Солнце сгоревшей вечности (СИ)

— И у тебя получилось, Лич? — я легонько тронула его за плечо.
— Я был молод и глуп, Лилита, и хотел обрести бессмертие.
Так себе желание, если честно, а реализация так вообще отвратительная. Версия с обманом была не далека от истины.
— А зачем тебе эта книга? — заинтересованно посмотрела на своего лже-фамильяра.
Мар поднялся из кресла и потянулся, словно большой дикий кот.
— Хочу вернуть то, что принадлежит мне, — его звериные глаза внимательно следили за мной. Это был взгляд голодного хищника.
— Ты родственник этого Даурлона? — я спряталась за спинку кресла, где так и сидел Лич.
Марбас расхохотался.
— Нахцерер не был демоном, он был чернокнижником и я убил его. Всё что принадлежало ему, я спрятал в своей сокровищнице. Видимо, после моей смерти её разграбили, и самые опасные артефакты попали даже в этот мир.
В животе жалобно заурчало, да так громко, что услышали все присутствующие.
— Это конечно всё очень интересно, но я пойду завтракать, Ника меня заждалась, а вы можете и дальше тут общаться.
С этими словами, я обогнула шахматный столик, и попятилась к выходу из библиотеки. Мне остро захотелось оказаться как можно дальше от демона, от его взора, пронизывающего насквозь. Останавливать меня никто не стал, следом тоже не пошёл, и я расслабилась. Хорошо, что Романов до сих пор не вернулся. Неизвестно, как бы учитель отреагировал на присутствие демона в своём доме. Я понадеялась, что Марбас поговорит с Личем и уйдёт. Он хотел, чтобы я ему доверяла, но отдал флэшку Кристоферу. Уверена, что это из-за него Аш закрыл цокольный этаж в академии. Злость и непонимание пока слишком сильно довлели надо мной, перебарывая странный интерес к демону, ворочавшийся в груди.
Ника удивлённо посмотрела на меня, когда я вошла в кухню, но ничего не сказала. Чай успел остыть, и я с удовольствием отпила из кружки, в надежде промочить пересохшее горло. Взяла с тарелки бутерброд с ветчиной, заботливо приготовленный подругой, и проглотила его за два укуса. Следом съела ещё один.
Ника воткнула в бисквитный шоколадный торт ровно девятнадцать свечей, поставила его предо мной и зажгла их.
— Загадывай желание, подруга.
У меня не было никаких желаний, кроме как разобраться в своих силах и чувствах, закончить семестр в академии, и продолжить мирное незаметное существование. Не так уж и много я хочу. Задула свечки с первого раза, а Ника захлопала в ладоши и обняла меня, после чего взлохматила мне волосы.
— Я больше не буду тебя коротко подстригать. Только представь себя с длинными белыми волосами, — она заговорщицки мне улыбнулась. — Настоящая Снежная королева.
— Скорее уж призрак этой Снежной королевы, побитый жизнью, — я пригладила ладонью пряди, торчащие в разные стороны, и получила от подруги тычок под рёбра.
— Заканчивай самобичевание! Не случилось ничего непоправимого. Ну, почти, — она прикусила губу. — Этот твой Кристофер прав, те люди были террористами и убийцами, и получили по заслугам!
С этими словами Ника плюхнула мне в тарелку приличный кусок торта. Такой же отрезала и себе.
Я молча жевала, думая, что в общем-то она права, но на душе всё равно было муторно. А если вернутся воспоминания? Тогда вообще можно сойти с ума.
— Ой! — Ника взглянула на часы, висевшие на стене за моей спиной. — Ко мне скоро придут клиенты, а я в таком виде.
Она принялась убирать со стола, но я её остановила.
— Иди, я всё приберу, и пойду отдыхать. Когда закончишь, поболтаем ещё, раз у меня сегодня внеплановый выходной.
Ника чмокнула меня в нос.
— Люблю тебя, — и упорхнула из кухни к себе, собираться.
— И я тебя, — улыбнулась ей в след, складывая тарелки в раковину.
Без особого энтузиазма я вымыла посуду, убрала остатки торта и бутербродов в холодильник. Зачем-то полила одинокий кактус на подоконнике, а после долго смотрела в окно. Погода на улице резко испортилась, набежали тучи, как бы обозначая, что осень уже вот наступила, и пора прощаться с тёплыми ненастными деньками. Понаблюдав за прохожими и машинами, я пошла в свою комнату. По пути заглянула в библиотеку, но там уже никого не было. Только слышались шаркающие шаги где-то на верхних ярусах. Наверное, Лич выбирал что почитать. Я не стала к нему подниматься, все равно разговаривать с ним, если только он сам того не пожелает, бесполезно.
 
Первым делом, набрала полную ванну воды. Из запасов Ники позаимствовала пахнущую лавандой пену и морскую соль. Мне хотелось смыть с себя все события минувшего вечера, и просто понежиться в тепле, которого стало остро недоставать. Обычно холодные руки, стали совсем ледяными, как и пальцы на ногах.
В горячую воду я залезла с большим удовольствием, подложила под голову полотенце, и на какое-то время расслабилась. Наверное, даже уснула, потому что не сразу различила чьи-то шаги в комнате, и решила, что показалось.
— Ника?
Я промокнула полотенцем глаза, подняла голову и вскрикнула.
В ванну вошёл Марбас. Он стянул с себя футболку и прямо в джинсах залез ко мне, расплёскивая во все стороны воду.
— Ты что вытворяешь?!
Я попыталась выбраться, но Мар просто прижал меня к своей груди, отобрал полотенце и бросил его на пол.
— Посиди спокойно, Ли, хотя бы пять минут, — устало, почти с мольбой в голосе попросил демон.
Мне не оставалось ничего другого, как послушно замереть, и слушать его прерывистое дыхание у своего затылка.
На руке Марбаса, покоящейся поперёк моего живота, проступили витиеватые спиралевидные узоры. Они тянулись от предплечья и выше. Часть из них начала тускло светиться, а остальные были еле различимы.
— Что это? — я не удержалась и провела по одному из них пальцем. Мышцы на руке демона напряглись, как и его грудь. Клянусь, я даже слышала, как учащённо забилось его сердце.
— В них моя сила. Когда узоры заполнятся, я стану выносливее и смогу, наконец, обращаться.
— Обращаться? В тигра?
— Нет, Малышка, — он глухо рассмеялся, — не в тигра.
— Тогда в кого? — я даже немного расслабилась, продолжая водить по завиткам подушечками пальцев.
— Придёт время, и ты обязательно узнаешь.
Там где я дотрагивалась до его кожи, свечение становилось ярче, и гасло, когда я отводила руку.
— Наша близость помогает мне быстрее восстанавливаться. Твоя сила питает мою.
— Моя сила? Как я могу делиться с тобой тем, чего у меня нет?
— Глупышка, ты даже не представляешь, сколько в тебе мощи.
Он касался губами моего плеча, шеи, и я чувствовала, как внутри сворачивается тяжёлый узел страха. Вода в ванне начала стремительно остывать.
— Боишься? Не переживай, я не трону тебя пока ты сама того не пожелаешь.
Всё это казалось чем-то неправильным, и в то же время… Плеск воды, касание наших обнаженных тел. Мокрая ткань джинс не могла скрыть его возбуждения. Узоры под кожей демона стремительно заполнялись светом. Меня бросало то в холод, то в жар. Я трепетала от его горячего дыхания на своей коже, и сжималась в комок, не совсем понимая, как себя вести.
— Ты отдал флэшку Кристоферу, — сказала твёрдо, в надежде отвлечься. Но голос всё-таки надломился.
— Хочешь сейчас говорить об этом? — он легко прикусил мочку моего уха.
Выдохнув, и собравшись с духом, я решительно выбралась из ванны, подобрала насквозь промокшее полотенце, и завернулась в него.
— Д-думаю, тебе лучше уйти, Мар, — прозвучало едва слышно, но безапелляционно.
Демон поднялся из воды. Выглядел он как древнее божество, ради которого его последователи могли бы прыгнуть хоть под поезд, хоть в жерло вулкана, если бы это гарантировало его безраздельное внимание к ним. Мне же, напротив, хотелось убежать на край света, лишь бы скрыться от этого дикого взгляда.
— А если бы сейчас на моём месте был он?
Я непонимающе уставилась на демона.
— Я говорю про твоего любимого феникса, — он недобро усмехнулся.
— Ты подслушивал? — опешила я. Неужели он мог слышать всё, о чем мы говорили с Никой?