Солнце сгоревшей вечности (СИ)

Я недоверчиво уставилась на него.
— И вы ему верите?
Кристофер пожал плечами.
— То чему я стал свидетелем, не оставляет мне иного выбора.
Феникс так и держал мои руки, и меня почти разморило от его тепла. Безотчётно захотелось обнять этого мужчину, уткнуться носом ему в шею и больше никогда не отпускать.
Какая же ты дура, Лидия!
— Я бы не рекомендовал вам сегодня посещать занятия и появляться в общежитии, — тем временем проговорил Аш. — Вы можете остаться здесь, — неуверенно предложил он. — Я попрошу Аллу Михайловну принести вам завтрак, она не станет болтать лишнего и…
— Я хочу домой! — перебила я мэтра ректора, поднимаясь на ноги и отходя в сторону, чтобы не поддаться своим странным желаниям. — В дом на Набережной. Вы можете меня туда перенести? Как вчера, ну вы поняли.
— Конечно, — согласился, но с явной неохотой. Улыбнулся. — Дадите руку, или мне бегать за вами по всей комнате?
Я прямо почувствовала, как опять покраснела. Сделала пару неуверенных шагов навстречу. Даже невинное прикосновение к его руке, вызвало дрожь в коленях, непонятное томление в груди и внизу живота. Меня обняли, совсем легко за плечи, почти целомудренно, но я всё равно потянулась к нему. Отвлекло лишь пламя, вихрем закрутившееся вокруг нас. Волна жара поднялась от пяток до самой макушки и схлынула.
Я покачнулась и обнаружила, что мы уже не в спальне Кристофера, а в полутёмной прихожей в доме Романова. Ещё очень рано. Ника явно спит, а Лич точно сидит в своей библиотеке.
— Навещу вас вечером, адептка ван Мор. Отдыхайте.
— Спасибо, — я нервно скомкала край своего одеяния. — Я верну вам рубашку… потом.
— Можете оставить себе, на вас она неплохо смотрится, — и после этих слов, столп огня охватил его высокую фигуру.
Некоторое время я просто стояла, обхватив себя за плечи, и таращилась в полумрак коридора. Аш давно исчез, но его слова продолжали звучать в моей голове. Он даже улыбнулся напоследок, хотя, наверное, просто показалось.
Не без усилия я собрала себя в кучу, и направилась сразу в спальню к Нике. Как оказалось, подруга не спала, а сидела на постели, уткнувшись носом в телефон. Заметив меня на пороге своей комнаты, она удивлённо распахнула глаза.
— Ли? Ты откуда здесь?
Молча забралась к ней в постель, закутавшись в свободный край одеяла.
Подруга потрогала мои волосы, с подозрением осмотрела рубашку, платье под ней и, увидев ожог на груди, охнула.
— Что произошло? Дядюшка Эст звонил вчера, сказал, чтобы я тебя не ждала.
И Романов уже знает. Наверное, Аш сразу сообщил ему.
— Ли!? Скажи что-нибудь! Ты меня пугаешь!
Я не собиралась плакать, но слёзы сами покатились по щекам. Нос распух, и я только всхлипывала.
— Эй, ты чего? — Ника обняла меня.
Я прижалась к ней, и продолжила беззвучно лить слёзы. Мы так и лежали какое-то время, а потом я стала рассказывать ей всё, что произошло за последние несколько дней. Всё, начиная с похода в «Адское Пламя» и заканчивая событиями вчерашнего вечера и сегодняшнего утра. Она слушала, не перебивая, а когда я закончила говорить, помолчала, и после резюмировала:
— Да ты влюбилась в него, подруга!
— Я ему не пара, очевидно же, — я вытерла нос рукавом рубашки (раз она теперь моя, могу делать что хочу). — Это всё из-за… — Я перехватила подругу за руку и… ничего. Ни тепла, ни холода, ровным счётом ничего.
Почему же я просто захлёбываюсь силой рядом ним? Хочу раствориться в огне чужой стихии, стать с ней единым целым. С ним… Слышать его голос, чувствовать его прикосновения, и сводящий с ума запах этого мужчины. А ещё просыпаться в одной постели, как сегодня утром, и знать, что ты в полной безопасности. Идиотка, ты Лидия, уж такое точно больше не повториться! Ты просто ребёнок, которого он взялся опекать. Зачем-то…
В книгах любовь описывают по-разному, и какими только эпитетами её не награждают. Не знаю, как по мне, так это просто ржавые вилы, торчащие из стога сена, и замечаешь их только тогда, когда они протыкают тебя насквозь.
— Точно тебе говорю, вы как две противоположности, а они, сама знаешь, притягиваются.
 
— Он был женат, — снова всхлипнула.
— Был! И давно, сама же рассказала.
— На к-княжнеееее, а я… я… чу-ч-ч-чело-о-о-о с белыми волосами.
Ника рассмеялась и обняла меня.
— Так! — она поднялась с постели, отобрала у меня одеяло. — Бегом умываться! Я на кухню, поставлю чай и достану пирог. Будем заедать твои любовные страдания сладостями! Лучшего лекарства всё равное ещё не придумали.
Я застонала, накрыв голову подушкой, но и её у меня отобрали, не оставляя никакого выбора. Пришлось подниматься и выполнять указания.
Моя комната находилась рядом с комнатой Ники. Я прошла в свою ванну, сняла платье, даже не расстёгивая рубашку. Долго смотрела на своё отражение, после чего взяла ножницы и под корень отстригла последнюю тёмную прядь. Я стала похожа на настоящее приведение, которое пересекло Грань и выбралось в мир живых, и теперь просто бродит тут, не зная покоя. Синяки под глазами лишь добавляли правдоподобности новому образу. Умывшись и почистив зубы, направилась в сторону кухни, но отголоски оживленной беседы привлекли моё внимание.
В библиотеке по обыкновению царил полумрак. Дедушка Лич сидел в своём любимом кресле, обложившись книгами, а напротив него, закинув ноги на шахматный столик, расположился Мар.
— Марбас?
Я в растерянности замерла на пороге, а они оба повернулись в мою сторону. Лич посмотрел скучающе и безразлично, а Марбас — заинтересованно. Его цепкий взгляд прошёлся по мне сканером, задержался на волосах и спустился к ногам. Я пожалела, что не надела домашний спортивный костюм, ведь подол рубашки едва доходил до середины бедра.
— Рад видеть, что ты в порядке, Ли, — Мар посмотрел мне в глаза.
Он ведь тоже знает. Аш сказал, что без его помощи всё могло закончиться совсем скверно.
— Как ты сюда попал? — я подошла к ним.
— Он из тех, кого не остановит защита. Будь с ним осторожнее, Лилита!
— Не сползай с темы, старик! — прикрикнул демон и его желтые кошачьи глаза угрожающе сверкнули. — Где гримуар Даурлона? Отвечай мне, умертвие ты ходячее!
— Я продал книгу почти сразу, — раздражаясь, Лич прочертил когтями глубокие борозды на деревянных подлокотниках кресла.
— Кому? — Мар подался вперёд.
— Какой-то женщине, — проскрипел Лич. — Я не запомнил ни её лица, ни имени. Но она точно была некроманткой, мы несколько раз пересекались в лавке зелий в торговом квартале. Сейчас, поди, и квартала того нет, давно одни дороги и небоскрёбы.
— Как удобно, — презрительно скривился Мар, явно не поверив ни единому слову.
— Что за гримуар? — мне стало крайне любопытно.
— Гримуар Даурлона Нахцерера содержит сакральные знания, благодаря которым он и стал этим, — демон раздраженно махнул рукой.
— Мэтр Эст говорил, что Лич заключил сделку с демоном, и тот его обманул.
— Ещё одна удобная теория, правда? — Марбас хищно усмехнулся, взглянув на умертвие.
— Книга сводила меня с ума, требовала невозможного, и я подчинялся, — прикрыв сочащиеся зеленью глаза, устало проговорил полумёртвый родственник Романова. — До тех пор, пока не нашёл в себе силы сопротивляться её внушению. Отдал за гроши, лишь бы больше не знать, где она, не слышать голоса в своей голове.
— Но ты ведь всё равно до конца не избавился от её влияния?
Обтянутое тонкой кожей лицо Лича исказилось, клацнули зубы.
— Иногда до меня доносятся отголоски её зова, но в них давно нет былой силы.
— Как и в тебе самом, ты просто мешок с костями, — Марбас задумчиво почесал затылок. — Возможно гримуар ещё в этом городе.
— Как книга может кого-то звать? — я удивлённо моргнула.
— Даурлон создал не просто книгу. Страницы гримуара написаны кровью его жертв. Сущность, обитающая в нём — искалеченное и зловредное существо, оберегающее секреты своего создателя. Тот, кто читает книгу, видит лишь то, что захочет показать ему дух. С ним можно договориться, но не у всех это получается.