Король клетки (ЛП)

 После предложения Брэна сразиться со всеми желающими, гости приступили к делу. Люди Брэна организовали импровизированное кольцо из стульев, и зрители собрались вокруг, готовые наблюдать, обмениваясь деньгами. Сол пошла поговорить со своей семьей, такая тихая, что у меня защемило сердце. Я должна была объясниться с ней.
 Энрико горячо спорил со своим отцом и братом. Я уже собиралась отойти, как огромная рука сомкнулась на моем запястье.
  
— Довольна своей работой?
 Брэн возвышался надо мной. Он снял пиджак и расстегнул белую рубашку. Его красивое тело украшало еще больше татуировок. Я изо всех сил старалась не пялиться. За годы работы в семье Де Санктис я повидала немало чернил, но тату Брэна разительно отличались и были уникальными. Половина из них были тюремными наколками, остальные - кельтскими узорами. Особенно красивая располагалась над его сердцем. Длинная прямая линия с другими, более короткими, пересекающими ее через равные промежутки.
— Кто-то должен был оживить эту вечеринку. Не за что, – заявила я, отвлекаясь на его великолепное тело.
 Брэн рассмеялся, и этот звук странно подействовал на меня. Он был теплым и приятным, как ванна. Мне захотелось окунуться в него. Эта мысль неприятно удивила меня. Я была не из тех, кто ищет комфорт. Я занималась жестким сексом, и сбегала после этого, ни разу больше не вспомнив о парне. Так я удовлетворяла свои физические потребности, и не собиралась ничего менять. Особенно ради такого мужчины, как Брэн. Он не был похож на того, кто станет лежать на спине, передав мне контроль, а после позволит мне уйти невредимой. Он был опасен, и все же, похоже, я заставила его поверить в то, что позволю ему делать со мной все, что он захочет, в обмен на избиение Энрико.
— Что ж, тебе это прекрасно удалось. – Брэн отпустил мою руку и вернулся к снятию рубашки.
 На этот раз я смотрела, не стесняясь, как и все остальные женщины в комнате (и некоторые мужчины). Его торс был прекрасен. Мускулистый, покрытый чернилами и шрамами. Я хотела провести губами по каждому сантиметру.
— Мои глаза здесь, Джада, – пробормотал Брэн с улыбкой.
 Я облизала губы и вздохнула.
— Я знаю, но они не сравнятся со всем этим. – Я обвела рукой его тело. — Хотя, думаю, ты и сам это знаешь. Итак, будешь моим чемпионом?
 Брэн обдумал мои слова, а затем кивнул, отбрасывая белую рубашку в сторону. Он полностью повернулся ко мне и хрустнул костяшками пальцев.
— Если ты спрашиваешь, вырублю ли я этого парня и любого другого, кто бросит мне вызов, то ответ - да, и сразу после этого я займусь тобой.
 Меня обдало жаром от его низкого, опасного тона.
— Что это значит?
— Это значит, иди в туалет, сними трусики, наклонись над раковиной и жди меня. Сегодня ночью, малышка, ты моя.
 От этих слов и абсолютной уверенности в его тоне у меня запылали щеки.
 Я прочистила горло.
— Сильное заявление. Давай сначала посмотрим, сможешь ли ты выиграть, ирландец. Может, это тебе достанется… но не волнуйся, я слышала, что Сеприано не особенно одарен в области паха, так что, возможно, будет не слишком больно.
 Моя колкость вызвала у него лишь ухмылку. Он протянул руку и провел пальцем по моей щеке. Его прикосновение обожгло.
— К сожалению для тебя, обо мне нельзя сказать того же.
 Жар, разливающийся по мне, превратился в лесной пожар. Я сглотнула, почувствовав внезапную сухость в горле.
— Очень смешно, – пробормотала я, нервничая сильнее, чем хотела признавать.
 Тогда он одарил меня такой порочной ухмылкой, что сам дьявол мог бы им гордиться.
— Это не шутка, это извинение. Боюсь, после того, как я с тобой закончу, ты будешь странно ходить еще неделю. Жди меня, Джада. Я не задержусь надолго.
3. Джада
 Вскоре после этого начался бой. Уровень кровожадности зашкаливал. Толпа взревела, когда Брэн расправил свои огромные плечи и встал напротив первого соперника, достаточно пьяного и самонадеянного, чтобы думать, что у него есть шанс против ирландца. Брэн не стал затягивать. Бросив на меня многозначительный взгляд, он вырубил первых трех парней с одного удара.
 Заклятый враг или нет… это было горячо.
 Сол стояла рядом со мной, сжав руки в кулаки.
— Ты в порядке? – спросила я ее.
 Она пожала плечами.
— Конечно. Это не первый раз, когда ты нравишься кому-то больше, чем я. Почему я вообще дружу с тобой, напомни мне еще раз? – Сол усмехнулась и подтолкнула меня локтем, но ее тон был унылым.
— Я переживаю за тебя, – призналась я, мое сердце учащенно забилось, а ладони вспотели.
— Серьезно, все в порядке. Глядя на Энрико сейчас, трудно понять, что я находила в нем привлекательного, – произнесла Сол.
 Я вернула внимание на импровизированный ринг. Брэн с легкостью расправлялся с соперниками - Потерянный Мальчик Адской Кухни был в своей стихии. Энрико, с другой стороны, представлял собой бледное, дрожащее месиво в углу. Его друзья пытались поддержать его, хотя было очевидно, что он перепуган до смерти.
 Наблюдать за тем, как Брэн О'Коннор, враг моего брата, с легкостью доминирует над всеми, кто выходит против него, было самым сексуальным зрелищем в моей жизни. Мои трусики были в беспорядке. Я не могла контролировать дикую похоть, бушевавшую во мне, когда смотрела, как Брэн пробивается сквозь ряды мужчин, которые всегда втайне считали, что смогут сравниться с О'Коннором.
 Я не могла отвести от него глаз, мысли о проблемах впервые за весь вечер вылетели из моей головы.
 Если переспишь с ним, Элио убьет тебя, – напомнил мне тихий голос. Может, пришло время моему брату понять, что я уже взрослая и могу делать все, что захочу и с кем захочу.
 Когда, Энрико, наконец, сдвинулся с места, Брэн повернулся и снова нашел меня в толпе, его взгляд встретился с моим, а затем многозначительно скользнул вниз. Напоминание. Сними трусики, наклонись над раковиной и жди меня.
 Я услышала приказ так же четко, как если бы он прошептал мне на ухо. Элио, вероятно, убил бы его, если бы услышал, что Брэн сказал мне. А если бы брат узнал, что Брэн хотел со мной сделать… он бы застрелил его из снайперской винтовки завтра за утренним кофе.
 Но разве это не делает его только интереснее?
— Сходим в дамскую комнату? – спросила Сол.
— Конечно, – ответила я и последовала за ней через бальный зал. Не было необходимости наблюдать за тем, как Брэн избивает Энрико. Исход был очевиден.
 В женском туалете я уставилась на свое отражение в зеркале над раковиной, пока Сол мыла руки. Щеки горели, зрачки расширились. Я была взволнована. Мне было незнакомо это выражение лица. Интересно. 
— Ты в порядке? – спросила я подругу.
 Сол закатила глаза.
— Я тебя прошу, конечно, в порядке. Весьма унизительно для Энрико, но это действительно быстро лечит влюбленность. Ты знала, что он пришел сюда с девушкой?
— Что? С девушкой? Я никого с ним не видела.
 Он был не один, и Сол все еще надеялась привлечь его внимание? О, Солярия. Сложно было найти женщину с более ужасными вкусом на мужчин, чем у Сол.
— Думаю, он игнорировал ее большую часть вечера, – вздохнула Сол, поправляя прическу.
— Повезло ей, – пробормотала я и проверила свою помаду.
 Пришло сообщение от брата. Я пропустила церемонию в Каса Нера. Он был недоволен.
— Я пойду в зал. Выпью последний бокал на дорожку. Брат хочет, чтобы мы поскорее уехали, – пробормотала Сол и пригладила волосы. — Ладно, я буду ждать тебя там. Хочу увидеть, как Энрико истекает кровью.
 Я кивнула, но не отправилась следом за ней, отвлекшись на сообщение Элио.
 Ты должна быть здесь, Джада. Это семейная традиция. Приезжай, как только прочтешь.
 Пас.
 В последнее время мне с трудом удавалось найти общий язык со старшим братом. Конечно, я знала, что он проходил через непростой период. После того, что случилось в нашем детстве, Элио в юном возрасте отправили в армию, а меня отдали на попечение пренебрежительной и осуждающей тетушки. Она делала все возможное, чтобы научить меня краситься, готовить и ухаживать за мужчинами в доме, в то время как все, чего я хотела, - это улизнуть и поработать за компьютером, которым городская библиотека разрешала мне пользоваться в нерабочие часы. Это было мое любимое время – ночь в одиночестве в библиотеке за изучением программирования по толстым пыльным книгам, которые никто в нашей глухой маленькой деревне даже не открывал. Когда тетя Мена нашла меня там, она потащила меня домой за ухо и заперла в комнате до утра. Она заставляла меня краситься, наряжаться в ее старые вещи и сидеть на бесконечных ужинах с друзьями ее мужа. Мне было тринадцать, и я до сих пор помнила каждую секунду тех вечеров.