Король клетки (ЛП)

— Не мафиозное отребье… он связан с людьми куда более могущественными. С теми, для кого люди вроде тебя – всего лишь игрушки в кукольном домике. Это люди, обладающие реальной властью. Они не торгуют наркотиками… но производят их, и они очень придирчивы к тем, с кем имеют дело. О'Конноры не прошли бы отбор.
 Я наклонился вперед, заинтересованный. Вот теперь мы двигались в нужном направлении.
  
— И кто же они?
— Инвестиционная группа моего брата, – сказал Энрико.
 Я ждал развязки этого особенно смешного заявления. Но ее не последовало.
— Ты что, издеваешься надо мной? – Я мотнул головой в сторону Деклана. — Принеси мой топор.
— Я серьезно! – завопил Энрико, когда Деклан вручил мне мое любимое оружие. На рукояти были выгравированы мои инициалы и прочее.
— Значит, ты хочешь сказать, что кучка старых инвестиционных банкиров из высшего общества распространяет Зомби-Сок по городу?
 Энрико покачал головой.
— Там не только старики. Альдо тоже член клуба. У них много молодых парней… молодых, но с потенциалом. Список участников такой, что любой благотворительный вечер в Белом доме меркнет рядом с ним. В него входят все влиятельные люди города. Они не просто производят З-Сок, они создали его вместе с целым рядом других экспериментальных препаратов.
— Для чего? – Я приставил острие топора к его колену и слегка постучал по нему.
— Ради денег? Чтобы обеспечить своим участникам впечатления, которые им нужны… Знаешь, как попасть в общество состоятельных людей? Предложить им то, что никто другой не может, – пробормотал Энрико.
— Если твой брат состоит в клубе, почему тебя не приняли?
— Там все устроено по-другому. Ты должен пройти испытания. Членство не дается просто так. Все обязаны пройти проверку.
— Значит, ты провалился? Даже членство брата не помогло? Ты действительно неудачник, не так ли, Энрико? – не удержался я от насмешки.
 Деклан взял флакон и помахал им перед лицом Энрико.
— Так вот что это за логотип?
 Энрико кивнул.
— Как они называют себя?
— Анклав.
— Кто является членами клуба? Мне нужен список.
— Я даже не состою в клубе! Больше мне ничего о них не известно. Членство совершенно секретно, только те, кто внутри, знают остальных членов, и даже тогда, их лица скрыты масками и прочим дерьмом.
— Масками? Теперь я знаю, что ты сочиняешь сказки. Не может быть, чтобы влиятельные люди города надевали маски и бегали повсюду с наркотиками. Ты рассказываешь мне небылицы, Энрико, и я не понимаю почему. Ты пытаешься защитить своего брата?
 Энрико покачал головой.
— Нет. Я имею в виду, что он не нуждается в моей защите. Не он там главный.
— Тогда ты не сможешь мне помочь, Энрико... а значит, ты мне больше не нужен, и я могу вынести тебе приговор, основываясь только на том, что мне известно о твоих поступках, – сказал я, вставая.
 Деклан повозился с бутылкой и протянул ее мне.
— Ты сказал, что не убьешь меня сегодня, – прохрипел Энрико, его глаза стали дикими. Он оглядел темную, мрачную комнату.
— Сказал, и я человек слова. – Я подошел к Энрико и приставил лезвие топора к его горлу. — А теперь пей.
 Он посмотрел на меня, потом на бутылку.
— Это... – заикаясь, пробормотал он, страх окрашивал каждое его слово.
— А ты как думаешь, что это, Рико? Я мало что знаю об инвестиционных группах или тайных сообществах... но я верю в принцип «око за око». А теперь открой шире.
 Деклан обхватил Энрико сзади и впился пальцами в уголки его рта, заставляя разомкнуть челюсть. Ублюдок подавился, его язык беспомощно вывалился. Я влил содержимое флакона ему в горло.
 Когда все было сделано, я отбросил флакон и отступил назад. Энрико кашлял и брызгал слюной, его глаза расширились от паники.
— Интересно, как скоро он подействует? – С любопытством спросил Деклан. Он достал из кармана маленький блокнот и огрызок карандаша.
— Что ты делаешь? – Я закурил сигарету.
— Заметки для Дока, – сказал Деклан, как будто это было совершенно нормальным занятием в данный момент.
 Его окровавленная рука, сжимающая карандаш, показалась мне до смешного абсурдным, когда никотин ударил в мой перенапряженный организм.
 Я запрокинул голову и рассмеялся.
 Затем Деклан усугубил ситуацию, выудив из кармана очки и надев их, тем самым завершив превращение в татуированного, заляпанного кровью звездного ученика.
 Я снова повернулся к Энрико. Мы ввели ему адскую дозу, и, похоже, она уже начала действовать.
— Задержи дыхание, – резко приказал я ему.
 Он подчинился. Примерно через минуту его глаза выпучились, а лицо стало багровым.
— Эта дрянь определенно работает, – сказал Деклан. — От употребления до эффекта прошло около пяти минут. – Он что-то быстро записал.
 Зажав сигарету в зубах, я подошел к Энрико и ослабил веревки на его руках.
— Давайте посмотрим, на что она способна.
 Я взял свой топор и протянул ему, готовый защищаться на случай, если он притворяется.
— Отрежь себе палец, – спокойно проинструктировал я его и отступил назад, с интересом наблюдая за происходящим.
 Энрико подчинился.
 Последовал громкий удар, и это был единственный изданный звук в гараже. Энрико даже не ахнул, когда палец покатился по полу.
 Я мрачно усмехнулся.
— О, Рико, мы так повеселимся.
 Позже я поднялся наверх, чтобы смыть кровь мертвеца со своей кожи. Энрико Сеприано больше не принадлежал нашему миру, и мой отец будет взбешен этим, но я не мог заставить себя беспокоиться. Как только я узнал, что урод подмешивает в напитки З-Сок, он был обречен на смерть. Я обещал Куинн уничтожить людей, связанных с наркотиком, из-за которого она чуть не пострадала. И я был мстительным ублюдком.
 После душа я обернул полотенце вокруг бедер и закурил сигарету, облокотившись на старую, облупленную раковину в ванной, чтобы посмотреть в зеркало. Мокрые волосы неряшливо рассыпались по плечам, оставляя капли воды на татуированной груди.
 Каждая татуировка была историей. Успеха или неудачи… разочарования. Мое тело было гобеленом жизни, прожитой безрассудно и бесстрашно. Прошло много, очень много времени с тех пор, как я чувствовал, что мне есть что терять. Но я нутром чуял, что эта простая истина скоро изменится.
 Джада Сантори.
 Моя малышка шелки.
 Женщина, на которой отец хотел женить меня во что бы то ни стало.
 Женщина, которая забралась мне в голову.
 Я выдохнул длинную струйку дыма и зажал окурок между зубами, чтобы завязать мокрые волосы назад. Я вспомнил момент, когда Дек собрался зажечь сигарету в квартире Джады, и моя шелки остановила его взглядом, который мог бы убить. Я затушил сигарету о кафель.
 Мой телефон завибрировал на раковине, и я проверил сообщение.
 З-Сок в Хэйд-Харборе. У меня есть зацепка. Приезжай, поболтаем об этом с некоторыми парнями. Н
 Итак, Нико копал сам. Ему не нравился подобный бизнес в его маленьком уголке страны. Он бы ни за что не допустил распространения наркотиков. Николай Чернов искоренит продажу З-Сока в Мэне, и да поможет Бог тому, кто встанет у него на пути. Его дети жили в этом городе. Это означало, что Хэйд-Харбор и остальная часть штата Мэн находились под контролем Palacha.
 А что насчет Нью-Йорка? Он был моей проблемой? Неужели только я переживал о том, чтобы остановить З-Сок здесь? Если так, то у города был хреновый защитник. Мужчина, которому ни разу не удалось сохранить то, что он действительно ценил. Впрочем, ценил я немногое. Ничто никогда не казалось мне по-настоящему важным.
 До этого момента.
 После того, как привел себя в порядок, я направился к отцу. Моя квартира над пабом находилась всего в нескольких шагах от дома, в котором я вырос на Адской Кухне. Хотя «дом» – это было неподходящее описание для огромного строения, занимающего почти целый квартал, но внутри он не отличался особой элегантностью, чтобы назвать его как-то иначе.