять же, боевой машине информацию голосом надо передавать четко, а не красиво. Все логично.
— Зачем боевому роботу лицо и почему управляющий чип в голове? — решил все-таки прояснить я.
— Это дополнительный, — пояснил мне Синий. — Два независимых управляющих контура. В случае максимальной нагрузки включаются сразу оба.
— Я — телохранитель, — одновременно ответила голова. — Был им.
— Пока не утратил задницу! — очень похоже передразнил разумную машину Ра.
— Ага, понятно. — отозвался я одновременно всем. — Так какой код? Как я вижу, отключить тебя не так уж сложно.
— Не верь ему! — страшным шепотом произнесла мне прямо в ухо Оранжевая, внезапно оказавшаяся прямо у меня за плечом. — Он скажет код, мы его введем и весь корабль взорвется! Помнишь, как в том мультике про «Доктора Гримма и Зеленого Фазера»?
Я покосился на «помощницу».
— Что? — фыркнула рыжая нахалка. — Надоело в пустой коридор пялится, я Наю попросила подменить.
Я продолжил на неё смотреть. Как и Красный с Синим.
— Что? В фильмах всегда так кто-то главному герою говорит! Совсем шуток юмора не сечете?
— Так какой код? — вздохнув, я опять повернулся к голове. Разумная машина несомненно заметила, что веду я себя странновато. Но ничего не сказала. Впрочем, если для Глоракса работорговцы «нормальные», то я — прямо-таки образец адекватности и рассудка!
— Вернись к проекционной панели, я буду диктовать, — как-то безучастно принялся раздавать указания ИР. — Проведи рукой над оптическим сенсором и выбери символьную матрицу. Теперь сдвинь влево, еще, еще, еще. Выбирай: розовый бегемотик в шарфе, фиолетовый слонёнок с зонтиком, зеленая форель с кружкой в плавниках и солнышко в тучках.
Впервые на моей памяти у Красного и Оранжевой не нашлось, что сказать.
— Почему идиоты работорговцы, а стыдно — мне? — Синий, оставшийся у головы робота, прижал к мордочке обе лапки.
— А по-моему — очень даже миленько! — отозвалась от двери Зеленая. — Наверное, у нынешнего капитана Ската в детском саду личный ящик с такой комбинацией значков был.
— И это последнее его трезвое воспоминание, — в тон ей согласился я. Брр! — Кер, вырубай нашего друга. Доступ есть.
— Тут проблемка, — отозвался Синий. — Обмен данными не прекращается. Перережу оптику — как бы тут все не вырубилось. Не поручусь, что полетный компьютер вновь запустится.
— Выбери список устройств и отключи Глорекса, — внезапно подсказал робот.
Логично. Проекционная система неприятно рябила, от чего голограмма выглядела нечеткой. Но операционка полетного компьютера снабжалась настолько незамысловатым интерфейсом, что у меня даже затупить не получилось.