Снегурка для опера Морозова

Настя с моего телефона звонит в компанию, бормочет что-то про потерянный блокнот и просит еще раз продиктовать адреса заказов на сегодня, а я договариваюсь с парнями. Вещдоки вернем вечером, никто в суете и не заметит, что мы с Настей вынесли их на несколько часов. У них же занимаю денег на подарки, сигареты и ужин.
Садимся в мою машину. Как без прав буду кататься, это отдельный вопрос. Надеюсь, с коллегами договоримся в случае чего.
  
Грею движок, прикидывая, где удобнее всего по маршруту купить подарки детям. Заглядываем с Настей в супермаркет. На нее все оглядываются. Красивая в этом костюме. И шубка дороже, чем та, в которой она ко мне пришла. Мех пушистый трет ее щеки. Они розовеют. В глазах отражается блеск разноцветной мишуры и шаров.
– Вот такие можно, смотри, – показывает мне на картонные коробочки. Внутри сладкий подарок и мягкая игрушка-символ года «Дракон».
Покупаем и едем с ней по заказам. Полный скепсиса, поднимаюсь в первую квартиру, а выхожу оттуда заряженный давно забытыми эмоциями. Во второй подвыпивший отец предлагает мне стопку. Ловлю обеспокоенный взгляд Насти.
– Извините, я за рулем, – мягко отодвигаю от себя алкоголь. – Олени не любят запах перегара, знаете ли. Завезут не туда, а нас еще дети ждут.
Снегурка моя выдыхает, а мама малыша улыбается.
Третий заказ отрабатываем легче всего. У Насти урчит в желудке, я смеюсь.
– Извини… те, – обнимает себя руками.
– Давай уже окончательно на «ты», ладно? Сейчас в магазин заедем, возьмем что-нибудь пожрать себе и банде.
– Банде?
– Ваське и Михе, – напоминаю ей.
– Ааа, хорошо, – кивает и устало закрывает глаза. – Ой, а мне же домой надо! – спохватывается она. – Там же тоже Миша…
Но я упрямо везу ее к себе. Сам пока не знаю, нахрена. Хочу.
Паркуюсь около продуктового. Поднимаю взгляд и не мигая застываю на до боли знакомом силуэте. Руль, кажется, сейчас лопнет в моих руках. А бывшая, врезаясь каблуками сапог в ледяной нарост на тротуаре, направляется прямиком к Коновалову. Как будто специально ждал меня здесь. Стрельнув взглядом в мою тачку, подпол обнимает теперь свою женщину, разворачивает ее в наилучшем ракурсе и впивается в рот как пацан, блять, пытаясь зацепить меня побольнее!
Херово, что у него получается. Хочется выйти из тачки и доломать ублюдка, а Галка смеется, прячась у него на шее. Тоже мне, скромница! А то я не знаю, как ты стонешь и трахаешься. И то, какая ты продажная тварь!
– Дениска… ой, прости, Денис. – тихо зовет Настя, пока я играю желваками и пытаюсь погасить в себе желание, добить собственную карьеру.
Нет, подпол. Не прокатит! Хоть сожри ее на глазах у всех.
– Чего? – резче, чем надо бы, спрашиваю у Снегурки.
– Ты… вы… – мучается она, – Будто тень на лицо упала. Черная и мрачная. Страшно стало.
– Да нет, нормально. Сейчас пойдем. Сигареты найду только, – шарю ладонями по карманам куртки.
Чиркнув зажигалкой, крепко затягиваюсь и выхожу из машины. Открываю дверь Насти и помогаю выбраться на улицу, специально больше не глядя в сторону своей бывшей.
– Это твоя жена? – шепчет догадливая Снегурка.
– Угу, бывшая, – бурчу под нос и выкидываю окурок в урну.
– Как некрасиво она себя ведет, – Настя важно берет меня под руку, а я лишь посмеиваюсь. Слово-то какое выдумала – «некрасиво». Всю мою жизнь можно подогнать под него.
 
Глава 11
 
 Анастасия 
Бывшая садится в машину к тому неприятному подполковнику и они, слава богу, уезжают. А мы идем к магазину. Крепко держусь за локоть Дениса, чтобы не упасть и едва за ним поспеваю. В голове не укладывается, как можно было бросить такого мужчину. Он же такой… такой… Кидаю украдкой взгляд и вздыхаю. Огромный, сильный, смелый. Хоть и немного хмурый, а иногда еще опасный и злой. Но это от того, что недолюбленный.
– Ты чего улыбаешься, Снегурка? – Денис подозрительно прищуривается, словно мысли читает.
– Просто так, – щеки мгновенно вспыхивают от смущения. Попросту поймал меня с поличным.
– Ну-ка признавайся, что задумала, – хмыкает он и открывает передо мной дверь.
– Ничего.
– А говорила никогда не врешь.
– А я и не вру, – хихикаю, сбегаю вперед и мгновенно теряюсь между рядами.
Попадаю в отдел с новогодней атрибутикой и невольно зависаю, любуясь яркими шарами, блестящей мишурой и разноцветными огоньками гирлянд. Здесь особенно отчетливо ощущается новогоднее настроение. Хочется зарядиться атмосферой праздника.
– Попалась, – над ухом раздается грозный рык и сильные руки сходятся на моей талии.
Взвизгиваю от неожиданности и начинаю смеяться.
– Дурак, – толкаю Дениса в плечо.
– Есть немного, – смеется он и указывает на пустую тележку. – Предлагаю все же начать.
– А что хочешь на ужин? – берусь за поручень и толкаю транспорт в сторону продуктов.
– Я все люблю, что горячее и не сырое, – Денис небрежно пожимает плечами. – А ты?
На пару мгновений замираю, визуализируя то, что хотела бы съесть.
– А я картошку жареную, – мечтательно улыбаюсь. – С золотистой корочкой и солеными огурчиками.
– Бля-я, – стонет Денис. – Я сейчас слюной захлебнусь. Берем, и селедку в придачу.
– И газировку, – добавляю довольно.
– Заметано.
Закупаемся и выходим из магазина. Укладываем покупки в багажник и едем домой. К Денису. Так непривычно. Но в то же время волнительно. А еще не покидает такое очень приятное ощущение удовлетворенности. С Мишей никогда такого не бывает, а сейчас прям накрыло.
– Ой, мне же домой надо, – с надеждой смотрю на Дениса. – Я приготовлю тебе ужин, а потом поеду, хорошо?
– Угу, я сам отвезу, – напряженно выдавливает он, трогается с места и резко выруливает на проспект.
До дома едем в тишине. Денис паркуется напротив подъезда. Помогает мне выйти и забирает из багажника пакеты с продуктами и одеждой. Поднимаемся наверх. Он засовывает руку в карман и хмурится.
– Что случилось?
– Ключей нет от квартиры.
– Как нет? – округляю глаза.
– Да сам не пойму.
Денис ставит пакеты на пол и вновь проверяет карманы. Затем и вовсе выворачивает наизнанку.
– Дырка.
– Чего?
– В кармане у тебя дырка, – показываю ему и не могу сдержаться от смеха.
– Какая еще… точно.
Он снимает куртку и встряхивает. Ключи звякают где-то внутри. Качнув головой, Денис просовывает руку под подкладку и выуживает связку ключей. А еще пачку сигарет и свой кошелек.
– Портмоне, блядь, – озадаченно хлопает ресницами, а я качаю головой.
– А я говорила, что никогда не вру, – довольно вздергиваю подбородок.
– Да-а, косяк вышел, – хмыкает Денис, открывает дверь и пропускает меня вперед. – Придется прощение вымаливать.
– Придется, – хихикаю я, но на самом деле нисколько не злюсь. И простила его сразу. Не могу долго злиться, мне не нравится носить этот негатив в себе.
Прохожу, как к себе домой и сразу иду на кухню. Кормлю кота и ёжика. Васька недовольно мяукает, потому что еж его обижает. Нет, так не пойдет.
– Миша, зачем ты его укусил? Он тоже хочет кушать. Да, Васенька?
– Миха вперед себя никого не пускает, – Денис появляется в кухне вместе с пакетами. – И не важно, что миски у них разные. Дедовщина, мать его!
В шубе Снегурки чистить картошку не очень удобно, поэтому Денис выдает мне свою футболку. Она мне как платье почти до колен. Только с плеча сползает. Но это уже мелочи. Пока чищу картошку, болтаем ни о чем.
– Бабушка научила меня фирменному рецепту, – с гордостью делюсь я. – Она у меня очень хорошей была.
– А родители где?
– Они в аварии погибли, когда я совсем маленькой была. Я их и не помню почти.
  
Денис внимательно следит за мной. От его взглядов мне становится как-то неспокойно. В груди непривычно дрожит, а сердце колотится быстрее.
– А жених? – взгляд становится тяжелее и словно проникает под кожу.
– Миша? – на автомате переспрашиваю.