История трёх судеб. Игра богов (СИ)

Шедший первым Венториэль остановился, рассматривая жителей деревни и ожидая от них первых действий или слов, не зная, как реагировать на их ступор. В отличие от него, Виктор дотронулся до дара и гулял между огоньками разума людей, но ничего полезного выведать пока не смог, потому что не понимал их мыслей. Неожиданно какая-то женщина схватила маленького ребенка и бросилась в дом. Дверь из веток хлопнула за ней с характерным глухим звуком. Все остальные начали переглядываться и шептаться друг с другом, пока вперед не вышел человек и не поднял руку. Это оказался мужчина, высокий и худой настолько, что Миа смогла разглядеть его ребра. Одет он в распахнутую рубашку и штаны, одежда явно сделана своими руками, кое-где просвечивались дыры и неровные стяжки. На ногах лапти из травы, посеревшие и начавшие рваться, ведь осень стояла в полном разгаре.
Незнакомец начал говорить на незнакомом ей языке, и брови беглянки взмыли вверх. Девушка и представить не могла, что на территории их страны живут люди, никак не связанные с государством и городами. Одевающиеся и полностью обеспечивающие себя сами. А уж про то, что у них свой язык, об этом и думать не хотелось. Теперь становилось понятно, почему Виктор не разузнал на расстоянии о том, что требовалось. Парень не владел языком и не разбирался в мыслях здешних жителей. По спине побежали мурашки. Когда мужчина закончил, все, находившиеся на улице люди упали на колени, закрыли глаза и подняли руки к нему издав общий хор голосов.
Первым решил все это прервать лидер совета. Зная, что он здесь единственный, кто понимает о чем речь и что происходит, Венториэль отпустил поводья коня и вышел вперед, успокаивающе вытянув руку. Когда его голосом начали произноситься до этого незнакомые Миаленике слова, она еще больше восхитилась возлюбленным. Пока он говорил, Кленские осторожно приблизились друг к другу и с опаской наблюдали за выражениями лиц слушателей, Миа глазами, Виктор – даром. Понять, что именно парень вещает, не представлялось возможным, язык не походил ни на один из тех, которым их учили дома или Виктора в совете. Закончив, Вент сделал жест рукой, словно поднимает всех с земли, его послушали и люди снова встали на ноги. Теперь дочери герцога на самом деле стало жутко, в глазах жителей появился искренний страх.
Худенький мужчина принялся махать руками, толкать людей в разные стороны и что-то выкрикивать. Спохватившись, жители засуетились, и начали бегать туда сюда, что-то таскать, переговариваться, спотыкаться. Возникла суматоха и давка. Пока спутники пытались понять происходящее, Венториэль вступил в спор с ходячим скелетом, упорно доказывая ему свою точку зрения, но тот постоянно отрицательно качал головой и говорил одну и ту же фразу по несколько раз. Наконец лидер совета не выдержал, он уверенно указал пальцем сперва на девушку у себя за спиной, а затем и на Виктора.
Мужчина осмотрел Миаленику презрительным взглядом, фыркнул, но кивнул и начал выкрикивать что-то еще в толпу. Уткнувшись лицом в ладонь, лидер совета отошел к спутникам и тяжело вздохнул. Видимо парень пожалел о визите в эту деревню, раз его лицо так сильно перекосилось. Сейчас беглянку больше всего интересовало, что в разговоре касалось лично ее, раз серые глаза мужчины так внимательно изучали гостью, на брата которой он так и не взглянул. Задавать какие-то вопросы Венту не пришлось, тот сам прекрасно понимал, что от него требуют объяснений.
– Они решили, что я бог, спустившийся с небес и пришедший к ним, дабы наказать за грехи и непочтение. У них есть древние рисунки, в точности изображающие мое лицо, это ввело их в заблуждение. Это староста деревни и он уже хотел отобрать для меня лучших женщин, чтобы задобрить разгневанного бога, – в то время, как Виктор с трудом сдерживал смех, гнев постепенно появлялся в глазах Миаленики и лидер прекрасно это видел. Его даже забавляло наблюдать за тем, как происходят эти изменения с ней от каждого слова, – но я заверил его в том, что для меня это не требуется, а вот мой спутник был бы очень рад. Поговорить с теми, с кем нам надо сейчас не выйдет, требуется ждать до утра, – поспешил успокоить ее Венториэль и ударил предателя по плечу в знак поддержки, словно говоря: не стоит благодарности. Брови Виктора приподнялись, и тут их окружили пять девушек в возрасте от восемнадцати до двадцати, по крайней мере так показалось Мии. Они выглядели старше ее, и их фигуры говорили о том же. Первые минуты Кленский сопротивлялся, пока те пытались его увести, но затем смирился.
 
– Это так необходимо? – поинтересовалась дочь герцога, наблюдая за тем, как брата утащили в один из самых крупных домов и его голос заглушался остальными криками людей.
– Да, иначе они могли подумать, что разгневали богов своим предложением и все могло обернуться для нас еще хуже. Мы не вытянем из них ни слова, если вся деревня упадет на колени и будет молиться от утра до вечера. Кто знает, что у них на уме и во что они верят, – принявшись отвязывать самое необходимое от седла, парень передал поводья лошадей в руки подбежавшего подростка лет тринадцати, а сам взвалил сумки на плечо. Вернулся староста, почтительно поклонился и указал на дом в самом центре.
– Откуда вы знаете их язык? – задала больше всего интересующий ее вопрос Миа, когда Венториэль поблагодарил мужчину и сделал приглашающий жест в нужную сторону.
– Это язык, на котором написаны большинство легенд и книг во всех библиотеках замка. Его придумали люди, чтобы попытаться скрыть мысли от богов, не понимая, что тем и без языка все понятно. Нам отдали этот дом в полное распоряжение на время нашего пребывания. Здесь мы можем отдохнуть с дороги и присоединиться к ним на ужин. Все вопросы и дела придется решать завтра, когда говорящий с духами вернется из мира духов, – отворив дверь, сделанную из переплетенных веток, листьев и коры деревьев, Вент проследил за тем, как дочь герцога тяжело вздохнула и забралась внутрь. Никакой мебели там не оказалось, лишь расстеленная на полу солома, игравшая роль кровати и в углу сложены камни, образуя подобие камина. Через всю комнату протянута веревка для одежды.
– Отдых – это как раз то, что нужно моим ногам, вот бы еще ванну принять, но придется обойтись без этого, – поняв, что она сказала это вслух, Миа покраснела. Закрыв дверь, Венториэль отрицательно покачал головой и скинул сумки на пол в другой угол.
– Мне пришлось сказать, что мы женаты, староста никак не хотел лишать меня того удовольствия, которое сейчас достается Виктору, это был единственный выход. Надеюсь вы не против? Из-за этого и дом нам выделили один, – честно признался лидер совета, а на лице беглянки возникла улыбка. Как ему в голову могла прийти мысль, что она окажется против? Отрицательно покачав головой, девушка опустилась на солому и вытянула ноги. Мышцы ныли от усталости, глаза все еще закрывались, сейчас для нее в приоритете был отдых, и Миа просто откинулась на спину, вытянувшись на полу.
– Будете мне должны, потом с требую с вас за это, – в шутку пробормотала она и поняла, что парень накрыл ее одеялом, вытащенным из принесенных с собой сумок. Она его уже не видела, так как закрыла глаза, но ощущала присутствие возлюбленного рядом. Венториэль сидел сбоку и смотрел на спутницу. Сейчас девушке было все равно, она не спала почти двое суток, не считая пары часов в дороге, и он понимал, для чего все эти муки. Хенорп мог прийти к ней в сон в любой момент, а Миа не знала, как проснуться самой и избавиться от его присутствия. Ей была невыносима мысль о том, что бог хочет ней сделать, а лидер совета ничем не сможет помочь.
А может все-таки может. Сидя в хижине из дерева, травы и веток, лидер совета всерьез задумался над этим. Совсем недавно поцелуй вызывал у него противоречивые чувства, и парень злился на девушку, посмевшую коснуться его губ, а сейчас в голове крутились мысли о большем, и это на самом деле пугало Вента. Рядом с ним закутавшись в одеяло, крепким сном спала совсем юная дочь герцога, со стороны Хенорпа просто омерзительно сделать с ней что-то подобное, ведь она еще совсем ребенок. Вздохнув, лидер вышел из дома, он не мог оставаться рядом с ней и думать о подобном.